Чтение онлайн

– Почему ты считаешь этот мир ужасным?
– спросила Линэль с удивлением.

– Теперь ваша очередь спрашивать, да?
– улыбнулся Долан.
– Ну, а что в нем хорошего? Сейчас в Хитфилде гражданская война. Люди гибнут ни за что. Ладно бы разбирались, кто маг, а кто нет. А то любой может заявить, что его сосед колдует, и беднягу ни за что на костер пустят на следующий же день.

– Как думаешь, когда Ромул сядет на трон, все измениться?
– спросила Анаэль.

– Может быть, но не факт, - хмыкнул Долан.
– Он такой же, как и отец. Хоть и пытается что-то там говорить о справедливости и перемирии. Может, он и правда хочет мира. Кто знает? Только он сам.

За это время они дошли до комнаты. Миновали несколько ступеней и, наконец, остановились у деревянной двери. Слуги, которых Долан запряг нести вещи принцесс, тащились позади и внесли сумки по команде воспитанника короля. Девушки вошли в комнату и обернулись, чтобы поблагодарить Долана.

– Я отведу Иллора к Лукасу. Увидимся на пиру, - подмигнул он и тут же, оглядевшись по сторонам, добавил, - не используйте магию ни в каком ее проявлении.

Он закрыл дверь, и девушки остались вдвоем.

Линэль упала на одну из кроватей и смущенно засмеялась, закрыв лицо руками.

– Чур, он мой, - произнесла младшая принцесса сквозь смех.

– Долан?
– переспросила Анаэль с удивлением. Она села на вторую кровать и провела руками по мягким мехам.
– Тебе тринадцать, а ему лет восемнадцать.

– И? У вас с Ромулом такая же разница.

– Ты же хотела познакомиться с сиром Гароном, - вспомнила принцесса.

– И хочу, - отрезала девочка.
– Мне кто-то мешает заводить романы и с принцами, и с рыцарями?

– Дурочка, - рассмеялась Анаэль.

Вечером девочка писала к Т’Ядэ.

«Дорогой Т’Ядэ, мы достигли Хаалмата. В самой столице ужасно красиво! Тебе бы, наверно, не понравилось. Тут холодно. Мы познакомились с королевской семьей. Все они очень рады нас видеть. Правда, в их семье несчастье - умер средний сын короля. Это печально, но такова жизнь. Как думаешь, если я помолюсь за него, это не будет выглядеть странно? Ведь все же, он другой веры. Как бы тут хорошо не было, я уже насмотрелась и замерзла. Хочу домой, чтобы поскорее увидеть тебя. Скучаю, твоя Анаэль»

Она лгала в каждой строчке. Ей не хотелось, чтобы руанонец думал, что ей тут плохо. Пусть думает, что у нее все хорошо и не переживает за нее. Его ждала своя жизнь, в которой больше не будет места для принцессы.

Она свернула письмо в трубочку и вышла из комнаты. Нужно было поставить печать и отправить, и девочка хотела найти почтовое отделение. Стоило ей свернуть за угол, как она наткнулась на сира Гарона.

«Линэль обзавидуется» - первое, что промелькнуло у нее в голове. Но вслух она только пискнула.

– Принцесса не знает, что у нас запрещено покидать комнаты после отбоя?
– спросил мужчина. Его голос звучал тихо.

Анаэль была высока, но рыцарь был еще выше нее. И он был не красив. Темные волосы, темная колючая борода. И все бы ничего, если бы не безобразный шрам на левой стороне лица.

– Я... Я не знала, - призналась она.
– Мне нужно отправить письмо...

– Куда?

– Юбирайо, там мой друг...

Мужчина, сощурив глаза, посмотрел на девочку.

– Можешь найти меня завтра, - сказал он.
– И я помогу.

Анаэль, растерявшись, стояла, прижав письмо к груди. Но когда поняла, что просто глазеет на рыцаря, то покивала головой.

– А теперь возвращайся к себе в комнату, - приказал рыцарь. Если бы эльфка не была смущена и растеряна, то обиделась бы от такого тона.
– Ты ведь не хочешь неприятностей?

Ричард II

На площади стояло много людей. Все, кто мог прийти, собрался в этот облачный день около крыльца королевского дворца. Рыцари, придворные слуги, приближенные королевской семьи, простолюдины, нелюди - все собрались, чтобы проститься с Хэммингсом Даном. С неба шел мелкий дождь вперемешку со снегом, и принцесса Рейс твердила, что небо плачет вместе с ними.

И только после полудня начали ритуал. Долгом Преподобного было проводить Хэммингса в последний путь, хоть все уже знали, что он давно вместе с их обожествленным королем. Но проводы - обязательный обряд перед вношением тела в крипту, иначе не упокоенная душа могла вернуться в смертный мир и мстить. Без разбора кому: близким или своим обидчикам.

Ричард стоял около гроба. Холодное тело его сына, одетое в дорогие погребенные одежды, лежало в дорогой коробке. Его лицо было бледным, губы совсем посинели, а лицо успело высохнуть. Они не могли похоронить его раньше - таковы обычаи.

Азура уже неделю не была похожа на саму себя. Почти не выходила из зала для рисования, никого туда не пускала и редко появлялась на семейных ужинах. От бессонных ночей под ее глазами появились синие круги, и это делало ее больше похожей на забитую бабу из тараканьих кварталов, чем на королеву севера. А если женщина с кем-то общалась, то хамила и постоянно покидала место встречи. Ричард понимал ее, ей нужно было время, что бы прийти в себя после потери первенца.

Еще и к самым похоронам, к такому личному трауру, пожаловали гости с юга. Делать было нечего, пришлось устраивать пиры, продолжать готовиться к турниру в честь дня рождения кронпринца и постепенно собирать силы для нападения на Клиффорд.

Старшая дочь Ликориса хоть и не знала Хэммингса, но с полными глазами печали смотрела на костер и тело. В отличие от нее, младшая дочь Фокстрота относилась к событию проще. Она выражала слова сочувствия, как учили ее при дворце, но не испытывала этого чувства взаправду. Ни Хэммо, ни королевская семья не были для нее чем-то важным. Может, это было и к лучшему.

Сложно пришлось братьям Хэммингса. Ромул постоянно ругался с Доланом из-за того, что второй пытался забыться и отвлечься от смерти младшего двоюродного брата. Рейс грустила, на глазах ее постоянно были слезы, стоило кому-то упомянуть хоть что-то связанное с братом. А маленький Лукас еще ничего не понимал, он лишь таскался за старшими братьями.

В это время решались дела государственной важности. Фенисе Рейвенскорн пришло письмо из Риверклера, от одного из ее приближенных людей, что во время ее отсутствия мятежники подняли восстание и захватили трон. Но герцогиня и не думала бросаться в бой или огорчаться, она продолжала лукаво улыбаться и уверяла Ричарда, что все идет по ее плану.

Ликорис убеждал своих коллег, что в поселении орков у него есть шпион. И что тот отправляет ему информацию обо всем, что происходит там. Эльф по имени Малборн, если не ошибался шпион, собирался бросить вызов старому вождю и занять его место. Самое занимательное, что отметили в последнем письме - Малборн планировал напасть на Вейлнд. Если слова шпиона были верными, то королевство было готово к нападению, и весть разошлась уже по всем владениям.