Запятнанная кровью ложь
Шрифт:
Я не только хочу смерти Леонардо, я хочу раздавить его эго, растоптать его достоинство точно так же, как он поступил со мной. Потом, когда он умрет, у меня будет два выбора: бросить ее или оставить себе. Держу пари, он перевернется в гробу, когда увидит, как мы трахаемся.
Как только я выхожу из офиса, мой самый большой кошмар воплощается в жизнь.
Мой отец, Олег, заталкивает меня обратно в кабинет декана. Мистер Армстронг выходит так, словно у него просто еще один рабочий день, и я полагаю, что так оно и есть. Никто не связывается с Элитой. Нервы сжимаются у меня в животе, когда он закрывает дверь, и я не знаю, чего ожидать. Я нечасто вижусь со своим отцом, а теперь он приходит без предупреждения?
— Николай.
— Отец, — рычу я.
— Я слышал, ты почти закончил со своими монетами. — О, так вот почему он здесь. Чтобы убедиться, что я не испорчу все.
— Не волнуйся, я тебя не разочарую.
— Ты уже делаешь это без особых усилий. — Он улыбается, хотя это не касается его глаз. Поэтому я отвечаю ему своей улыбкой. — Не ставь меня в неловкое положение. Ты сделаешь это как можно скорее.
Я киваю один раз.
— Как только мне позвонят еще раз, все будет кончено.
— Хорошо.
Он даже не обращает на меня внимания, прежде чем развернуться и выйти из офиса, оставив опустошенным и сбитым с толку. С тех пор, как кое-что произошло с моей матерью, я ненавижу его. Ненавижу его как личность, и он знает это. Когда она умерла, он не утешил меня. Как будто ему было наплевать на ее смерть. Ему также было на меня наплевать.
И я все еще ненавижу его.
Я всегда буду ненавидеть.
Он забрал у меня кое-что ценное и не может вернуть. Теперь все, что у меня осталось, — это воспоминания, которые преследуют меня. Неплохие воспоминания, хотя они все еще причиняют боль.
Дорога домой короткая. К счастью, у нас есть дом в полном распоряжении — у членов Дьяволо — и я паркуюсь там, где обычно. Уже почти пять утра, а мне нужно рано вставать, чтобы пойти на занятия. Или, скорее, не спать. Я не могу просто прогуливать, когда учусь на последнем курсе подготовки к медицинскому.
Ребята уже завтракают; они не лягут спать по крайней мере до шести утра, им повезло, что у них только дневные занятия. Должно быть, здорово.
Илья отрывается от своих блинов.
— Там, откуда они взялись, есть еще, если хочешь.
— Тяжелая ночка? — Спрашивает Дмитрий с усмешкой.
— Можно и так сказать, — отвечаю я, беру себе блинчики с сиропом и сажусь напротив них на кухонный островок из белого мрамора. Иногда немного странно находиться на их орбите. Они — клубок напряжения, никогда не знают, чего хотят, но и не позволяют друг другу двигаться дальше. Они играли в эту игру много лет, и у Ильи есть та итальянская девушка, которая тоскует по нему. Он развлекает ее, и Дмитрий злится из-за этого.
— Видел сегодня твою девушку, — говорит мне Илья, и мои мышцы непроизвольно напрягаются.
Я вспыхиваю, но заставляю себя расслабиться.
— Она не моя девушка, а всего лишь средство для достижения цели. — И все равно меня бросает в жар при одной мысли о том, что он разговаривает с ней.
— Она спрашивала о тебе, — отвечает он, откусывая еще кусочек.
— О? — Я поднимаю бровь, глядя на него, внезапно чувствуя возбуждение от ответа. — И что ты сказал?
— Что я ни хрена не знаю о том, где ты находишься.
Она спросила, где я. Не знаю, должен ли я волноваться или радоваться. Я что-то чувствую. Я просто не могу точно определить, что означает напряжение в моей груди. Наверное, злость на Илью.
— Я слышал, как она говорила Энни, что скучает по тебе, — говорит Дмитрий, и я, прищурившись, смотрю на него.
— Почему ты всегда лжешь мне в лицо? — Спрашиваю я. Я точно знаю, что она этого не говорила.
— Он не лжет, — перебивает Илья. — Хотя была пьяна.
Ну, трахните меня.
Теперь мне нужно навестить ее; я ничего не могу с собой поделать. Она будет дома? Или уже в студии? Вероятно, последнее, учитывая, что у нее утренние занятия. Да, я поставил перед собой задачу запомнить ее расписание на последнюю неделю. Благодаря тому, что я наблюдал за ней, установив маячок на ее машине и получив ее школьное расписание от администрации, которая меня знает, я всегда знал, где она находится в любое время. Она все упростила. Моя принцесса, всегда такая предсказуемая.
Камилла рано по утрам ходит в студию, собственно, она сейчас там, а потом весь день в школе. Закончив школу, она возвращается домой заниматься. Я предполагаю. Тем более, что Лео навещает ее каждый день, и я даже представить не могу, чем они занимаются в это время. Я не хочу. Не похоже, что мы что-то значим друг для друга, так что она, вероятно, трахается с ним. Однако вскоре она поймет, что не будет трахаться ни с кем, кроме меня. Она не будет дышать ни для кого, кроме меня, кончать ни для кого, кроме меня, или плакать ни для кого, кроме меня.
— Что ж, хорошо, — говорю я им, доедая завтрак. — Мне нужно собрать свои вещи и идти.
— Сейчас пять утра, — сухо отвечает Дмитрий.
— Я никогда не говорил, что собираюсь на занятия.
Илья ухмыляется, зная меня слишком хорошо. Мой план ни для кого не секрет, так что они знают, чего я добиваюсь, преследуя ее. Разница лишь в том, что они не понимают, как глубоко я проваливаюсь в эту кроличью нору.
Я заставил себя держаться от нее подальше в течение недели по нескольким причинам. Во-первых, я слишком уязвим. Все чувства, которые, как я думал, прятал много лет назад, снова всплывают на поверхность, и это пугает меня. Во-вторых, я становлюсь слишком одержимым вопросом, когда увижу ее в следующий раз, когда она посмотрит на меня своими великолепными карими глазами, и когда снова будет издавать для меня те хриплые звуки, когда я буду трахать ее пальцами. Все это очень неудобно, и я не хочу знать, насколько глубоко зашла моя одержимость. Потому что моя любовь к ней уже слишком сильна.
Я смотрю на часы и вижу, что у меня есть около двадцати минут, чтобы выбраться из этого дома, если я хочу успеть в студию к тому времени, когда Камилла закончит, поэтому быстро принимаю горячий душ, чтобы смыть кровь и мерзость прошлой ночи и сегодняшнего утра.
Уникальность этого места в том, что оно не похоже на обычный дом студенческого братства. Оно современное, относительно красивое, и в нем есть удобства, которых вы не найдете ни в одном другом доме. Как будто в каждой комнате есть собственная ванная. К счастью, нас здесь живет всего десять человек, и только пятеро из нас близки друг с другом. Илья, Дмитрий, Семен и Виктор, вместе со мной; мы команда, подразделение, друзья. У меня все еще есть секретная квартира, где я останавливаюсь, обычно на выходные, так как она находится не рядом с кампусом, расположение которого не знают даже мои друзья. Это потому, что она маленькая и находится в нескольких минутах ходьбы от частного пляжа, на который я водил Камиллу. Я хожу туда, чтобы расслабиться и побыть в одиночестве.