Чтение онлайн

— Ну?! — довольно грозно поинтересовался Пашка, ювелирно вписав машину в крошечный промежуток между синим фольксвагеном и белой ГАЗелью. Я постаралась вкратце обрисовать ситуацию — сложнее всего было не вдаваться в лишние подробности.

— Поль, умоляю! Агентство «Ваш Дом» видишь? Туда только что вошла очаровательная девушка, мне позарез надо знать, зашла она по делу или просто так, к знакомым, например.

— А она тебя знает? — сразу понял мои терзания умный мальчик.

— В том-то и дело! Придумай что-нибудь, а? Ну там, не знаю — разве такие конторы работают по воскресеньям или еще чего-нибудь…

— Маргарита Львовна, вы меня обижаете! Я все-таки журналист, может, не такой супер, как некоторые, но тоже не на помойке себя нашел. Уж соображу, чего спросить. Девушку как зовут?

— Наташа.

Пока Поль вынимал себя из машины, выражение сонного блаженства на зямином лице сменилось откровенно недовольной миной. Ей-богу, что же такое этот (или эта?) Зяма? Братья Стругацкие, «Отель «У погибшего альпиниста»». А впрочем, какая мне разница?

Через двадцать минут Натали покинула агентство и прошествовала мимо нас в направлении Дома Кино. Еще через пять минут появился Поль и сообщил, что контора по воскресеньям работает в сокращенном режиме, а девушка Наташа хочет поменять свою «квартирку» в «гостинке» на что-то более приличное и интересуется, в какую сумму это встанет. Подобрали ей пока три варианта, с доплатой, конечно.

— Невероятно! — искренне восхитилась я. — Майор Пронин вместе со Штирлицем нервно курят в уголке. Ты этим риэлторам иголки под ногти загонял? Как тебе удалось?

— Элементарно, Ватсон! Не ты одна рекламой подрабатываешь. Так что этих ребят я немного знаю. Остальное — дело техники. Еще что-нибудь нужно или поехали?

Конечно, мы поехали. Поль с Зямой подвезли меня до дому. После раскаленных улиц прохладный подъезд казался настолько райским местом, что я даже не стала вызывать лифт и пошла пешком.

Телефон — свой, такого звонка больше во всем доме нет — я услышала еще на третьем этаже. Он надрывался так, что, казалось, дверь сейчас просто вылетит — и замолк, естественно, как раз в тот момент, когда я, наконец, справилась с замком. Ну, Ильин, ну, заботливый мой, понаставил мне замков, как в швейцарском банке! Домой попасть невозможно. И автоответчик я, уходя, конечно, забыла включить. Кто же это там такой упорный был?

Не успела я, однако, вызвать на табло список входящих звонков, как неугомонный аппарат вновь ожил.

— Я уж думала, тебя тоже убили! Ты где была? — Ланка даже поздороваться забыла.

— В разных местах… — довольно невнятно ответила я, недоумевая, чего это Лана свет Витальевна так разнервничалась. Даже рядом с трупом она была спокойнее.

— В разных местах… — повторила за мной Ланка.

— Ладно, чего там еще стряслось?

— Не знаю. Может, и ничего. Даже наверняка ничего. Только… Слушай, ты можешь позвонить Казанцеву? Ну там о каком-нибудь интервью договориться, а? Я тебе номер продиктую…

— В воскресенье? — изумилась я. — Об интервью договариваются по служебным телефонам. Я, конечно, могу, но это будет ненатурально, как фиолетовый апельсин. Сама не можешь позвонить?

— Не стоит, — прозвучало после паузы.

Что там у них стряслось? Ланка что-то узнала о бывшем ненаглядном? Или ненаглядный себя «не так» повел? Или что? Или вчерашний звонок к нему вообще не имеет отношения?

— Но это он вчера звонил? Когда ты сорвалась и умчалась.

— Да, — кратко и невыразительно подтвердила Ланка после небольшой паузы.

Интересно… Откуда бы тут паузе взяться? Либо «да», либо «нет», чего думать-то?

— Ну и? Вы поссорились, что ли?

— Нет, — на этот раз пауза была подлиннее.

Не узнаю великого фотографа. Названивает мне сама, а информацию клещами приходится вытягивать.

— Ничего не понимаю. Ужасное нахальство с моей стороны, но не скажешь ли, зачем ты ему так срочно понадобилась?

— Не знаю.

— То есть как — не знаю? О чем вы говорили?

— Мы не говорили.

— Ага, молчали и глядели друг на друга. Давай по порядку. Он позвонил, попросил о встрече, так? Ты приехала домой — и…

— И все. Он так и не появился. Мобильный отключен, на домашний мне лучше не звонить… Рит, я боюсь…

— Понятно. Только, по-моему, напрасно. Он все-таки не я, не ты и не дядя Вася слесарь. Если бы что случилось, уже в новостях сообщили бы. Смотрела наши новости?

Она мотнула головой:

— Нет.

Я щелкнула телевизионным пультом, пробежалась по программам… Вот. «Воскресная студия».

— Включи телевизор и хватит психовать. Сидит твой голубчик за круглым столом и с умным видом разговаривает об умных вещах. Сама убедись.

Вообще-то «Воскресная студия» снимается где-то в четверг-пятницу. Но этого я Ланке говорить не стала — если бы с «голубчиком» что-то случилось, передачу наверняка заменили бы.

В трубке послышался вздох, хотелось думать, что облегченный.

— А теперь скажи, чего он звонил?

— Не знаю, — голос звучал уже поспокойнее. — Надо поговорить, и все. Я и поехала, — после небольшой паузы она добавила: — Неловко как-то все сразу рубить.

Это я очень хорошо понимала. Чувство вины перед человеком, с которым только что рассталась, причем «та» сторона искренне не понимает — почему — и убеждена в полном отсутствии каких бы то ни было причин для разрыва… «Не понимает», потому что некоторые вещи мужчины и женщины воспринимают с диаметрально противоположных сторон. Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись.

В общем, дополнительных разъяснений тут не требовалось. Лично мне под руководством немотивированного комплекса вины доводилось совершать куда большие глупости, чем отклик на «надо поговорить». И уж заведомо более серьезные, нежели те, что делаются… м-м… как это называется? в любовном угаре.

— Ланочка, я вообще не понимаю, чего ты паникуешь. Если девицу достал кто-то из его команды, так ты тут никаким боком. Тебя может касаться только, если он сам… А он с тобой был с трех часов дня.

В трубке опять послышался вздох и, подождав с минуту, я почувствовала, как в душе моей зашевелились смутные, но крайне неприятные подозрения.

— Или не с трех? Эй, Ланочка, ау!

— Да с трех точно, ты не думай, — успокоила не то меня, не то себя Ланка, в результате чего подозрения поднялись и заколосились. — Я сама не знаю, что на меня нашло. Максим исчез, тебя тоже где-то носит, ну, и вот… Ты что-нибудь еще узнала?

Я подумала, что, конечно, узнала, остается самая малость — понять, что именно. Но, раз уж Ланка на связи, не вредно заткнуть еще одну дыру.