Чтение онлайн

Это так пугает меня, что иногда я думаю, что лучше бы я присоединилась к ним, чем жила без них.

Я делаю глубокий вдох и готовлюсь ко сну, игнорируя зов своего настольного компьютера, хотя знаю, чем хочу заниматься. Не успеваю я оглянуться, как мысли убегают от меня, затягивая в проект, который я начинала и бросала миллион раз, - единственное, чего я с нетерпением жду, когда у меня появляется свободное время. После того как я готова ко сну, я подхожу к своему столу и открываю документ, который я медленно дополняла в течение многих лет.

После смерти родителей я начала работать над ним, но в прошлом году он занимал почти все мое свободное время. У меня почти не было времени на работу над ним, но когда я его находила... когда я чувствовала искру вдохновения... это было одно из лучших чувств в мире.

В моей книге Лили, главная героиня, - бедная, испытывающая трудности девушка из сельской деревни, которая случайно открывает портал в подземный мир вместе со своим лучшим другом детства Итаном. Конечно, чтобы усилить напряжение, Итан уже много лет влюблен в нее - в чем он признается довольно рано. Находясь в заточении, он пытается принести себя в жертву злодею, чтобы спасти ее. Злодей, демон, которому тысячи лет, предлагает ей зловещую сделку. До этого момента я не имела ни малейшего представления о том, как будет развиваться сюжет и что повлечет за собой эта сделка.

Я еще не написала большую часть книги, но мир уже создан, и Лили собирается отправиться в приключение вместе с Итаном. Они - команда. И все же... в их отношениях есть что-то неясное. Как будто меня внезапно осенило, где должна закончиться история.

Вместо того чтобы писать, я набрасываю следующую сцену между Лили и демоном.

Потому что внезапно мне все стало ясно.

Демон отпустит Итана, но Лили должна согласиться стать его невольной королевой.

Как я вообще могла подумать, что Итан - хороший выбор?

Я так увлечена записыванием своих идей, подпитываемая чистым адреналином и волнением, что почти не замечаю проливного дождя на улице. И только когда раскаты грома заставляют меня подпрыгнуть на фут в воздух, я смотрю в окно.

Каждый мускул в моем теле напрягается, когда небо озаряется молниями.

Черт.

Мое сердце начинает биться так быстро, что болит горло, и, когда в воздухе раздается еще один громкий раскат, я, спотыкаясь, поднимаюсь со стула.

Я могу справиться с дождем и небольшим ветром. Но если начнутся гром и молнии...

Сделав несколько вдохов, я пытаюсь успокоить свое бешено колотящееся сердце, пытаюсь рационально осмыслить бурю. Все в порядке. Это просто небольшой дождь, просто молния, немного грома...

Очередной удар заставляет меня задыхаться, едва не захлебываясь рыданиями. Я ненавижу это. Ненавижу, что такая простая вещь, как гром, может превратить меня в дрожащего, брызжущего слюной человека.

Ненавижу и то, что не могу от этого убежать. Куда бы я ни пошла в этом доме, я все равно буду слышать грозу.

У меня кружится голова, меня тошнит от тревоги, поэтому я сажусь на кровать и подтягиваю колени к груди, а пальцы сгибаю на задней поверхности бедер. Я опускаю голову на колени, закрываю глаза и раскачиваюсь взад-вперед.

Это совсем другое.

Этот шторм не такой, как прежний.

Это был несчастный случай. Разве не так сказали в полиции? Что они никогда не видели ничего подобного?

И все же я не могу отделаться от ощущения, что тону в своей панике - вода заполняет мои легкие, несмотря на то, что внутри тепло и сухо.

Каково было им?

Страх и печаль колют мне шею, когда в спальне меркнет свет, а в стенах раздается очередной громовой раскат. Я чувствую, как сила урагана сотрясает дом. Я ничего не могу сделать, чтобы остановить ее, и это делает меня... бессильной.

Чувствовали ли мои родители такое бессилие в день своей смерти?

Мое дыхание замирает, когда комната становится черной.

Нет.

Я быстро вскакиваю, вслепую шатаясь по комнате и ища свой телефон. Я ощупываю свою кровать, но, проверив ее дважды, не нахожу его.

Где он, где он, где он, где он, где он, где он!

Два быстрых стука раздаются в дверь, и прежде чем я успеваю ответить, Лиам распахивает дверь, и комната освещается светом фонарика в его руке.

— Ты в порядке?

Его глаза на полсекунды пробегают по моему лицу, прежде чем он бросается вперед, притягивая меня в свои объятия.

— Черт, Зои, — бормочет он, прижимая меня к своему телу.

Звук его срывающегося голоса и ощущение его голой груди на моем теле отвлекают меня достаточно, чтобы подавить мгновенную панику. Прижавшись лицом к его груди, я делаю несколько спокойных вдохов, позволяя его теплой коже и дымному аромату лакрицы успокоить меня. Он такой твердый, как дерево. Он не двигается, не колеблется, не задает вопросов.

И я... в безопасности.

— Вдохни на десять, выдохни на десять, — приказывает он. Я выполняю его команду, делая ровные, глубокие вдохи.

Десять секунд вдох, десять секунд выдох.

Мы стоим так еще несколько минут, пока время замедляется.

— Генератор скоро все включит,— бормочет он, когда я успокаиваюсь, и его голос хрипло звучит у меня в голове.

— У тебя есть генератор? — спрашиваю я, голос тихий. С тех пор как я переехала к нему, было несколько сильных штормов, но его обычно не было дома, когда они случались... так что я пережила их в одиночку.

— Конечно. Я знаю, что ты не любишь бури.

— Но...

— Я тоже их не люблю. Больше не люблю.

Вес его утешительных слов отдается во мне, и я зажмуриваю глаза, крепче прижимаясь к нему.

К счастью, Южная Калифорния не подвержена ураганам, так что с этой паникой мне приходится сталкиваться нечасто. Я знаю, что это психосоматика. Я знаю, что страх попасть в шторм, как это было с моими родителями, имеет психологический смысл.

Но все равно... когда это случается, это потрясает меня до глубины души.

И хотя Лиам почти никогда не подходит к двери моей спальни, сегодня он меня разыскал.

Потому что он знает, как сильно они меня пугают.

От одной этой мысли я прижимаюсь к нему еще крепче. Вдыхаю его знакомый запах, его теплое, твердое тело прижимается к моему... это мгновенный дофаминовый удар.

— Не могу... дышать. — Он резко задыхается, в его голосе звучит нотка юмора.

Я мгновенно отстраняюсь, чувствуя себя лучше, когда он здесь. Мой пульс замедлился с бешеного до быстрого, а руки почти перестали дрожать.