Чтение онлайн

– Гвардеец? И не боится расхаживать здесь один.

– Похоже на то.
– Хозяин был удивлен не меньше моего.
– Вчера кто-то обронил, что в порту Верхнего Города причалила большая галендорская каравелла под флагами Каолита. Да и сдается мне, что и не гвардеец он вовсе. Говорили, что на каравелле той полным-полно Рубак...

"Твою ж мать! Рубака в нашем захолустье? Вот это номер. Пожалуй, он достаточно крут и опасен, чтобы расхаживать по Халите даже без оружия".

– Из какого они ордена?
– спросил я, прикончив последнюю порцию бражки. Варкол достаточно много знал о мире, пожалуй, даже слишком много для простого трактирщика в отвратном кабаке, но всегда делился знаниями с окружающими. За это я его и уважал.

– Говорили, - пропыхтел он, продолжая наяривать столешницу, - что из ордена Стали. В народе их Рубаками кличут... Сам орден был основан чуть ли не в первый год становления Каолита, как раз тогда же, когда построили знаменитый университет. Больше ничего не знаю. Слухов, конечно, полно, да вот только стоит ли к ним прислушиваться? Ведь народ какой у нас -- наврут с три короба, и рады! Но в одном все сходятся -- лучше с этими парнями не ссориться. Целее будешь.

Я вернулся домой в хорошем расположении духа. Что случалось редко.

Остановившись возле лохани с водой, я скинул капюшон и посмотрел в мутное зеркало, украденное по случаю у зазевавшегося старьевщика. С той стороны на меня таращился худой, небритый и мрачный тип неопределенного возраста.

– Да уж, такой рожей только детей пугать!
– Я вытащил из тайничка лакированный ящик с бритвенными принадлежностями. Повезло разжиться ими во время пожара в Верхнем Городе - стащил из груды вещей брадобрея.
– Так, где здесь у нас помазок и бритва?

Я, насколько хватало ловкости и умения, привел лицо в порядок. Затем почистил сапоги, отряхнул старенький латаный плащ и повесил его сушиться возле очага, в котором дотлевали угли. Довольный проделанной работой, уселся в любимое кресло.

Первые волны щенячьего восторга схлынули, оставив за собой лишь кучу вопросов и сомнений. Чем может быть полезна толпа оборванцев людям Каолита? Вряд ли они пересекли Северное море, чтобы нанять грузчиков в порту захудалого лордства. Как ни крути, скорее всего, придется делать какую-нибудь гадость. Впрочем, Моркосу не привыкать. Он и так по локоть в крови и по колено в навозе...

Я решил провести остаток недели в Халите. Не хотелось искушать судьбу - благо, острых ножей, на которые можно напороться, кругом предостаточно. Но скверные предчувствия меня не оставляли. Выработавшееся за годы жизни в трущобах шестое чувство намекало, что не все здесь чисто. Оставалось только ждать и надеяться на лучшее. Потому как внутреннему голосу я привык доверять.

В дождливый воскресный вечер в двери моего домика настойчиво постучали. Взяв со стола нож, я остановился напротив двери, прислушался; осторожно спросил:

– Кого там демоны носят?

– Не нервничай, Моркос, - с той стороны донесся скрипучий голосок.
– Разве так встречают старого друга?

– Билл?
– Можно было немного расслабиться.
– Осел несчастный, ты меня испугал.

– Боги, ты сегодня просто душка! Давай, отпирай уже...

Я открыл дверь и окинул незваного гостя беглым взглядом. Билл, как всегда, выглядел растрепанным и немного встревоженным, его глаза так и шныряли из стороны в сторону. Парень был редким прохвостом и умудрялся выделяться своей бессовестностью даже здесь, в пропитанных грехом трущобах. Грабил старух, детей, даже калек иной раз не жалел. Билла не любили. И, наверное, ни для кого не станет неожиданностью, если в один из дней его выпотрошенный труп всплывет где-нибудь в канале. Но Билл почему-то уверовал, что я - его единственный верный друг, и всякий раз наведывался ко мне, когда придавливали обстоятельства.

– Чего пришел? Правила знаешь? Как стемнеет, к чужим домам ходу нет! В следующий раз я тебя из окна кипятком ошпарю.

– Ой-ой-ой, как страшно!
– скривился он в ответ.
– Где кипяток-то возьмешь? У тебя, поди, и дров-то нету...

Хитроумный стервец говорил правду. Дровишки нынче стоят дорого! Здесь, на севере, хорошие поленья частенько заменяют медяки и серебро: ими можно расплачиваться за еду, одежду и прочие "блага". Люди копят бревнышки, дабы зимой не метаться из кабака в кабак в отчаянной попытке не замерзнуть к демонам. Этой осенью дела у меня шли скверно. В карманах давненько не заводилось звонкой монеты, а последняя попытка разжиться чужим имуществом закончилась дыркой в боку и ушибленным самолюбием.

Едкое замечание незваного гостя заставило меня вспылить:

– Чего тебе надо? Говори быстрее, а то последнее тепло выдует.
– Дверь была открыта, а этого мерзавца в дом пускать не хотелось. Еще утащит что-нибудь.

– Ну ты и хам!
– делано оскорбился Билл.
– Я, значит, к нему среди ночи спешил, напарником сделать собирался! А он... Э-эх.

Билл махнул рукой и попытался уйти. Выругав себя за несдержанность, я ухватил его за плечо.

– Постой, извини. Я сегодня не в духе, сам понимаешь... зима на носу, бок ноет, а в кармане только дыры. Некогда от радости плясать.

– Да ладно тебе, - он широко улыбнулся, - со всеми бывает! Вот, к примеру, Лобин Кунт, ну, тот, которого еще Козлиной Задницей зовут, на днях...

– Ты вроде хотел поговорить о деле?
– я поспешил оборвать словесный понос прохвоста.

– Холодно здесь!
– Билл картинно передернул плечами.
– Может, в дом меня впустишь?

– Заходи.

Тот осклабился и нырнул в тепло.

– Крысеныш...
– Я захлопнул дверь и задвинул засов. Поежился. На улице поднялся ветер, пухлые от влаги тучи грозили разродиться ледяным дождем.

Билл тем временем уселся в мое кресло и схватил со стола черствую краюху ржаного хлеба.

– Я тебе вот чего сказать хочу, - он откусил большой кусок и, давясь крошками, продолжил, - ты, конечно же, слышал про то, что Каолитские прихвостни у нас людей вербуют?

Я утвердительно кивнул, наградил Билла оплеухой и забрал у него хлеб.

– Жадюга, - обиженно и уверенно поставил диагноз гость.

– Ты ко мне не жрать пришел. Договаривай скорее.

– Ну, так вот: мой кузен, Пастакл Щербатый, выяснил - куда.

– Занятно. И как он это выяснил?

– Пьяный моряк сболтнул, перед тем как кузен ему карманы вывернул, что людей набирают для какого-то тайного обряда. Морячок-то с каравеллы галендорской оказался...

– Что ты мелешь?
– Я почувствовал, как пальцы начинают дрожать.
– Какой, к демонам, обряд? Они же не язычники какие, и не... колдуны.

– Ну, это не совсем те обряды, о которых подумал ты, - замялся Билл.
– Вернее сказать, совсем не те. На кораблях, прибывших в Ромбад, были маги. Говорят, что нас, жителей трущоб, будут проверять на наличие дара...

– Зачем? Всех, в ком есть хоть крупица дара, забирают в университет. Да и вообще доводилось не раз слышать, что дар встречается только у людей из знатных родов. А откуда такое чудо в трущобах?

– Ай, кто ж знает!
– мой собеседник махнул рукой.
– Только половина из тех, кто подписываться собирался, в отказ ушли. Не хотят связываться с потомками колдунов... даже ради университета. Уж я-то знаю, что они могут, эти маги!

– Откуда, огрызок ты разнесчастный?
– Не хотелось верить словам этого трепача, но сомнения уже подтачивали меня изнутри.
– Может быть, твой кузен все это вообще выдумал? Чтобы охочих до работы поменьше стало? С вашей семейки станет!