Затерянные в Шангри-Ла
Шрифт:
Сержант Кен Деккер в походном туалете в джунглях (фотография любезно предоставлена С. Эрлом Уолтером-младшим).
После этого медики переключились на Маргарет. Два часа они обрабатывали ее ноги. Повязки, наложенные Макколломом, намертво прилипли к ранам. Док Булатао понимал, что снимать их будет очень тяжело и мучительно.
«Он старался снять повязки, не причиняя мне лишней боли, — записала в дневнике Маргарет. — В процессе он страдал так же, как и я. „Видели бы вы, как это делал я!“ — подбадривал медиков Макколлом. „Но я боюсь, что ей будет больно!“ — отвечал Док».
Больше всего Маргарет боялась потерять ноги.
— Если я вернусь на базу, — сказала она Булатао, — то военные врачи просто сорвут эти повязки и начнут скрести мои ноги щеткой. Так что смелее, Док!
Булатао последовал ее совету. «Лишь спустя много времени он рассказал мне, насколько шокировал его мой вид, — написала в дневнике Маргарет. — Я превратилась в ходячий скелет. Сомневаюсь, что в те дни весила больше девяноста фунтов».
Булатао знал, что быстро вылечить гангрену у Маргарет или Деккера им не удастся. Борьба предстояла долгая и нелегкая. Им с Рамми нужно было срезать отмершую кожу, промывать раны перекисью водорода, наносить мазь и перевязывать своих пациентов. Такая процедура повторялась ежедневно. Если лечение начать вовремя, то гангрена остановится и начнется исцеление. Если же медики опоздали бы, то потребовались бы более жесткие меры — возможно, даже ампутация.
«Док прекрасно понимал мои страхи, — писала Маргарет. — Перевязывая мои чудовищные раны, он улыбнулся и сказал: „Через три месяца будешь бегать!“ Но я знала, что он в этом не уверен. Еще меньше уверена в этом была я».
17. ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ
КОГДА МАРГАРЕТ ХАСТИНГС СТРАДАЛА от мучительной боли в горных джунглях, Эрл Уолтер наконец-то получил возможность послужить своей стране. Конечно, это не были боевые действия или партизанская война на Филиппинах, но цель его была высока и благородна: ему предстояло спасти своих товарищей в Шангри-Ла.
Полковник Элсмор и другие руководители спасательной операции по-прежнему не знали, как вывезти людей из Шангри-Ла. Но то, что солдат нужно было туда забросить, ясно было всем. Командование решило, что Уолтер и пять десантников устроят базовый лагерь в главной долине, через джунгли доберутся до лагеря выживших, заберут их и медиков и вернутся в базовый лагерь, откуда их вывезут или где они получат дополнительные инструкции. Пока Уолтер с группой десантников пробираются к лагерю на прогалине, оставшиеся десантники будут охранять лагерь и строить взлетную полосу — вырубать кустарник и деревья, готовить почву, убирать препятствия.
Идея построить взлетную полосу появилась, когда другие варианты спасения отпали. Использовать вертолеты было нельзя — они просто не смогли бы перелететь через горы. Команда Элсмора отказалась от идеи использования гидроплана. Это решение было ошибочным: они не знали, что Ричард Арчболд уже садился на озеро близ долины семь лет назад. Последние планы заключались в том, чтобы экспедиция прошла сто пятьдесят миль до Голландии или хотя бы около пятидесяти миль до реки, по которой мог бы подняться военный корабль. Из полудюжины оставшихся вариантов один был фантастичнее другого. Предлагали посадить в долине транспортный самолет — вариант весьма сомнительный, принимая во внимание условия. Столь же нереальной была идея использовать безмоторные планеры, загрузить их пассажирами, а потом вывести в небо с помощью самолетов, летящих на малой высоте.
Планы строились и менялись. Но все же в воскресенье 20 мая в десять утра Уолтер со своей группой, нагруженные парашютами, вооружением, амуницией и разнообразными припасами, поднялись на борт транспортного самолета «Си-47» на аэродроме Сентани. Им предстояло вылететь в Шангри-Ла.
Уолтер попросил пилота, полковника Эдварда Т. Импарато, вести самолет на максимально малой высоте — в нескольких сотнях футов над землей. Уолтеру предстояло выполнить сорок девятый прыжок. Он не хотел, чтобы меняющий направление ветер превратил их парашюты в воздушные змеи и разнес десантников в разные стороны. Он надеялся также, что прыжок с малой высоты не заметят туземцы. Если бы парашютисты долго провисели в небе, их заметили бы все островитяне на несколько миль в округе.
Для высадки Уолтер и Импарато выбрали участок, на котором не было хижин и полей сладкого картофеля. Относительно плоская полоска земли находилась прямо у скал. На ней росло всего несколько деревьев и кустарников. Остальная поверхность была покрыта зарослями травы кунаи. Около полудня самолет Импарато снизился до 350 футов. Парашютисты посыпались из самолета, как костяшки домино. Все парашюты раскрылись, и девять десантников приземлились в долине без проблем.
Они расположились так, как планировали еще на базе — достаточно близко друг к другу, но не рядом. Уолтер слышал радиопереговоры с выжившими во время катастрофы и знал, что местные туземцы настроены вполне дружелюбно. Но место приземления его группы находилось в пятнадцати-двадцати воздушных милях от места катастрофы. Туземцы Шангри-Ла принадлежали к другому племени и вполне могли быть настроенными враждебно.
«Когда мы приземлились, — вспоминал Уолтер, — то сразу рассредоточились. Мы находились близко друг от друга, но не вместе, чтобы нас нельзя было поразить всех сразу».
Впрочем, надежда на то, что высадка может пройти незамеченной, оказалась напрасной. ЕЩЕ ДО ТОГО, КАК ДЕСАНТНИКИ ДОСТИГЛИ ЗЕМЛИ, СО ВСЕХ СТОРОН К МЕСТУ ПРИЗЕМЛЕНИЯ ХЛЫНУЛИ ТУЗЕМЦЫ, ВООРУЖЕННЫЕ ЛУКАМИ И КОПЬЯМИ. Уолтер вспоминает, что их группу окружило не меньше двухсот первобытных воинов. Старшему сержанту Сантьяго «Сэнди» Абренике показалось, что их было человек триста.
Уолтер напрягся и схватился за карабин. В другой руке он держал пистолет — подарок отца. Он чувствовал, что аборигены настроены враждебно, но не спешат нападать. Уолтер скомандовал своим людям быть начеку, но без команды огонь не открывать.
— Ради всего святого, — крикнул Уолтер, — не держите палец на спусковом крючке! Не вздумайте стрелять лишь для того, чтобы напугать! Если мы кого-нибудь раним или убьем, у нас возникнут проблемы!
Абренике не понравился боевой клич туземцев — «устрашающий, необычный звук, напоминающий крик австралийской птицы кукабарры». Сержанту показалось, что этот звук издают трущиеся друг о друга копья, но на самом деле это был настоящий боевой клич.
Хотя туземцев было раз в двадцать больше, Уолтер считал, что боевая мощь позволит десантникам сохранить контроль над ситуацией. «Конечно, у нас было достаточно оружия, — вспоминал он. — Разумеется, это были не пушки и не минометы, но мы были вооружены автоматами, полуавтоматическим оружием и собственными карабинами».
«Нас оснастили для боевого задания, — вспоминал Абреника. — Поэтому мы быстро возвели баррикаду и расположились за ней с автоматами наготове. Нам казалось, что дорогу придется прокладывать с боем».
В центре Шангри-Ла впервые столкнулись первобытные воины и солдаты современного мира.
УОЛТЕР И ЕГО ГРУППА высадились в северо-западной части долины. Туземцы называли это место Воси. Американцы находились в той части Воси, которую называли Абумпук, возле деревни Колоима. Хижин поблизости видно не было — парашютисты специально выбирали нейтральную территорию. Они очутились на поле битвы, которое разделяло две враждующие группы племени дани — клан Лого-Мабель и клан Курелу.