Чтение онлайн

Она перемахнула с конька на флюгер с уверенностью горного козла, покачалась на верхушке, потом поскакала дальше. Когда она приблизилась, до меня донеслись издаваемые ею пронзительные крики, похожие на крики возбужденного ребенка.

Моих соседей-бесов внезапно обуяло беспокойство. Они бросили ковырять свои ногти и чистить хвосты и принялись носиться по крыше взад-вперед, пытаясь спрятаться друг за друга и втягивая животы, чтобы сделаться как можно незаметнее.

– Ой-ей-ей! – вопили они. – Ай-яй-яй!

Я заметил парочку своих товарищей-джиннов. Они летели следом за прыгающей фигурой, держась при этом на почтительном расстоянии. Я все никак не мог понять, отчего же они не нападают. Возможно, я скоро это узнаю. Фигура двигалась как раз в мою сторону.

Я встал, перекинул хвост через плечо, чтобы выглядеть поаккуратнее, и стал ждать. Другие два беса шныряли вокруг, непрерывно вереща. Наконец я не выдержал и подставил одному из них ножку. Второй с разгону налетел на него, и оба покатились кубарем.

– А ну, тихо! – рявкнул я. – Хотя бы попытайтесь держаться с достоинством!

Они молча уставились на меня.

– Так-то лучше.

– Знаешь, что я тебе скажу… – Один бес ткнул в бок второго и указал в мою сторону. – А ведь следующим может оказаться он!

– Ага. Может, на этот раз он заберет его. Может быть, мы спасемся!

– Прячься за него! Скорее!

– Я первый! Ты за мной!

И вновь, пошла катавасия, настолько недостойная и постыдная – каждый из бесов норовил укрыться у меня за спиной, – что мое внимание на ближайшие несколько секунд оказалось полностью поглощено раздачей нескольких абсолютно заслуженных оплеух, звон от которых раскатился по всему городу. Раздавая оплеухи, я случайно поднял голову – и обнаружил, что взбунтовавшийся африт стоит на краю крыши, перекинув ногу через парапет, буквально в паре метров от меня.

Должен признаться, что его вид меня поразил.

Дело было не в золотой маске, воспроизводящей ужасные черты великого волшебника. И не в прядях седых волос, которые торчали из-под нее, развеваясь на ветру. И не в костлявых руках, небрежно упертых в бока, и не в голых позвонках, торчащих над галстуком, и не в пыльном погребальном костюме, болтающемся на костях. Во всем этом ничего особенного не было; я и сам десятки раз принимал обличье скелета – да кто из нас этого не делал? Нет, меня потрясло другое: я осознал, что все это – не просто облик, а настоящие кости, настоящие лохмотья и настоящая золотая маска. Собственная сущность африта была практически невидима, скрыта где-то внутри останков волшебника. Африт не имел своего собственного обличья – ни на этом, ни на каком другом плане. Никогда прежде не видел ничего подобного. [201]

Чем бы ни занимался этот скелет в течение дня, на месте он явно не сидел: одежка на нем изрядно потрепалась. На коленке у него был этакий стильный разрезик [202] , на плече – след от ожога, а одна манжета выглядела так, будто ее драли когтями. Мой хозяин, по всей вероятности, заплатил бы неплохие деньги за этот костюмчик, будь он выставлен в витрине какого-нибудь миланского бутика, однако на почтенном африте эти тряпки смотрелись довольно неприглядно. Тем не менее кости под одеждой были, похоже, целы и в комплекте: суставы работали так хорошо и беззвучно, как будто их только что смазали.

Скелет, склонив голову набок, наблюдал за возящимися на крыше бесами. Мы все замерли, разинув рты, застыв посреди потасовки. Наконец скелет заговорил:

– Вы что, размножаетесь, что ли?

– Да нет, – ответил я. – Просто небольшая свалка.

– Да я не об этом. Просто в прошлый раз вас было двое.

– Подкрепление, – объяснил я. – Они меня вызвали, чтобы я выслушал твои наставления. Ну и, разумеется, чтобы ты меня съел.

Скелет завертелся волчком на краю крыши.

– Чудесно! – воскликнул он. – Наконец-то мое красноречие и прямота оценены по достоинству! А вы, бесы, куда умнее, чем кажетесь.

Я оглянулся на Тиббета и его приятеля – те стояли как вкопанные, разинув рты и капая слюнями. Заяц, попавший в луч фар, и тот взглянул бы на них с презрением.

– Нет, – сказал я, – я бы на это не рассчитывал.

В ответ на мое искрометное остроумие скелет разразился пронзительным хохотом и, вскинув руки, исполнил импровизированный танец с элементами чечетки. Метрах в пятидесяти за его спиной, точно застенчивые подростки, прятались за трубой двое джиннов. Джинны смотрели и выжидали. [203] Так что, можно считать, нам удалось окружить кости Глэдстоуна.

– Вы, похоже, в приподнятом настроении, – заметил я.

– А почему бы и нет? – Скелет остановился, прищелкнув костяшками пальцев, точно кастаньетами, в такт финальному удару каблуков. – Я на воле! – воскликнул он. – На воле мне раздолье! Это стих такой, если ты не заметил.

– Ну да… Стих неплохой…

Бес задумчиво почесал затылок кончиком хвоста.

– Но ведь вы по-прежнему находитесь в этом мире, – медленно произнес я. – Или, по крайней мере, мне так кажется. Значит, вы не можете считать себя полностью свободным, разве не так? Свобода приходит только тогда, когда порвешь узы и вернешься к себе домой.

– Я и сам так думал, пока лежал в этом вонючем саркофаге, – ответил скелет. – Но теперь я так не думаю. Взгляни на меня! Я могу идти куда хочу, делать что захочу! Захочу поглядеть на звезды – могу глядеть сколько моей душе угодно. Захочу побродить среди цветов и деревьев – пожалуйста. Захочу поймать какого-нибудь старикашку и зашвырнуть его на середину реки – нет проблем! Мир взывает ко мне: «Вперед, Гонорий! Делай все, что тебе нравится!» Так вот, бес: это и называется свободой. Так или нет?

Говоря это, он сделал угрожающее движение в мою сторону. Его пальцы судорожно скрючились, а в пустых глазницах под маской внезапно вспыхнули убийственные багровые огоньки. Я поспешно отпрыгнул назад. Мгновением позже багровые огоньки слегка угасли, и скелет вновь принялся весело приплясывать.

– Взгляни на этот закат! – вздохнул он, словно говоря сам с собой. – Прямо как кровь с плавленым сыром.

– Восхитительный образ, – согласился я.

Несомненно, бесы были правы. Африт совершенно безумен. Но, безумен он или нет, кое-что все еще оставалось для меня непонятным.

– Прошу прощения, господин Скелет, – сказал я, – но я – всего лишь скромный бес ограниченных умственных способностей и надеюсь, что вы меня просветите. Вы до сих пор повинуетесь чьему-то приказу?

Длинный, загибающийся ноготь указал на золотую маску.

– Видишь его? – спросил скелет; его голос теперь был полон меланхолии. – Это все он виноват. На последнем издыхании он приковал меня к этим костям. Поручил мне вечно защищать их и оберегать его имущество в придачу. Большая часть его имущества у меня здесь.