Зарождение добровольческой армии
Шрифт:
К счастью, мы принадлежим к замученному, но великому русскому народу.
* * *
Формирование армии вначале носило поневоле случайный характер, определяясь зачастую индивидуальными особенностями тех лиц, которые брались за это дело. К началу февраля в состав армии входили:
1. Корниловский ударный полк [156] (подполковник Неженцев).
2. Георгиевский полк [157] — из небольшого офицерского кадра, прибывшего из Киева (полковник Кириенко [158] ).
156
Корниловский ударный полк был создан приказом по 8–й армии (генерала Л. Г. Корнилова) 19 мая 1917 г. из добровольцев как 1–й Ударный отряд, 1 августа преобразован в полк (4 батальона). В августе 1917 г. переименован в Славянский ударный полк и включен в состав Чехословацкого корпуса. Принимал участие в октябрьских боях с большевиками в Киеве. После захвата власти большевиками чины полка группами пробрались в Добровольческую армию. Основной эшелон полка прибыл в Новочеркасск 19 декабря 1917 г., а к 1 января 1918 г. собралось 50 офицеров и до 500 солдат. На Таганрогском направлении сражалась сводная рота полка (128 шт. при 4 пул.), 30 января 1918 г. смененная офицерской ротой (120 человек). 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской при реорганизации Добровольческой армии в начале 1–го Кубанского похода в полк были влиты Георгиевская рота и Офицерский отряд полковника Симанов–ского. При выступлении насчитывал 1220 человек (в т. ч. 100 человек Георгиевской роты), треть его составляли офицеры. С середины марта 1918 г. входил в состав 2–й бригады, с начала июня 1918–го — 2–й пехотной дивизии, с которой участвовал во 2–м Кубанском походе. С 16 января 1919 г входил в состав 1–й пехотной дивизии. На 1 января 1919 г. насчитывал 1500 человек, в сентябре 1919 г. — 2900 при 120 пул. (3 батальона, офицерская рота, команда разведчиков и эскадрон связи). На 5 октября 1919 г. имел 945 шт. при 26 пул. С 12 июля 1919 — 1–й Корниловский ударный полк; с формированием 14 октября 1919 г. Корниловской дивизии вошел в нее тем же номером. Полк нес большие потери. Оборона Ростова в феврале 1918–го стоила полку 100 человек Из 18 человек командного состава (до командиров рот), вышедших в 1–й Кубанский поход, за войну погибло 13. В начале штурма Екатеринодара полк имел 1000 шт. и пополнился во время боя 650 кубанцами, после штурма осталось 67 (потери в 1583 человек). Всего за поход он потерял 2229 человек (теряя в отдельных боях от 6 до 60 человек, в двух наиболее крупных — под Кореновской и переходе через р. Белую — 150 и 200). За 2–й Кубанский поход полк трижды сменил состав, с начала его до 1 ноября 1918 г. он потерял 2693 человек. Летом 1919 г. на базе полка образована Корниловская удар–ная дивизия. Для чинов корниловских частей установлен серебряный штампованный жетон (копия голубой нарукавной нашивки, носившейся на левом рукаве у плеча) — формы гербового щита, в середине которого череп со скрещенными костями, над ним — дуговая надпись «корниловцы», внизу — скрещенные мечи рукоятью вниз, между рукоятиями — пылающая граната и ниже даты «1917—18». Нагрудный знак представлял собой черный равносторонний крест с белой каймой, наложенный на серебряный терновый венец, под которым — серебряный с золотой рукоятью меч (слева снизу вверх, рукоятью вниз), в центре — голубой щит, подобный жетону, но мечи опущены вниз и дата отсутствует (все изображения — золоченые). После эвакуации Русской Армии из Крыма в Галлиполи в составе 1–го армейского корпуса из полков и конного дивизиона Корниловской дивизии был вновь сформирован Корниловский ударный полк, который после преобразования армии в РОВС до 1930–х гг. представлял собой, несмотря на распыление его чинов по разным странам, кадрированную часть. Осенью 1925 г. насчитывал 1135 человек, в т. ч. 738 офицеров.
157
Имеется в виду Георгиевская рота. Одна из первых частей Добровольческой армии, созданных в Новочеркасске. Формировалась с середины ноября 1917 г. из кадра бывшего Георгиевского полка (сформированного из георгиевских кавалеров), насчитывая тогда 50—60 человек. С начала декабря при формировании 5 офицерских рот, получила номер 1–й, с 13 декабря — снова Георгиевская. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 — 13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошла в состав Корниловского ударного полка. Командир — полковник И. К. Кириенко.
158
Кириенко Иван Касьянович, р. 12 октября 1880 г. в Киевской губ. Из дворян, сын офицера. Окончил Киевский кадетский корпус (1899), Киевское военное училище (1901). Георгиевский кавалер. Подполковник 400–го пехотного полка, командир Георгиевского полка. Участник боев в Киеве в октябре 1917 г. В Добровольческой армии с 3 ноября 1917 г., командир Георгиевского полка (роты) до 12 февраля 1918 г., затем, после присоединения остатков полка к Корниловскому полку, в резерве. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода. В дальнейшем на административных должностях, с лета 1919–го и в Русской Армии комендант 1–го армейского корпуса. Генерал–майор (с 28 апреля 1920 г.). В эмиграции до 1923 г. в Салониках, затем в Белграде. С 1939–го председатель Корпуса Императорских Армии и Флота в Югославии. Организатор Союза георгиевских кавалеров и участников 1–го Кубанского похода. Служил в Русском Корпусе. Умер 26 мая 1971 г. в Брэн–ле–Комте (Бельгия).
3. 1–й [159] , 2–й [160] , 3–й [161] офицерские батальоны — из офицеров, собравшихся в Новочеркасске и Ростове (полковник Кутепов [162] , подполковники Борисов [163] и Лаврентьев [164] , позднее полковник Симановский [165] ).
4. Юнкерский батальон [166] — главным образом из юнкеров столичных училищ и кадет (штабс–капитан Парфенов).
159
1–й Офицерский батальон. Развернут 15 декабря 1917 г. в Новочеркасске из 1–й Офицерский роты, созданной в начале декабря из кадра расформированной Сводно–Офицерской роты как 5–я Офицерская рота (13 декабря переименована в 1–ю). 19 января 1918 г. после боя у ст. Гуково из 2–й роты батальона от 35 человек осталось 7. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошел в состав Сводно–Офицерского полка. Насчитывал 200 человек. Командир — подполковник Борисов.
160
2–й Офицерский батальон. Развернут в Ростове из переведенной из Новочеркасска 2–й Офицерский роты, созданной в начале декабря 1917 г. из кадра расформированной Сводно–Офицерской роты. В конце декабря 1917 г. переведена в Ростов и пополнена добровольцами, записавшимися в бюро записи добровольцев в Ростове. Часть его состава (2 роты) тогда же выделена в Отряд полковника Кутепова, а 29 января 1918 г. влита в 3–й Офицерский батальон. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошел в состав Сводно–Офицерского полка. Насчитывал около 240 человек. Командир — полковник Лаврентьев.
161
3–й Офицерский батальон. Сформирован в Ростове 29 января 1918 г. из офицерских рот, входивших в Отряд полковника Кутепова под Таганрогом (1–й и 2–й из 2–го Офицерского батальона и 3–й (Гвардейской). При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошел в состав Сводно–офицерского полка. Насчитывал около 200 человек. Командир — полковник А. П. Кутепов.
162
Кутепов Александр Павлович, р. 1882. Из дворян, сын лесничего. Окончил Архангельскую гимназию, Санкт–петербургское пехотное юнкерское училище (1904). Полковник, командующий л.-гв. Преображенским полком. В Добровольческой армии и ВСЮР с ноября 1917 г. командир офицерской роты, с декабря 1917 г. — войсками Таганрогского направления. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода: командир роты Кор–ниловского полка, затем командир того же полка, командир бригады, начальник 1–й пехотной дивизии, с 12 ноября 1918 г. генерал–майор, с декабря 1918–го Черноморский военный губернатор, с 13 января 1919 г. командир 1–го армейского корпуса, затем — образованного из Добровольческой армии Добровольческого корпуса. В Русской Армии командир 1–го армейского корпуса, с августа 1920 г. командующий 1–й армией. Генерал от инфантерии. С 1928–го председатель РОВСа. Похищен и убит агентами ОГПУ 26 января 1930 г. в Париже.
163
Подполковник Борисов 12 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской при сведении батальонов в роты был отрешен от должности и покинул армию.
164
Полковник Лаврентьев участвовал в 1–м Кубанском («Ледяном») походе командиром 2–й роты Офицерского полка и был убит в конце марта 1918 г. под Екатеринодаром.
165
Симановский Василий Лаврович, р. в Полтаве. Георгиевский кавалер. Полковник, командир 467–го пехотного полка. В Добровольческой армии в декабре 1917 г.; командир офицерского отряда своего имени, затем 3–го Офицерского батальона. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода — командир батальона Корниловского полка. Убит бандитами в г. Кобеляки в конце 1918 г.
166
Юнкерский батальон. Одна из первых частей Добровольческой армии, созданных в Новочеркасске. 15 ноября 1917 г. юнкера, кадеты и учащиеся были выделены из Сводно–офицерской роты в Юнкерскую роту (штабс–капитан В. Д. Парфенов) и переведены в лазарет № 23 на Грушевскую ул. 1–й взвод состоял из юнкеров пехотных училищ (главным образом Павловского), 2–й — артиллерийских, 3–й — морских и 4–й — из кадет и учащихся. 19 ноября, по прибытии большой партии юнкеров–артиллеристов, 2–й взвод был развернут в отдельную часть — Сводную Михайловско–Константиновскую батарею, а сама рота развернулась в батальон (две юнкерские и «кадетская» роты). Во второй половине ноября насчитывал свыще 150 человек. В начале декабря сведен в двухротный состав («юнкерская» и «кадетская»). Ко времени выступления в 1–й Кубанский поход насчитывал 120 человек. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 — 13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошел в состав Особого юнкерского батальона.
5. Ростовский добровольческий полк [167] — из учащейся молодежи Ростова (генерал–майор Боровский [168] ).
6. Два кавалерийских дивизиона (полковники Гершельман и Глазенап [169] ).
7. Две артиллерийские батареи — преимущественно из юнкеров артиллерийских училищ и офицеров (подполковник Миончинский [170] и Ерогин [171] ).
167
Ростовская офицерская рота. В декабре 1917 г. в Ростове было открыто бюро записи добровольцев с целью создать Ростовский офицерский полк. В течение двух недель записалось около 300 человек, из которых 200 составили Ростовскую офицерскую роту, а остальные направлены на пополнение 2–й и 3–й Офицерских, Морской и Технической рот и Студенческого батальона. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошла в состав Сводно–офицерс–кого полка.
168
Боровский Александр Александрович, р. в 1875 г. Из дворян. Окончил Псковский кадетский корпус, Павловское военное училище (1896), академию Генштаба (1903). Генерал–майор, командир бригады 2–й Сибирской стрелковой дивизии. В Добровольческой армии с ноября 1917 г., организатор и командир Студенческого батальона. С 12 февраля 1918 г. командир Юнкерского батальона, с марта 1918 г. командир Офицерского полка, с июня 1918–го начальник 2–й дивизии, с 15 ноября 1918 г. командир 2–го армейского корпуса, с 24 декабря 1918 г. командир Крымско–Азовского корпуса, с 22 июля 1919 г. командующий войсками Закаспийской области, затем в резерве чинов при штабе Главнокомандующего, уволен с 29 октября 1919 г. Генерал–лейтенант (12 ноября 1918 г.). Весной 1920–го покинул Крым. Умер в 1938 г.
169
Глазенап Петр Владимирович, р. 3 марта 1882 г. в Гжатске. Из дворян, сын офицера. Окончил 1–й Московский кадетский корпус, Николаевское кавалерийское училище (1903). Полковник, командир особого ударного отряда. В Добровольческой армии с декабря 1917 г. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода, командир кавалерийского дивизиона, с 25 марта 1918 г. командир 1–го офицерского конного полка, с июня 1918 г. командир Кубанской отдельной бригады, с 9 октября 1918 г. начальник 4–й дивизии, затем Ставропольский военный губернатор, с 23 марта 1919 г. начальник Сводно–Горской конной дивизии, с 27 марта 1919 г. в резерве чинов при штабе Главнокомандующего ВСЮР (отчислен с 8 октября 1919 г.). Генерал–майор (с 12 ноября 1918 г.). С лета 1919–го в Северо–Западной армии; генерал–губернатор Северо–Западной области, помощник командующего, 23 ноября 1919 г. — 22 января 1920 г. командующий Северо–Западной армией. Генерал–лейтенант. Весной 1920 г. формировал 3–ю Русскую Армию в Польше и до августа 1920–го командовал ею. В эмиграции в Будапеште, с 1922 г. в Германии, с 1925–го в Данциге, с 1939–го в Варшаве. С 1946 г. организатор и председатель Союза Андреевского флага. Умер 27 мая 1951 г. в Мюнхене.
170
Миончинский Дмитрий Тимофеевич, р. 26 октября 1889 г. в Казани, Из дворян, сын генерала. Окончил Нижегородский кадетский корпус (1906), Михайловское артиллерийское училище (1909). Георгиевский кавалер. Подполковник, командир батареи 31–й артиллерийской бригады. В Добровольческой армии с 12 декабря 1917 г.; с14 декабря командир Юнкерской батареи, участник похода отряда Чернецова. С 12 марта 1918 г. командир Юнкерской батареи 1–го легкого добровольческого артиллерийского дивизиона, с марта 1918 г. командир 1–й отдельной легкой батареи, с 10 июля 1918 г. командир 1–го отдельного легкого артиллерийского дивизиона. Полковник. Убит 16 декабря 1918 г. у с. Шишкино Ставропольской губ.
171
Ерогин Лев Михайлович, сын капитана. Окончил 2–й кадетский корпус, Константиновское артиллерийское училище (1904). Подполковник, командир батареи 18–й артиллерийской бригады. Георгиевский кавалер. В Добровольческой армии и ВСЮР; декабрь 1917 г. — январь 1918 г. командир 3–й батареи. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода. В 1918–м переименован в полковники (утв. 6 ноября 1919 г.). Командир 2–й артиллерийской бригады, с 16 октября 1919 г. — Корниловской артиллерийской бригады; в Русской Армии на той же должности до эвакуации Крыма, с 27 октября 1920 г. начальник Корниловской дивизии. Галлиполиец. В апреле 1922–го — осенью 1925 г. командир Корниловского артдивизиона в Болгарии. В эмиграции в Польше, начальник отдела РОВС. Умер в 1943 г. в Варшаве.
8. Целый ряд мелких частей, как-то: морская рота [172] (капитан 2–го ранга Потемкин), инженерная рота [173] , чехословацкий инженерный батальон [174] , дивизион смерти Кавказской дивизии [175] (полковник Ширяев [176] ) и несколько партизанских отрядов, называвшихся по именам своих начальников.
Все эти полки, батальоны, дивизионы были, по существу, только кадрами, и общая боевая численность всей армии вряд ли превосходила 3—4 тысячи человек, временами, в период тяжелых ростовских боев, падая до совершенно ничтржных размеров. Армия обеспеченной базы не получила. Приходилось одновременно и формироваться, и драться, неся большие потери и иногда разрушая только что сколоченную с большими усилиями часть.
172
Морская рота. Одна из первых частей Добровольческой армии, созданных в Новочеркасске. Сформирована в начале декабря 1917 г. из добровольцев флота в числе около 50 человек (преимущественно офицеров: среди 25 ее чинов, о ком сохранились сведения, 1 капитан 2–го ранга, 4 старших лейтенанта, 7 лейтенантов, 7 мичманов, 4 гардемарина и кадет). В конце декабря переведена в Ростов и пополнена добровольцами, записавшимися в бюро записи добровольцев в Ростове. Насчитывала 70 человек. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля в ст. Ольгинской вошла в состав Сводно–Офицерского полка.
173
Имеется в виду Техническая рота. Сформирована в декабре 1917 г. (3 февраля 1918 г.) в Ростове и пополнена добровольцами, записавшимися в ростовском бюро записи добровольцев. Послужила впоследствии кадром для Марковских железнодорожной, инженерной и телефонографной рот. Насчитывала около 120 человек. Участвовала в 1–м Кубанском походе. С середины марта 1918 г. — 1–я инженерная рота. Командиры: полковник Н. И. Кондырин, полковник Банин (с 21 февраля 1918 г.).
174
Чехословацкий инженерный батальон. Сформирован 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской при реорганизации Добровольческой армии в начале 1–го Кубанского похода. Насчитывал до 250 человек. В его состав входил Русско–галицкий взвод или рота. Расформирован летом 1918–го. Командиры — капитан Неметчик и инженер Кроль.
175
Ударный дивизион Кавказской кавалерийской дивизии. Представлял собой регулярную часть, прибывшую в декабре 1917 г. в составе 80 человек с Кавказского фронта. В январе 1918 г. насчитывал около 120 человек. При реорганизации армии в начале 1–го Кубанского похода 11 —13 февраля 1918 г. в ст. Ольгинской вошел в состав Сводно–Офицерского полка.
176
Подполковник 18–го драгунского полка Ширяев участвовал в 1–м Кубанском («Ледяном») походе в составе Офицерского полка.
Около штаба кружились авантюристы, предлагавшие формировать партизанские отряды. Генерал Корнилов слишком доверчиво относился к подобным людям и зачастую, получив деньги и оружие, они или исчезали, или отвлекали из рядов армии в тыл элементы послабее нравственно, или составляли шайки мародеров (донцам удалось сформировать несколько хороших партизанских отрядов, о которых говорится дальше. — А.Д.). Особенную известность получил отряд сотника Грекова — «Белого дьявола», как он сам себя именовал, который в тече–ние двух–трех недель разбойничал в окрестностях Ростова, пока, наконец, отряд не расформировали [177] . Сам Греков где-то скрывался и только осенью 1918 года был обнаружен в Херсоне или Николаеве, где вновь по поручению городского самоуправления собрал отряд, прикрываясь добровольческим именем. Позднее был пойман в Крыму и послан на Дон в руки правосудия. Какой-то туземец вербовал персов, набирая их, как оказалось, среди подонков ростовских ночлежных домов… Все эти импровизации вносили расстройство в организацию армии и придавали не свойственный ей скверный налет. К счастью, вскоре этому был положен предел. Назревала мистификация и в более широком масштабе: из Екатеринодара приехал некто Девлет–хан–Гирей с предложением «поднять черкесский народ», для чего потребовался аванс в 750 тысяч рублей и до 9 тысяч ружей. Только пустая армейская казна остановила этот странный опыт, так неудачно повторенный впоследствии.
177
Это не соответствует действительности. Воспоминания одного из чинов отряда сотника Грекова — С.Н. Гернберга приводятся ниже. См. также воспоминания генерала А. Н. Черепова.
Армия пополнялась на добровольческих началах, причем каждый доброволец давал подписку прослужить четыре месяца и обещал беспрекословное повиновение командованию. Состояние казны давало возможность оплачивать добровольцев до крайности нищенскими окладами:
| Офицеры | Солдаты | |
| 1917 г. ноябрь | только паек | только паек |
| 1917 г. декабрь | 100 руб. | 30 руб. |
| 1918 г. январь | 150 руб. | 50 руб. |
| 1918 г. февраль* | 270 руб. | 150 руб. |
* Кроме того, небольшая прибавка семейным.
В офицерских батальонах, отчасти и батареях, офицеры несли службу рядовых в условиях крайней материальной необеспеченности. В донских войсковых складах хранились огромные запасы, но мы не могли получить оттуда ничего иначе, как путем кражи или подкупа. И войска испытывали острую нужду решительно во всем: не хватало вооружения и боевых припасов, не было обоза, кухонь, теплых вещей, сапог… И не было достаточно денег, чтобы удовлетворить казачьи комитеты, распродававшие на сторону все, до совести включительно…
Высокопоучительна история создания добровольческой артиллерии. Одну батарею (два орудия) украли в 39–й дивизии, ушедшей самовольно с Кавказского фронта и обратившей Ставропольскую губернию в свой лен. Сборный офицерско–юнкерский отряд произвел ночной набег на одно из селений, расположенных в районе Торговой (Ставропольской губернии, верст за полтораста от Новочеркасска), где квартировала батарея, отбил у солдата два орудия и привез их в Новочеркасск. Два орудия мы взяли в донском складе с разрешения комитета для отдания почестей на похоронах добровольческого офицера и «затеряли». Одну батарею купили у вернувшихся с фронта казаков–артиллеристов, послав к ним полковника Тимановского, который споил команду и уплатил ей около 5 тысяч рублей. Можно себе представить наше огорчение, когда донцы неожиданно отказались от сделки ввиду того, что войсковой штаб назначил в батарею пополнение и неизвестно было, как оно отнесется к самоупразднению. Послали телеграмму в донской штаб, который поспешил отменить свое распоряжение.
Наконец, в начале января команда в составе около 40 офицеров и юнкеров была командирована в Екатеринодар за уступленными нам кубанским атаманом пушками. На узловой станции Тимашевской вагон с добровольцами окружили казаки местного Кубанского полка, и, когда после долгих споров добровольцы, не желая пролития крови, согласились сдать оружие с тем, что их пропустят в Екатеринодар (в этом их заверил и штаб–офицер Кубанского полка, — А.Д.), казаки перецепили вагон и под сильным конвоем отправили его… в Новороссийск, сдав добровольцев военно–революционному комитету. Несколько человек на полном ходу выбросились из вагона и вернулись в Ростов, остальные томились почти восемь месяцев в Новороссийской тюрьме в ожидании той участи, которая постигла там вскоре несчастных офицеров Варнавинского полка. (Команда контрминоносца «Керчь» совместно с советскими властями города сняла с транспорта, отходившего от пристани с 491–м Варнавинским полком, выданных солдатами после некоторого колебания всех офицеров полка. В тот же день, 18 февраля, офицеры, помещенные на баржу, были раздеты, связаны, изувечены, изрублены, расстреляны, а затем сброшены в море. Через несколько месяцев трупы несчастных стали всплывать на поверхность воды…) По счастливой случайности артиллеристы остались целы и были выручены вступившими в Новороссийск в августе 1918 года частями Добровольческой армии.
Сколько мужества, терпения и веры в свое дело должны были иметь те «безумцы», которые шли в армию, невзирая на все тяжкие условия ее зарождения и существования!
Отличительным знаком новой армии был нашиваемый на рукав угол из лент национальных цветов.
Я был назначен начальником Добровольческой дивизии, в состав которой входили все наши формирования, так что, в сущности, возникало двоевластие, устраненное впоследствии, в начале февраля. Хозяйственных функций у меня не было никаких. Начальником штаба дивизии стал генерал Марков; штаб — 4—5 офицеров.
При командующем армией образовался большой штаб армии, возглавляемый генералом Лукомским и ведавший всеми организационными, административными, хозяйственными вопросами, а также высшим оперативным руководством армии. Имел свой штаб и генерал Алексеев. Несоответствие численности наших штабов боевому составу армии резко бросалось в глаза и вызывало осуждение в рядах войск. Вызывалось оно разными причинами: широким размахом, который хотели придать всему начинанию, навыком начальников, занимавших ранее высокие посты и привыкших к большому масштабу работы, наличием многих опытных штабных работников, не годившихся к строевой службе, и, конечно, тем стихийным стремлением всех штабов всех времен к саморазмножению, с которым безнадежно боролись и Корнилов, и впоследствии я. Отчасти на этой почве в конце января произошло недоразумение между генералом Корниловым и генералом Лукомским, после чего в должность начальника штаба армии вступил генерал Романовский, а Лукомский был назначен представителем армии при Донском атамане.