Чтение онлайн

— Радость моя, куда же вы? — встрепенулся было король, но вовремя вспомнил, что он Тюфяк, и остался сидеть в кресле.

Гаорин заметался по помосту, не зная, что предпринять. В конце концов он приказал монахам подобрать тело Дервиалиса, чтобы его не растоптали, и уселся в кресло Дариолы рядом с королем, кипя от бешенства: церемония была безнадежно испорчена. Сфалион подошел к нему, вертя в руках Шлем, который он уже успел стащить с головы, и протянул его Гаорину.

— Вот, господин Гаорин, возьмите, — сказал он, опустив глаза.

— Доигрались! — зло бросил Гаорин, вырвав Шлем из рук Сфалиона. — Смотреть на вас было просто невозможно! Королева собирается отправить вас назад в Гизен, и правильно сделает. Вам там самое место.

Между тем Терайн, Моори, Дариола и Латриэль пересекли площадь и добрались до места, откуда расходились во все стороны боковые улочки.

— Ну что, куда теперь? — спросила Дариола, отдуваясь.

Моори изо всех сил вытянул шею, ища в толпе взглядом что-то одному ему ведомое, но потом опустил голову и сказал:

— Упустили…

— Да что упустили-то? — спросила Терайн, нервно теребя рукоятку меча.

— Я не уверен, — сказал Моори. — В этой толпе всякое может показаться, но, по-моему, я видел Аскера. В любом случае, это был кто-то с рогами на голове. И еще мне показалось, что он ушел с площади не по доброй воле, а вроде бы кто-то его за собой тащил…

— Не может быть! — воскликнула Дариола. — Он же умер!

— Теперь я в этом не уверен… — задумчиво сказал Моори. — Всякое бывало…

Терайн и Дариола уставились на него, ожидая объяснений, но Моори, сам толком не знавший, что все это значит, молчал.

— Тогда нам надо ехать в Гадеран! — сказал Латриэль, Из всех четверых он меньше всего горевал по поводу смерти Аскера и потому был единственным, кто пока еще мог рассуждать здраво.

— В Гадеран? — переспросила Терайн.

— Ну да. В этой сутолоке нам все равно господина Аскера не найти, и первое место, куда он может прийти, — это его дворец.

Подъехав к Гадерану, Аскер сразу заметил трех оседланных берке и королевскую карету с открытым верхом. Значит, его друзья уже были здесь и ждали его.

«Ну и сюрприз я им приготовил, — с тоской подумал Аскер, — едва воскрес, как тут же уезжаю. Лучше бы они вообще ничего не знали».

Но, как сказано в Нагана-Сурра, «путь, начертанный богами, да будет пройден до конца», и Аскер решительно въехал во двор.

Во дворе было на редкость тихо и пустынно: все слуги попрятались, боясь попасться Аскеру на глаза. Их вполне можно было понять: они уже успели вдоволь насмотреться на его труп, и мысль о том, что после всего он еще расхаживает по белу свету, могла кому угодно показаться дикой. Аскер только сокрушенно вздохнул и вошел в дом.

Дариола, Терайн, Моори и Латриэль сидели в гостиной, устремив настороженные взгляды на дверь. Когда она открылась, все невольно вздрогнули: Аскер вплыл в комнату, как призрак, совершенно бесшумно, и им показалось, что его черные лакированные сапоги едва касаются пола.

— Тьфу, Ранатра! — чертыхнулся Моори, делая знак от сглаза. — Нельзя же так пугать авринов, Лио.

— Добрый день, господа, — поклонился Аскер. — Вот и произошло то, чего я давно ожидал: меня стали бояться. Вполне логичный конец…

— Аскер, это… это вовсе не так! — сказала Дариола, поднимаясь с места. — Как вы могли подумать, что мы будем вас бояться? Вы ожили самым невероятным образом, но это не значит…

— Значит. Как видно, Скаргиар нуждается в страшилище. Неплохой подарочек оставил мне Эргереб: он не мог смириться со своим поражением и сделал так, что я поневоле занял его место. Теперь будут бояться меня, а не его. Нет, не стоит возражать, моя королева. Мои слуги уже прячутся от меня по углам, а мои друзья вздрагивают, едва заслышав звук моих шагов… ах, простите — мою бесшумную походочку.

Аскер уселся в кресло напротив собравшихся, скрестил руки на груди и сказал:

— Ну давайте, спрашивайте меня, как это могло случиться и почему я до сих пор жив.

— Лио, не надо, — покачал головой Моори. — Ты жив, и больше никаких вопросов. Объясни-ка лучше, что произошло на площади Нура во время церемонии. Мне показалось, что ты был там и что тебя оттуда кто-то утащил. Мы, собственно говоря, потому сюда и приехали, не дождавшись конца церемонии.

— Значит, вы это видели… — сказал Аскер, опустив глаза на носки своих сапог. — Да, меня оттуда увели. Но сначала я наткнулся на Дервиалиса, и он, будучи настроен весьма решительно, собирался не упустить свой шанс.

— Он хотел убить тебя?! — воскликнул Моори, вскакивая с места.

— Конечно. И он почти преуспел. — Аскер вздохнул. — Знаете, друзья мои, после трехдневного обморока, который так легко спутать со смертью, я чувствую себя не лучшим образом. Он схватил меня, как джилгар хватает зазевавшуюся пичугу, и я не смог ничего сделать. И тут подоспел господин Гарилаф.

— Кто это? — спросила Дариола.

— Вы его не знаете, моя королева, да и все остальные тоже. Это броглонский агент, долгое время оказывавший разного рода услуги Эргеребу, но никогда не забывавший об интересах своей родины. На этот раз он как раз подоспел, чтобы спасти меня, потому что у него было ко мне дело.

— Я надеюсь, ты отказался, Лио? — спросил Моори.

— Ты даже не хочешь узнать, что это за дело? — спросил Аскер, усмехнувшись. — Он предложил мне ни много, ни мало — участие в высшем совете жрецов Броглона. Он обещал мне много всякого, и даже такое, о чем неудобно говорить… ну да ладно. Сами видите, предложение довольно заманчивое, если учесть, что агентурной сети Броглона нет равных. Это огромная власть.

— Ты согласился, Лио? — охнул Моори. — Мы тебя не судим… В конце концов, это твое дело — принимать подобные предложения, или нет.

— Позвольте, Моори! — воскликнула Дариола. — Аскер состоит у меня на службе, и я не допущу, чтобы какие-то броглонские приблуды переманивали у меня министров!

«Настоящая королева, — подумал Аскер, — уже начинает проявлять собственнические замашки. Возможно, она забыла, что именно мне она обязана своим возвышением? Как все-таки власть портит авринов! Где то милое создание, которое искренне наслаждалось прогулкой в лодке по речушкам Лиалурина и мечтало о чудесах?»

— Моя королева, — сказал он вслух, — мой вам совет — не делать поспешных выводов. Я же еще не сказал, принял я предложение Гарилафа или отказался от него.