Чтение онлайн

Читаем: «…Относительно занятия Орла противником надо сказать несколько слов. Несмотря на то, что за два дня до подхода противника к Орлу, мною было приказано начальнику штаба Орловского военного округа организовать прочную оборону Орла и, более того, мною в распоряжение штаба Орловского военного округа специально для обороны города был передан один гаубичный арт. полк, всё же штаб Орловского военного округа обороны города не

организовал. Пять арт. полков с полным вооружением и несколько полков пехоты, находящихся в

распоряжении штаба Орловского военного округа для обороны города, сопротивления немцам

не оказали. В Орёл БЕЗ БОЯ вошли 13–15 танков противника, а затем, несколько позднее, и мото-

пехота…»

Есть масса очевидцев, застрявших в обесточенных трамваях, которые увидели неожиданно

появившиеся танки и бронетранспортёры немцев. Об этом же свидетельствуют и сами оккупанты, практически не обратившие внимание на вышедшие им навстречу отряды плохо вооружённых людей. А ими, к слову сказать, руководили чекисты.

В 80-е годы прошлого века я связался с бывшим начальником Орловского УНКВД К.Ф. Фирсановым, генерал-майором запаса. Он в то время жил в Куйбышеве (ныне – Самара), на улице Ярморочной, 3–27 (тел. 44-30-01). Кондратий Филиппович признался, что являлся одним из ответственных за организацию обороны Орла. Почему же не организовал? Он отослал меня к своим мемуарам в книге «За линией фронта» (Тула, Приокское книжное издательство, 1968), которые удивительным образом свидетельствовали против бывшего чекиста. Впрочем, читайте сами:

«…Второго октября оперативно-чекистская группа, работавшая в зоне действующих армий фронта, донесла, что на посёлок Кромы движется мощная группа танков – около трёхсот машин. Через начальника Брянского горотдела НКВД В.И. Суровягина мы немедленно сообщили об этом командующему фронтом генералу А.И. Ерёменко.

Я также доложил о прорыве нашего фронта вражескими танками и о занятии районного центра Кромы Наркому внутренних дел. Вечером я получил от него приказ: «Прорыв фронта большой

группой танков не подтверждается. Прорвалась небольшая группа «смертников», которая, достигнув района Кром, остановилась там на ночлег. Срочно приказываю сформировать из чекистов и истребительных батальонов боевой отряд и под покровом ночи уничтожить прорвавшиеся танки».

Приказ есть приказ. Мы сформировали отряд – около шестисот человек под командованием

майора погранвойск тов. Масанова, комиссаром отряда был назначен секретарь парткома нашего управления В.Т. Слюнин. Отряд, вооружённый винтовками, гранатами, бутылками с горючей

жидкостью и несколькими пулемётами, на машинах выехал для выполнения задания.

Вскоре разведка, высланная отрядом, донесла, что передовая группа фашистских танков и мотоциклетных подразделений вышла из Кром и движется по шоссейной дороге на Орёл. Ясно было, что не только уничтожить, но даже задержать огромную колонну танков, наш слабо вооружённый отряд был не в состоянии.

Ранним утром 3 октября отряд всё же вступил в бой с фашистами. Но огонь наших бойцов только насторожил противника и почти не замедлил его движения. Враг понёс самый незначительный урон, наш отряд тоже имел потери, а главное – оказался в тылу противника. Возвратиться в Орёл было уже трудно, танки врага взяли город в клещи. Отряд был вынужден группами выходить в район Ельца.

В Орле к этому времени создалась очень трудная обстановка. Большая часть организаций и учреждений уже покинули город. Необходимо было отводить и чекистский аппарат, но без приказа Наркома мы этого сделать не могли. Звоню в Москву. К телефону подходит Нарком. Докладываю обстановку, прошу санкции на эвакуацию.

– Эвакуацию запрещаю, – слышу в ответ. – Не порите панику. Орёл мы не сдадим.

– Но в Орле, кроме чекистов, нет никаких воинских частей, – докладываю я. – Город некому защищать.

– Сейчас к вам подходят танковые соединения генерала Лелюшенко и полк войск НКВД подполковника Пияшева. Они не пустят немцев в Орёл. И вообще вы зря паникуете. Главный удар противник наносит совсем в другом направлении. Орёл брать немцы не думают, да и мы его сдавать не собираемся. Больше выдержки.

Мне было приказано не отходить от телефона, звонить каждые полчаса, докладывать обстановку. А обстановка всё усложнялась. Враг подходил к городу. Чекисты заняли круговую оборону вокруг здания НКВД.

На все дороги, по которым немцы могли ворваться в Орёл, были посланы чекистские разведывательные группы. Во второй половине дня 3 октября они донесли, что показались вражеские танки. Я доложил об этом в Москву и вновь услышал:

– Войска подойдут с минуты на минуту. Сохраняйте спокойствие, не отходите от телефона, докладывайте обстановку.

Через полчаса фашистские танки появились на окраине города, а снаряды стали рваться около самого здания управления. Я снова доложил обстановку и получил тот же ответ: «Эвакуацию запрещаю».

Я знал, что наши чекисты без приказа не отступят из города и примут бой с наступающими фашистами, но слишком не равны были силы: у нас десяток автоматов, два-три десятка гранат да наганы против всех вступающих в Орёл фашистских сил. Но тут вмешался случай. Очередной немецкий снаряд вдребезги разнёс здание телефонной станции управления.

Восстановить связь с Москвой было нельзя. Теперь можно было действовать самостоятельно, и я отдал приказ сотрудникам покинуть город…»

А вот один из заместителей Фирсанова, уже после войны продвинувшийся по партийной линии, на одной из встреч рубанул правду-матку:

«Да это мы сами гранату в телефонную станцию бросили да и здание своё подожгли…»

Тогда же мы плотно работали с майором госбезопасности в отставке М.М. Мартыновым, который из корреспондентов ТАСС до войны был мобилизован «в органы», затем возглавлял архивный отдел УКГБ, что и позволило ему в результате кропотливых поисков установить около ста имён патриотов, действовавших в оккупированном Орле. (Мартынов Матвей Матвеевич родился 15 августа 1912 года в пос. Шахта «Капитальная» Макеевского района Сталинской области, УССР. В 1937 году окончил Орловскую областную партийную школу, в 1949 году – вечерний университет марксизма-ленинизма, в 1952 году – Высшую школу усовершенствования руководящего состава МВД СССР. Звание сержант госбезопасности присвоено в 1942 году. Уволен в звании майора в 1964 году. Награждён орденом «Красной звезды», медалями