Чтение онлайн

не послушает, пока забег не закончится, да и мы всё равно будем держаться вдали от леса. Кроме

того, если я сыграю нужную мелодию в Лабиринте... – У него заблестели глаза. – Ооо. Иди сюда,

Кайла. У меня есть идея.

Он увлёк её за собой, снова оставив меня в одиночестве. Я, конечно, понимал энтузиазм Остина.

Его навыки игры на саксофоне были очень впечатляющими, и я был уверен в том, что он станет

передовым джазовым музыкантом своего поколения. А если вы думаете, что собрать

полмиллиона просмотров на YouTube, играя джаз на саксофоне, это легко – подумайте ещё раз.

И всё же, его музыкальная карьера не двинется с места, если таящаяся в лесах сила уничтожит

нас всех.

В качестве последней надежды (самой последней надежды), я пошел искать Мэг МакКэффри.

Я заметил её говорящей с Джулией Фейнголд и Элис Миязавой возле одной из жаровен. Скорее,

дочери Гермеса говорили, пока Мэг пожирала чизбургер. Я подивился тому, что Деметра,

королева зерна, фруктов и овощей, могла иметь дочь, которая была просто не знающей

сожаления хищницей. Да и Персефона была такой же. Вы услышите много историй о богине

весны со всей её кротостью и нарциссами, вкушающей зерна гранатов, но говорю вам: эта

девушка внушала ужас во время её атаки на горку свиных ребрышек.

Я подошел к Мэг. Дочери Гермеса отошли в сторону, как будто я был заклинателем змей. Мне

это пришлось по нраву.

— Привет, – поздоровался я. – О чем это вы тут болтаете?

Мэг вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Эти двое хотят узнать наши планы на забег.

— Уверен, что хотят, – я сорвал маленькое устройство для прослушки с рукава пальто Мэг и

бросил его обратно Элис.

Элис смущенно улыбнулась.

— Вы не можете винить нас за попытку.

— Нет, конечно же, нет, – сказал я. – Надеюсь, в таком случае вы тоже не возражаете против

того, что я сделал с вашей обувью. Приятного вам забега!

Девочки нервно разбрелись, по дороге проверяя подошвы своих кроссовок. Мэг посмотрела на

меня как будто с уважением.

— Что ты с ними сделал?

— Ничего, – ответил я. – Половина фишки божественного бытия состоит в умении блефовать.

Она фыркнула.

— Ну и каков же наш тайный план? Подожди, дай угадаю. У тебя его нет.

— Ты схватываешь на лету. Если честно, то я хотел кое-что придумать, но меня отвлекли. У нас

проблема.

— Ну естественно, – из своего кармана она вытащила две бронзовые петли , похожие на

плетеные полосы из закаленного металла.

— Видишь это? Они обматываются вокруг наших ног и остаются так до конца забега. И способа

избавиться от них тоже нет. Ненавижу ограничения.

— Согласен, – у меня был соблазн добавить: "особенно, когда я связан с маленькой девчонкой по

имени Мэг", однако моя природная дипломатичность взяла вверх. — Но вообще-то, я имел в

виду другую проблему.

Я рассказал ей об инциденте на стрельбище, когда Шермана практически заманило в лес. Мэг

сняла свои очки. Без стекол её темные глаза выглядели мягче и теплее, словно крошечные

участки зеленых насаждений.

— Ты думаешь, что-то в лесу зовет людей?

— Я думаю, что-то в лесу отвечает людям. В древние времена там был Оракул...

— Да, Дельфийский, ты уже говорил.

— Нет. Другой Оракул, даже древнее чем Дельфийский. Связанный с деревьями. Целая роща

говорящих деревьев.

— Говорящих деревьев? – Рот Мэг дернулся. – И как этот Оракул назывался?

— Я... я не помню, – я сжал свои зубы. – Я должен знать. Должен был бы сказать тебе

немедленно. Но информация... Она будто специально от меня ускользает.

— Такое иногда случается, – сказала Мэг. – Подумай над этим.

— Но такого не случалось со мной! Тупые человеческие мозги! В любом случае, я верю, что эта

роща находится где-то в лесу. Я не знаю как или почему. Но эти шепчущие голоса... они исходят

от затаившегося Оракула. Священные деревья пытаются возгласить пророчество, обращаясь к

людям, мучающимся насущными вопросами, и заманивая их.

Мэг надела свои очки обратно.

— Ты знаешь, что это звучит дико, правда?

Я успокоил своё дыхание. Надо было напоминать себе, что я больше не бог. Приходилось

мириться с оскорблениями смертных, будучи лишенным возможности обратить их в пепел.

— Просто будь начеку, – сказал я.

— Но забег даже не проходит через лес.

— Тем не менее... мы в опасности. Если бы ты смогла призвать своего друга Персика, я был бы

рад его компании.

— Я же говорила тебе, он появляется, когда сам того захочет. Я не могу...

Хирон дунул в горн с такой силой, что у меня раздвоилось в глазах. Ещё одно обещание себе:

когда я снова стану богом, то спущусь в этот лагерь и заберу у них все горны.

— Полубоги! – обратился к нам кентавр. – Свяжите свои ноги вместе и следуйте за мной на

стартовую позицию!

Мы собрались на поляне в сотне ярдов от Большого Дома. То, что за это время мы ничего себе не

сломали, было маленьким чудом. С моей левой ногой, связанной с правой ногой Мэг, я

чувствовал себя так же, как обычно в утробе Лето прямо перед тем, как мы с сестрой родились.

Артемида всегда отпихивала меня в сторону, толкала локтями по рёбрам да и вообще вела себя

по-свински.

Я произнёс молчаливую молитву: если я выживу после этого забега, то пожертвую самому себе

быка, возможно, даже возведу новый храм. Я просто обожаю быков и храмы.

Сатиры велели нам рассыпаться по поляне.

— Где тут линия старта? – спросила Холли Виктор, толкая плечом свою сестру. –

Хочу быть ближе всех.

— Это я хочу быть ближе всех, — поправила Лорел. — А ты можешь быть второй.

— Не о чем волноваться! – Голос сатира Вудроу звучал с большим волнением. – Мы объясним