Чтение онлайн

— Опаньки, ядрён-батон! Ты откуда тут взялся?

Лис подскочил. Сердце выдало сумасшедшую чечётку, и кровь ударила в голову так, что в глазах забегали искры.

Человек совершенно бесшумно приблизился к юноше и обошёл вокруг, точно рассматривал музейный экспонат.

— Как вы меня напугали, — не своим голосом выговорил Лис.

— О, это я могу! — тот засмеялся. — А ты, это, сынок, разве видишь меня?

— Вижу, — запнувшись, ответил парень.

Бесшумный незнакомец почесал лохматую седую голову и цокнул.

— Опаньки.

Лис справился с бурным дыханием и в свою очередь рассмотрел собеседника. Дед как дед. Клетчатая рубашка, грубая безрукавка, брезентовые штаны и высокие резиновые сапоги. Лицо крупное, морщинистое, чуть помятое, но взгляд трезвый, даже бодрый. Сизый нос-картофелина — этакий индикатор объёмов принятого вовнутрь алкоголя — лихие усы и трёхдневная щетина. На вид деду было к семидесяти, но Лис сбросил пяток на специфический деревенский образ жизни. В целом мужик казался крепким, как бывалый охотник.

— А где ваша собака? — ляпнул Лис.

— Что, боишься пёсика? — мужичок расплылся в хитрой улыбке. — Ай-ай, а ведь большой мальчик… Погодь-ка, — улыбка исчезла, и её место заняло неподдельное удивление. — Ты как собаку учуял?

— Носом, — огрызнулся Лис. Беззлобная ирония деда ему совсем не понравилась.

— Опаньки. Значится, ты меня увидел, а мою Галку унюхал?

Лис собрался с духом и пошёл в атаку.

— Ваша собака прячется вон в тех кустах, — он махнул рукой на заросли. — Я её не боюсь. Это она меня боится. Она одичала одна.

— Опаньки… — дед сурово сдвинул густые брови.

— Никакие не «опаньки». Ты призрак. Но я тебя вижу и слышу, потому что я сын Огненного Змея, хранителя царства, кое в народе зовут «Тридесятым».

— Ух…

Блазень мгновенно оказался в десятке метров от собеседника.

— Постой, дед, не уходи, — Лис пошёл за призрачным охотником.

Под ногой угрожающе хлюпнуло, и он запоздало понял, что впереди трясина.

— Эй, Болотник, — он посмотрел на застывшего деда и попятился. — Брось свои штучки! Меня не проведёшь.

Хотя — Лис это понимал — Болотник почти добился успеха: ещё шаг, и жертва ухнула бы в прожорливую топь. Со всеми предосторожностями юноша вернулся на сухую гриву и сел под деревом. Глаза горели от усталости, в затылке стучала кровь, но слабость он упрямо не признавал.

Пыхтение из кустарника переместилось ближе к человеку.

— Галка! — спокойно позвал Лис, дабы продемонстрировать болотнику свою лояльность.

Собака на полусогнутых выбралась на бугорок, принюхалась и заворчала. Лис тоже принюхался и определил, что пёс продолжает побаиваться. Прежде он имел дело с собаками исключительно в роли загоняемого. Как вести себя в роли старшего, человека, он не знал, но интуитивно нашёл метод наладить контакт с одичавшим животным.

— Галка, иди ко мне, — он протянул руку ладонью вверх. — Иди, девочка! Ко мне!

Собака подползла к человеку, осторожно обнюхала руку и завиляла хвостом. Лис рискнул погладить её сначала по грязной морде, а осмелев, и по загривку. Пальцы нащупали старый кожаный ошейник с металлическими заклёпками.

— Эй, Дед, снял бы ты с неё этот хомут. Смотри, шерсть на шее совсем сопрела.

Болотный дух медленно поплыл над трясиной в направлении гривы, где сидел Лис.

— А ты хороший человек, сынок, — произнёс он.

— Я буду называть тебя Дед. А ты зови меня… Лис.

— Опаньки! Глупый ты или сильный, если мне своё имя назвал? — призрак погладил усы, ещё раз оглядел юношу и ответил на свой вопрос сам. — Сильный.

Лис промолчал. Собака тем временем доверительно прижалась к его ноге, положила морду на колени и подставила холку, мол, почеши. Юноша автоматически запустил руку в огрубевшую шерсть.

— Давно ты здесь, Дед? Год? Два?

Болотник присел рядом с юношей. При этом ни одна травина не пошевелилась.

— В позапрошлую осень утоп. Прямёхонько во-он там. Тама где-то тело моё и гниёт.

— Тело в болоте не гниёт, — поправил Лис. — Торфяные слои содействуют мумификации.

— О! Студент, что ль?

— Люблю читать, — уклончиво ответил парень, вспомнив про проваленный зачёт и мрачные перспективы на экзаменах. Если таковые для него состоятся. — А что ж ты в Переход не пошёл?

Болотник вздохнул, как живой человек.

— А её куда ж я брошу? — он показал на собаку. Та подняла голову. — Видал, она меня чует. Три года её растил. Хлеб на двоих делили. И вот нате — с пьяных глаз решил у деревца нужду справить, да и ахнулся… Галатея, девочка…

Он сделал движение, будто смахнул что-то с ресниц.

— Галатея? — Лис присмотрелся к собаке.

В кинологии он был, мягко говоря, не силён, но с некоторым сомнением определил овчарку. Хотя в его представлении овчарки были либо чёрно-серые, либо чёрно-рыжие, а шерсть этой казалась радикально чёрного окраса.

— Дочка на день рожденья привезла из Москвы. Сказала — клеймёная, из питомника. У Галатеи даже пачпорт есть. Но по мне — что пачпорт, что не пачпорт, главное, чтобы собака преданная была. Галка хороша! Как под ружьём работала!.. Слушай-ка, Лис. Возьми её себе.

— Я?

— Она тебя приняла. Никогда к чужим не шла, а тебе, это, даже ошейник снять позволила. Возьми, сынок! — призрак молящими глазами взирал на юношу. — Ты добрый парень. Я спокойно уйду, зная, что Галка с тобой. Надоело, знаешь, над болотом шляться. И одиноко.

— Так шёл бы в деревню.

— Опаньки! Ну ты, сын змея! — дух презрительно фыркнул. — Не учил папаша букварю? Как же я тебе с гиблого места уйду? Да, это, через гать и по болоту?

— Со мной пройдёшь! — осенило Лиса.

Болотник нерешительно почесал макушку.

— Оно, конечно, не плохо бы… Да нечего мне дома делать. У меня Галка только и была. Жёнка, пухом ей земля, померла давно. У дочки своя семья.

Лис опустил голову.

— А мне одному отсюда не выбраться, Дед.

— Заблудился? — посочувствовал болотник.

— Да, дурацкая получилась история.

Блазень задумчиво окинул взглядом топь, подмигивающую редкими болотными огоньками.

— Так и быть. Выведу. Но ты, это, пообещай Галку домой забрать.