Чтение онлайн

— Все говорят тебе, чтобы ты шла, не раздумывая, за своим хранителем, Саян, — голос тети Ллой вывел из раздумий, словно ледяной воды в лицо плеснули (в человеческое лицо — дрох бы такое даже не почувствовал).

— А ты? Ты не рада за меня?

Тетя Ллой становилась все более нервной и ядовитой с каждым днем, который приближал ее к моменту откладывания яйца. Ее можно понять — мамин пример не приносил ни спокойствия, ни расслабленности, ни умиротворения. Мамин пример даже нам, ее дочерям и племянницам, которые как бы не скоро планируют обзаводиться детьми, внушает не самую радужную мысль: «Только не так!»

— Я помню Каммей, когда она встретила Клевра и объявила его своей Судьбой. Она никогда этого не расскажет, а тебе особенно, ведь это же ты Судьба — ты не на ее месте.

До нашего ухода осталось совсем немного терций, Рой уже обговаривал с Раром нюансы построения врат на месте порталов в том мире, откуда он пришел, а мама готовила из моей чешуйки оберег для сглаживания воспоминаний. Ваюни тяжко вздыхала, поглядывая в мою сторону, но под строгое шиканье Ларо и Кассии, отворачивала головы и не решалась подойти ко мне, чтобы попрощаться. (Глядя на свою семью, я отмечала отстраненно, что моя совесть как-то так успела атрофироваться, что даже сердце не вздрагивает от мыслей, что они останутся все тут, в пространстве между мирами).

А я медлила, ожидая продолжения от тети Ллой — ведь не зря она подошла.

— Если бы меня спросили, то я бы никогда не пожелала своим дочерям стать чьей-то Судьбой… Потому что мне жаль того, другого в паре… Каммей хотела отказаться от пламени в сердце ради Клевра, а тот подделал свое пламя, чтобы оно казалось Истинным. Встречался с ними двумя, а потом праздновал помолвку, наблюдая, как Каммей страдает. Ему было все равно, ведь моя сестра не была его Истинным пламенем.

— У дрох-куаров вообще редко бывает Истинное пламя, — вспомнила я рассказы самого магистра Клевра и тех дрох-куаров, которые прилетали к нам в Арх-Руа.

— Поэтому Каммей и рассчитывала, что они соединят свои жизни в храме, а после отступила и не уточняла подробности. Ведь кто из дрохов пойдет против Истинного пламени.

— Иногда кажется, что рассказы про Истинное пламя дроха — это какая-то красивая выдумка, которую тянут в течение жизни, передавая следующим поколениям.

Мои слова отдавали горечью. Возможно ли надеяться, что я смогу почувствовать этот огонь вместе с Роем? Но я резко откинула упаднические мысли и вскинула головы — у меня другая дорога, отличная от общей, и никто не переубедит меня.

— Кто верит — тот верит, а кто нет — тот просто убеждается на своем опыте, — Ллой улыбнулась, демонстрируя крепкие белые клыки, которые не так давно разрывали ямского монохвоста, пойманного для мелких. — Каммей очень переживала, даже хотела все равно отказаться от пламени, чтобы не чувствовать боль. И даже встреча с Истинным пламенем расшевелила ее не сразу — понадобилась гора терций и терпение.

Тетя Ллой замолчала, а я нетерпеливо подергала хвостом, но продолжения не последовало, только горькие вздохи и сокрушенные покачивания пятью головами.

— Так что ты хочешь этим сказать, — не вытерпела я через терцию. Я умная и догадливая, но вот сейчас мне совершенно не хотелось озвучивать собственный предположения.

— Что Рой — человек, и ему не подвластно сердце, и если ты вдруг откажешься от него, то это ранит его на столько, что Клевру даже и не снилось. И последствия будут масштабнее — он император в своем мире, и власть — в его руках, а не в твоих. Может оказаться, что ты не выплывешь, не взлетишь. Будь осторожна, Саян, если встретишь свое Истинное пламя.

Что ж, тетя Ллой высказалась, а я выслушала, но была с ней совершенно не согласна, ведь Рой не способен на такие же ужасные действия, как Клевр. Вот такая была моя безграничная вера в малознакомого хранителя, но даже это меня не пугало. И только королевская кровь, эта своевольная субстанция, которую ни один эксперимент не выделил в отдельный сосуд, продолжала бунтовать, намекая, что я совершенно не знаю жизни и людей, а они могут очень сильно удивить в любое время дня и ночи.

Только меня не пугало будущее, не пугала боль, которую старалась причинить королевская кровь — я до шоршеней в глазах мечтала вырваться из этого перехода, и только Рой был способен взять меня с собой…теоретически. О том, какой ситуация может оказаться на практике, я старалась не думать — совсем скоро я итак все узнаю, ведь время хранителя со своей подопечной после предотвращения опасности ограничено сутками, только вот как понять, какие сутки в пространстве между мирами.

— Нам пора, — Рой подошел ко мне вместе с мамой, ободряюще мне улыбнулся и отошел в сторону, давая возможность попрощаться. Только я не запомнила тех слов напутствия, которые говорили мама, бабушки, прабабушка и сестры. Запомнила только горькие всхлипывания Ваюни, когда она отошла от меня и повернулась ко мне хвостом, стараясь спрятать слезы. Но даже ее слезы не тронули меня в тот момент, потому что именно тогда королевская кровь решила проявить себя в полном объеме, то есть выжечь меня изнутри раскаленной лавой. А ещеобразами, которые мелькали перед глазами: исхудавшие от голода мелкие и те мальчики-дрохи, которые еще не вылупились, потускневшие и изможденные родственники и телохранители, а еще несколько погребений, которые прошли в пространстве между мирами — прабабушка и обе бабушки не дожили до выхода в Арх-Руа, да и остальные не выйдут, потому что мои знания «ушли» вместе со мной, а ходить дрохам между порталами еще очень, очень, очень, очень, очень, очень…долго.

Портал открывался и светился голубым, как и должны светиться «правильные» порталы, а не «наши», которые до оскомины надоели своим оранжевым сиянием. Мне оставалось сделать всего полшага, почти ничего, ведь даже стараться не пришлось — портал открылся прямо перед моим носом, но этого полшага мне так и не суждено было сделать.

Потому что кровь зазвенела в ушах дикими звуками, а потом я провалилась в сияние, словно Свет вновь вернулся к нам, или мы вновь добрались до него.

В этом белом сияющем молоке мне предстали Врата. Не те врата, которые я себе все время представляла, а Врата, которые строят в том мире, куда мы вываливаемся. Они были металлические, витиеватые, мощные. От них так и фонило магией того мира, концентрированной, насыщенной, живой. А еще на них была замочная скважина в виде спирали, и ее предстояло закрыть, чтобы мы смогли вернуться в Арх-Руа.

Только нужно подобрать ключ. Создать или вырастить, насытить магией того мира, дать сконцентрировать энергию.

Но все это невозможно сделать, если я покину это пространство и уйду в тот мир вместе с Роем — я не успеютамподобрать ключ, только здесь мне дано создать что-то подходящее и направить это «что-то» в тот мир на «проращивание».

Все это продемонстрировали Свет и королевская кровь…и отпустили меня обратно, больше не причиняя боли, чтобы я сама приняла решение: уйти мне или остаться.

А я, оглушенная предоставленной свободой, стояла на краю портала и медленно передвигала лапу в сторону воронки. Я безумно хотела уйти с Роем и от этого желания у меня даже дыхание перехватывало и в сердце щемило и трещало, словно в него масло брызнули.

Шурх, шурх, шурх… Так звучит моя попытка передвинуть лапу внутрь портала, потому что поднять и переступить у меня нет сил, а вот толкать, тащить, «скользить» по поверхности еще выходит.

Шурх, шурх, шурх… Подтягиваю вторую лапу, но сил переступить границу не хватает. Не физических сил — сил, чтобы переступить свою совесть, чтобы бросить родных, зная, что их ждет…