Защитник для цветочка
Шрифт:
– Марк, не поможешь Любе? Мне к машине нужно вернуться срочно.
Разворачиваюсь, не дожидаясь ответа. Иду к машине, открываю дверь, бардачок и просто смотрю в него. Выжидаю. А потом спокойно закрываю все и возвращаюсь к дамам.
– Умно, - негромко хвалит меня Катя, когда оказываюсь рядом с ними.
– Ты не злишься?
– Злюсь. Но похвалы достойно. Вышел из положения как боженька.
– Пойдем плавать?
– встревает в наш разговор Лиля.
– Эй, мелочь, я думала мы будем загорать, - возмущается Катерина.
– Ну прости, - ангельская улыбка кудрявой, и цветочек переводит взгляд на меня.
– Пойдем, Костя.
Подавляю самодовольную улыбку.
– Ты желаешь смерти своему братику, Цветочек?
– Это его гостья, - жмет плечами.
– Его же?
– всматривается внимательно в мое лицо.
– Не моя, - отвечаю спокойно.
– Славно. Пойдем поглубже. Хочу с тебя понырять.
Лиля шагает в воду, рассекая волны. А я ненадолго замираю перед тем, как сделать шаг. Нырять с меня. Наша старая забава. Ничего крамольного, кроме... Слишком многих касаний, на которое мое больное тело может отреагировать неправильно, подтвердив слова Марка.
Черт. Удачи мне.
10 глава
Костя
Вдыхаю побольше воздуха и вхожу за ней в воду. Мне понадобится вся выдержка и смирение, что есть. Поэтому, набрав побольше воздуха в легкие, ныряю с головой и ухожу под воду, чтоб остыть.
Выныриваю рядом с ней. Встряхнул головой, забрызгав ее каплями с волос.
– Фу, ну что ты как мокрая псина, - засмеялась и выставила руки вперед, протестуя.
– Раньше тебе нравилось, - ухмыляюсь, не думая прекращать.
– Мне было восемь!
– продолжает протестовать и с улыбкой возмущаться.
– Ну а я не нарушаю традиции, - балагурю, чтоб котелок не перекипел. Нужно держать себя в руках. Как бы я не злился на взрывного друга, он не заслуживает сердечного приступа на озере в данных обстоятельствах.
– Раз не нарушаешь, ныряй и подставляй плечи!
Я набираю полную грудь воздуха и окунаюсь в воду. Чувствую, как сильная ножка тут же берет меня в оборот, садиться на шею. Обхватываю ее бедра и выныриваю.
– Котик, - слышу через шум воды, - Я хочу встать тебе на плечи. Думаешь получится?
– Чтоб у нас с тобой, и не получилось? Руку давай.
Беру ее ладони в свои ладони и помогаю ей сменить позицию. Последний раз она так ныряла еще когда была маленькая. И ей это нравилось. Ощущение полета, ощущение, что ты выше высоких брата и папы. Потом мы все подросли и как-то это сошло на нет. И теперь я рад, что она снова за старое.
– Ты готов?
– справшивает немного дрожащим голосом.
Держится неустойчиво, но стоит, полная решимости.
– Как только ты готова.
– Я готова, - отвечает уверенно и без тени сомнений.
Отталкивается и летит, окунаяясь с головой и забрызгивая меня. Я стираю воду с лица и самодовольно ухмыляюсь. А она, как только выныривает, тут же стирает воду и улыбается широкой, счастливой улыбкой, и кидается ко мне с объятиями.
– Ты самый лучший, Котик. Я хочу еще!
Марк
– Ты сейчас дыру в его спине прожжешь, - поет рядом мой персональный дьявол на плече.
Я перевожу раздраженный взгляд на нее.
– А что я должен делать? Подойти и дать ему в бубен, чтоб он не тискал мою сестру?!
– Они просто обнялись. Невинно как дети.
– На виду у всего пляжа!
– И что, Марк? Какое отношение к этому имеешь ты? Это их выбор, их жизнь.
Я прям почувствовал, как дернулась моя скула. От этого трио у меня скоро будет нервный тик. Мало того, что эти двое, которые моя семья, решили трепать мне нервы, так еще и проклятие мое сюда черт принес.
– Может плавать пойдешь?
– бросаю ей лениво, - и утопишься незаметно.
– Чтоб ты умер от горя, потеряв любовь всей своей жизни?
– насмехается надо мной тут же.
Дерзкая сучка.
– Как всегда льстишь себе.
– Повторяешься, - парирует лениво и растягивается на покрывале, грациозно, как кошка. Не хочу, но кошусь на ее тело. Роскошное тело, которое эта бесстыжая демонстрирует, не стесняясь.
– Попался.
Отрываю взгляд от ее сисек и смотрю в глаза.
– Я может и льщу себе, но не так, как льстит мне твой взгляд. И ему я верю больше, чем твоим словам.
– Тогда смотри, - цежу сквозь зубы и испепеляю ее взглядом, вложив в него всю брезгливость, раздражение, горечь и все, что я испытал, когда узнал о том, что она мне изменила.
– Продолжай смотреть на меня так. Меня это заводит.
– Заводит отторжение?
– хмыкаю презрительно.
– Заводит твоя ревность. Я могла бы нырять в нее, как твоя сестра ныряет в воду с надежной, любящей ее спины.
– Он не любит ее, он просто хочет трахаться!
– взрываюсь, переходя на повышенный тон.
– Не суди о людях по себе, Марк, - качает головой Кошка, присаживаясь.
– Обернись и посмотри на них.
– Не хочу.
Упрямо поджимает губы, тянется ко мне и силой поворачивает мое лицо к парочке, на которую я не хочу смотреть.
– Я клянусь, я тебе руку сломаю, - рычу бессильно, потому что ее прикосновения бесят. Бесят, потому что раздувают ураган внутри.
– Он любит ее, возможно даже с детства. Любит, искренне и всей душой. Потому что в то время, как ты уже заволок бы меня на глубину и тыкался стояком мне в бедро, он просто позволяет ей делать с собой все, что ей заблагорассудится, спокойный и надежный.
Смотрю в их сторону упрямо. Не хочу соглашаться с этой вертихвосткой, но не могу спорить со здравым смыслом. Они реально смотрятся мило. Как раньше. Ржут с чего-то вдвоем. Стоят неглубоко сейчас, видно, что все прилично.
– Можешь, когда хочешь, - одобрительно фыркает Кошка у уха.
– Отвянь, - фыркаю в ответ и поворачиваю голову к ней, сбрасивая ее руки.
– Тебе обязательно из каждого спора выходить победительницей?
??????????????????????????
– А что, можно по-другому?
– ведет бровью как ни в чем не бывало.