Чтение онлайн

При обходе надгробий у Эрленда по спине побежали мурашки. Алхимик всегда замечал, что на кладбищах слишком тихо. Эрленд уходил всё глубже в лабиринты надгробий, как вдруг прямо над его головой громко каркнула ворона. Вздрогнув от неожиданности, целитель в душе проклял эту птицу. Обойдя ещё несколько заснеженных надгробий, Эрленд, наконец, увидел интересующий его цветок. Он назывался «погибшая краса». Ярко-оранжевые лепестки с чёрными точками около центра, на стебле два-три треугольных листа. «Погибшая краса» росла только на могилах молодых девушек. Считалось, что если этот цветок вырос на могиле девушки, то сами боги подтвердили её красоту. Среди вялых и мрачных цветов кладбища «погибшая краса» сильно выделялась. Эрленд вспомнил, что такой же цветок вырос на могиле Лилли. Однако её «погибшая краса» была небесно-голубого цвета, что является большой редкостью. В народе говорилось, что это означало чистоту помыслов умершей девушки. Целитель помотал головой, прогоняя горестные воспоминания.

Достав свой нож, Эрленд срезал цветок и невольно залюбовался его красотой. Это растение было способно пробиться даже сквозь снежный покров посреди зимы. На его оранжевых лепестках блестели редкие снежинки. Большая их часть таяла на «погибшей красе», оставляя маленькие капельки. Будто сам цветок тоже оплакивал безвременно ушедшую в царство смерти девушку, тоскуя о её утерянной красоте. Глубоко вздохнув, целитель положил «красу» в сумку и решил ещё побродить по кладбищу. Он нашёл ещё четыре таких цветка, прежде чем решил, что пора уже двигаться дальше. Ему нужны были только лепестки, а их на каждой «красе» было по десять штук.

Ласка с готовностью поднялась с земли, как только увидела приближающегося хозяина, оставив неровный след от своего тела на снегу. Эрленд видел, что она взволнована. Погладив лошадь по голове, алхимик возобновил свой путь. Осталось только добыть несколько ветвей ранней плакучей ивы. Поначалу Эрленд решил свернуть к озеру Дейлор, которое находилось недалеко от границы с Крартельской провинции империи Стедмар. Там должна расти одинокая ранняя плакучая ива, которая не раз отдавала свои листья на эликсиры Эрленда. Однако два или три раза алхимику пришлось топать за ивовыми листьями к Зелёной Лиге – реке, которая текла через Многолюдный лес. Её так назвали из-за того, что она большей частью своей длины протекает через этот самый лес, беря своё начало из ключевого родника на бывшей территории Крартела.

Свернув к озеру Дейлор, целитель стал внимательно осматривать окрестности. Около этого озера любили охотиться волки, которые зимой становятся особенно озлобленными из-за отсутствия пищи, и всадник на лошади вполне годился на плотный обед для целой стаи. Убедившись, что поблизости нет хищников, Эрленд ещё немного ускорил Ласку. Морозный воздух возвращал радость жизни в душу после мрачного ощущения, которое нагнетает кладбище.

Когда целитель подъехал к озеру, ему стоило огромных усилий, чтобы не выругаться вслух. На просторах скованного льдом озера не было видно ни одного дерева, а на месте, где Эрленд привык видеть ту самую раннюю иву, красовался невысокий пень. Какой-то дровосек срубил дерево почти под самый корень. Эрленд взял верх над своим гневом и направил Ласку назад.

Эрленд с сожалением направил Ласку по дороге, которая вела к Атфельду. На повороте к городу нужно было взять на северо-восток и выйти к опушке Многолюдного леса. Можно избежать леса и пройти по окраине до того места, где Зелёная Лига вытекает из него, но Эрленд отказался от этой мысли. Он не был уверен в том, что ранние ивы растут за пределами Многолюдного леса, а потому решил не рисковать.

Эрленд ударил по бокам Ласки сильнее обычного, и лошадь пустилась иноходью12, от чего следы на снегу стали отпечатываться крайне неравномерно. Алхимику хотелось поскорее добраться до этого леса. Его руки уже начинали чуть-чуть замерзать, и целитель не раз пожалел о том, что не взял с собой перчатки. Тем временем на Эрленда навалилась какая-то усталость. Это было одним из побочных действий «Беличьего раствора». Именно поэтому Эрленд твёрдо решил выспаться сегодня вечером.

Ласка, казалось, была только рада ускорить свой ход. Видимо, прохладный воздух ей тоже был в радость после жутковатого кладбища. Пусть она ни разу не сбегала, но меньше любить свободу она от этого не стала. Лошади были из тех зверей, что любили простор, несмотря ни на что. Попробовав однажды, им захочется ощутить его снова. Если бы Эрленд был уверен, что Ласка будет хорошо и долго жить на просторах полей Кемендума, то отпустил бы её, не задумываясь. Но она не протянет и пары недель, человеческая забота ей необходима.

Думая о свободе и просторах, Эрленду вспомнилось недавнее восстание лайдеров в Стедмаре. Этих людей можно было понять. Рабство имело место быть во всех людских владениях, однако с жителями Крартела дело обстояло несколько иначе. Однажды Стедмар и Крартел уже заключали союз – это произошло вскоре после падения Объединённого Королевства Кемендум. Просуществовав четыреста лет, союз распался, и Крартел вновь стал независимым. И вот, спустя ещё пятьсот лет, Стедмар покорил целый народ, и территория лайдеров входит в состав империи до настоящего 980 года. Лайдеры являются гордыми людьми: всё дело в том, что они были прямыми потомками первого народа, появившегося в Лоринаре – трилваров. Отчасти именно гордость и привела к жёстким податям и немалой дани, которую выплачивали лайдеры империи.

Время уже перевалило далеко за полдень, когда Эрленд увидел вдалеке окраину Многолюдного леса. Пора было остановиться на привал и перекусить. Эрленду казалось, что обедал он очень давно, и аппетит разыгрался с нешуточной силой. Ласка наверняка тоже была голодной, поэтому Эрленд соскользнул со спины лошади и отошёл с натоптанного наста в небольшие мягкие сугробы, начинающиеся сбоку от тропы. Недалеко от тракта было небольшое кострище, где путники останавливались, чтобы отдохнуть. Сейчас это кострище было засыпано снегом, поэтому алхимику не сразу удалось его найти. Отыскав нужное место, Эрленд очистил землю, засыпанную углями, от снега и уже спустя несколько минут, он подогревал говядину на огне, вдыхая аппетитный запах жарящегося мяса. Вспомнив про Ласку, Эрленд достал из своей сумки морковь и подал лошади. Ласка с удовольствием захрустела угощением и прилегла рядом с костром. Её конская туша слегка подрагивала от соприкосновения с холодным настом, однако лошадь быстро пригрелась, и перестала дрожать. Эрленд примостился рядом, откинув спину на лошадиный бок. Ласка негромко фыркнула, требуя ещё моркови.

– Тебе не много будет? – усмехнулся Эрленд, доставая из сумки ещё одну морковь. Ласка снова принялась хрустеть овощем.

Подождав ещё немного, Эрленд взялся за свою говядину. Мясо не успело хорошо прожариться, но алхимик был слишком голодным, чтобы ждать ещё. Очередное плохое действие раствора – организм требует еды всё больше и чаще. Утолив голод, Эрленд поднёс бурдюк с медовухой к губам и сделал несколько глотков. Сладковатая, прохладная жидкость тут же освежила пересохшее горло. Хмельное действие медовухи должен был взять на себя «Беличий раствор», поэтому Эрленд не заботился о своём состоянии и выпил, сколько смог. Ласке, к сожалению, попить было нечего. Эрленд потрепал лошадь по холке, успокоив тем, что она вдоволь напьётся из Зелёной Лиги, которая зимой не полностью покрывается льдом.

Эрленд посидел ещё немного и решил, что пора двигаться дальше. Он поднялся на ноги, и Ласка, смотря на хозяина, тоже встала. Целитель потушил костёр и взобрался на лошадь. До Многолюдного леса оставалось ещё примерно полчаса пути, и Эрленду уже хотелось покончить с этим делом. Это место было опасным. Страха добавляло недавнее нападение на гвардейцев сэра Лемдала.

Тропа была достаточно ровной, но на подходе к лесу она начинала сильно извиваться. Из-за этого большая часть караванщиков ненавидела Многолюдный лес ещё сильнее. Нервно сглотнув, Эрленд направил Ласку прямиком в чащу. Лес встретил алхимика практически звенящей тишиной, нарушаемой лишь хрустом снега под копытами его лошади. Покрытые белым покрывалом деревья не издавали ни единого треска или шелеста. Изо рта целителя и его лошади без устали вырывался слабый пар и практически мгновенно растворялся. Снег образовывал достаточно высокие холмы, за которыми могли прятаться хищники, рыщущие в поисках тёплого мяса.

В какой-то момент на плечо алхимика мягко упала пустая шишка, и он с трудом удержался, чтобы не пустить Ласку галопом. Облегчённо выдохнув, он продолжил смотреть вперёд. Эрленд почувствовал себя неуютно. Кроме разнообразной живности разумных существ в нём не обитало. Разве что кентавров можно было назвать таковыми, потому что они имели свой язык и культуру, кое-кто из них умел говорить и на общепринятом языке. Эрленд мало что знал о народе полуконей, но кое-какие сведения ему в память запали. Они помогали Кемендуму во время нападения орков, которое в народе называли «Войной набегов». Несколько раз какие-то вожаки кентавров вели переговоры с правителями трёх стран: Кемендума, Латории и Рессулии насчёт рубки Многолюдного леса. Тогда полукони доходчиво объяснили, что будут жестоко наказывать тех, кто нарушит уговор, который заключался в том, что жители трёх оговорённых стран не будут уничтожать лес.