Чтение онлайн

— Умерла её дочка, — голос больной утонул в возобновившемся потоке слез. — Баба Прося не верит, говорит — ушла. А я поняла: погибла.

— Ну-ну, не волнуйтесь, — повторил хирург, уступил место возле пациентки медсестре и тихо распорядился. — Обеспечьте полный покой, нитроглицерин немедленно, а я позову дежурного врача.

— Вы случайно не из… — начала медсестра, изумлённо осматривая синий медицинский костюм хирурга.

— Случайно из хирургии, — отрезал доктор Полозов. — Займитесь пациенткой, коллега.

Закончив экстренную операцию, Тур долго стоял на крыльце больницы с сигаретой в руке и смотрел на малиновый закат, расплывшийся над лесом. Розовое солнце не выходило из головы, равно как и странное ощущение тепла, возникшее внутри при виде умершей старушки. Он ожидал явления её призрака в той или иной форме, однако пространство дышало одиночеством. Всеволод Полозов возвратился в отделение без каких-либо выводов и с тревожной мыслью: не разучились ли мы видеть гостей с того света?

Ответ на волнующий вопрос он получил через час. Работая над операционным столом, он краем глаза наблюдал туманное мерцание возле кварцевой лампы, и нечто незвучавшее билось в ушах: помоги ему, пожалуйста, помоги! Когда состояние оперируемого больного стабилизировалось, мерцание и мольбы прекратились. Никто из бригады, разумеется, привидение не заметил, зато горячие руки хирурга вызвали беспокойство заботливой Лидочки, помогавшей ему снять окровавленные перчатки.

— Всеволод Васильевич, вы хорошо себя чувствуете? По-моему, у вас жар.

Тур непринуждённо отшутился и даже позволил медсестре прикоснуться к своему лбу. Лидочка осталась удовлетворена.

День девятнадцатый

Пока Владимир Полозов поджидал брата во дворе клиники, к нему дважды обратились: здравствуйте, Всеволод Васильевич. Для простоты он просто кивал в ответ. Третьей жертвой поразительного сходства близнецов стала юная барышня, спешащая к дверям больницы с автобусной остановки.

— Всеволод Васильевич! Я так и знала, что обязательно вас встречу!

Он непринуждённо снял очки и мило улыбнулся девушке, направлявшейся к нему.

— Увы, мадемуазель. Владимир Васильевич.

Она удивлённо остановилась. Владимир Полозов показал на больничное крыльцо.

— А Всеволод — вот он идёт!

Девушка оглянулась, несколько секунд следила за приближающимся доктором Полозовым, перевела взгляд на его брата-близнеца и, слегка покраснев, рассмеялась.

— Ой, извините. Я не узнала.

— А я, кажется, вас узнаю, — начал Владимир Полозов.

— Оля? — продолжил за него Всеволод Полозов. — Рад видеть. Какими судьбами?

— Я на практику сюда напросилась. Но к вам в хирургию только после третьего курса направляют, — она виновато передёрнула узенькими плечами.

— Не всё сразу, коллега, — улыбнулся доктор Полозов. — Была бы цель, найдётся и решение.

— Я побегу. А то, кажется, опаздываю.

— Удачи вам, Оля.

Близнецы проводили девушку весёлыми взглядами.

— Шустрая девчоночка, — заметил Ворон.

— Ты бы её тогда, на поле, видел! — кивнул Тур. — Умелая и бесстрашная. Не каждая в её возрасте сохранила бы самообладание. Ну, ты готов?

Ворон спрятал очки в карман и усмехнулся.

— Каков план? Входим в кабинет и…

— Нет. Вхожу я. А вот чтобы я вошёл, тебе придётся мне помочь.

— А почему не вместе? — удивился Ворон.

— Он должен принять решение сам, без постороннего воздействия. Откажет, значит, будем искать другие пути, — Тур протянул брату белый халат. — И постарайся сделать так, чтобы на нас двоих внимания не обращали.

Ворон стряхнул со лба непослушную чёлку и хитро прикусил ус, заметив, как близнец тем же самым движением поправляет свою причёску.

— Тебе не кажется, что мы ещё не расцепились после карьера?

— Не вздумай от моего имени с медсестричками лясы точить, пока я буду у главврача, — Тур выразительно глянул на брата.

— Когда я последний раз так шутил? — Ворон разыграл обиду.

— В Рождественские праздники.

Планёрка закончилась в половине десятого утра. Заведующие отделениями стали выходить в коридор, а Ворон, улучив момент, проскользнул в приёмную. Главврач беседовал в дверях кабинета с кем-то из руководящего звена больницы, секретарша возилась с бумагами возле шкафа. Заняв позицию так, чтобы свет из окна не падал на лицо, Ворон дождался окончания разговора и обратился к начальнику клиники по имени-отчеству.

— В чём дело? — начал было тот, но под пронизывающим взглядом человека в белом халате онемел.

— Дело весьма серьёзное, — заговорил Ворон. Контролировать секретаршу затылком было нелегко, но пока удавалось. — Пожалуйста, уделите ему несколько минут вашего времени. Обсуждение состоится немедленно. В вашем кабинете.

Главврач качнул головой. То было не согласие, а попытка развеять мистические чары, опутавшие мозг.

— Немедленно. В вашем кабинете, — нажал Ворон. — Речь идёт о жизни и здоровье людей.

Сзади заскрипели дверцы шкафа.

— Проходите, — выговорил главврач.

Ворон дал знак близнецу. Тур появился в приёмной в тот момент, когда секретарша переносила папки из шкафа на стол.

— Доктор Полозов! — сердито воскликнула она.

Ворон стремительно обернулся.

— Здесь никого нет.

Несколько мгновений секретарша испуганно смотрела на двух «докторов Полозовых», затем на лицо её наплыла тень умиротворения, и она взялась спокойно перелистывать бумаги.

— Действуй, — шепнул Ворон брату. — Жду на улице.

Всеволод Полозов шагнул в кабинет.

— В чём дело? — повторил главврач и изумлённо огляделся, не понимая, когда оказался за своим рабочим столом и почему перед ним сидит рядовой доктор.

— Как я уже говорил вам, — Всеволод Полозов сделал вид, что продолжает прерванную речь, — в истории болезни пациента, поступившего в хирургическое отделение в субботу, упоминается свалка производственных отходов. Я провёл дополнительные исследования и пришёл к выводу, что недалеко от посёлка Медное без надлежащих мер безопасности сбрасывают высокотоксичные химические вещества. Вот копии анализов пострадавшего, взгляните. А это — фотографии свалки. Она находится в трёх-пяти километрах от деревень. Жители используют отходы в бытовых целях. У меня есть все основания утверждать, что химикаты содержат огромную концентрацию тетра-хлордибензол-n-диоксина.