Затмение
Шрифт:
— Спасибо, — невнятно пробормотала я, озабоченная выражением лица Эдварда. Он всё ещё не контролировал себя. Его руки были протянуты ко мне, как будто, он собирался схватить меня и убежать. Я всего лишь немного больше контролировала себя, чем он, побег не казался мне такой уж плохой идеей.
— Джейкобу и Билли пришлось уйти — ты видела, что они были здесь? — спросил Чарли, делая шаг назад, но, продолжая держать руку у меня на плече. Он стоял спиной к Эдварду, вероятно делая попытку не подпускать его ко мне, но это было то, что надо в данный момент. Рот Эдварда был слегка приоткрыт, а глаза всё ещё были широко раскрыты от ужаса.
— Да, — заверила я отца, пытаясь привлечь внимание. — И слышала их тоже.
— Это было мило с их стороны прийти, — сказал Чарли.
— Мм-хмм.
Ладно, идея рассказать все Эдварду — оказалась плохой идеей. Элис была права, закрыв свои мысли. Я должна была подождать, пока мы не окажемся одни где-нибудь, может быть с остальными членами его семьи. И ничего хрупкого поблизости — ни окон,…ни машин,…ни школьных зданий. Выражение его лица вернуло все мои опасения, и добавило других. Теперь там не было страха, лишь чистая ярость, которая неожиданно ясно проступила в чертах его лица.
— Так, где же ты хочешь пообедать? — спросил Чарли. — Возможности беспредельны.
— Я могу приготовить.
— Не будь глупенькой. Хочешь сходить в «Приют»? — Спросил он, напряженно улыбаясь.
Мне не особенно нравился любимый ресторан Чарли, но если подумать, то какая разница? Я в любом случае не смогу ничего есть.
— Конечно, «Приют», круто, — сказала я.
Чарли улыбнулся ещё шире, а потом вздохнул. Он слегка повернул голову в сторону Эдварда, но в действительности не смотрел на него.
— Ты тоже едешь, Эдвард?
Я уставилась на него, мои глаза смотрели умоляюще. Эдвард как раз привёл в порядок выражение своего лица, когда Чарли повернулся чтоб посмотреть, почему он не отвечает.
— Нет, спасибо, — Эдвард сказал сухо, его лицо было твёрдым и холодным.
— У тебя есть планы с родителями? — спросил Чарли, хмурым голосом. Эдвард всегда был более вежлив, чем Чарли того заслуживал, и внезапная враждебность удивила его.
— Да. Если вы извините меня… — Эдвард резко развернулся и начал пробираться сквозь уже убывающую толпу. Он двигался немного быстрее, слишком расстроенный, чтобы поддерживать свой обычный маскарад.
— Что я такого сказал? — спросил Чарли виновато.
— Не волнуйся об этом, папа. — заверила я его. — Я не думаю, что это из-за тебя.
— Вы что, опять поссорились?
— Никто не ссорился. Не лезь не в свои дела.
— Ты и есть мои дела.
Я закатила глаза. — Пошли, поедим.
В «Приюте» было полно народа. Это место, по моему мнению, было черезмерно дорого и вульгарно, но это было единственное место, похожее на обычный ресторан, в городе, так что здесь всегда собирались, чтоб отметить какие-то события. Я угрюмо рассматривала мрачного вида чучело головы лося, пока Чарли ел ребрышки, разговаривая, облокотившись на спинку стула, с родителями Тайлера Кроули, которые сидели сзади нас. Было шумно — все только что пришли с выпускного, и многие переговаривались с соседними столиками, также как и Чарли.
Я отвернулась спиной к окну, сопротивляясь побуждению развернуться и искать глаза, чей взгляд я могла ощущать на себе сейчас. Я знала, что не смогу ничего рассмотреть. Тем более я знала, что не было даже маленького шанса, что он оставит меня без охраны, даже на секунду. Только не после того, что он узнал.
Ужин продолжался. Чарли, занятый общением, ел слишком медленно. Я взяла свой бургер и по кусочкам прятала его в салфетку, когда была уверенна, что Чарли кем-то отвлечен. Казалось, что это всё тянулось так долго, но когда я взглянула на часы, на которые я смотрела чаще, чем положено, стрелки не намного сдвинулись.
Наконец Чарли получил свою сдачу и положил чаевые на стол. Я встала.
— Спешишь? — спросил он меня.
— Я хочу помочь Элис с организацией вечеринки, — заявила я.
— Хорошо, — он отвернулся, чтоб попрощаться со всеми. Я вышла на улицу, чтоб подождать возле машины.
Я облокотилась на дверь пассажирского сидения, ожидая пока Чарли сможет освободиться с импровизированной вечеринки. Было уже почти темно на парковке, облака на небе такие плотные, что нельзя было определить село солнце или нет. Воздух был какой-то тяжелый, словно собирается дождь.
Что-то пошевелилось в тени.
Мой возглас превратился во вздох облегчения, когда Эдвард возник из темноты.
Ни сказав ни слова, он крепко прижал меня к своей груди. Прохладной рукой нашел мой подбородок и притянул моё лицо, так что он мог прижаться своими твёрдыми губами к моим. Я могла чувствовать напряжение в его челюсти.
— Как ты? — спросила я, как только он позволил мне дышать.
— Не слишком хорошо, — тихо произнес он. — Но я уже взял себя в руки. Прости, что не сдержался на выпускном.
— Это моя вина. Нужно было подождать, прежде чем говорить тебе.
— Нет, — не согласился он. — Мне нужно было это знать. Не могу поверить, что сам ничего не заметил!
— У тебя и так голова забита проблемами.
— А у тебя, нет?
Внезапно он поцеловал меня снова, не давая возможности ответить. И отстранился через секунду. — Чарли уже идёт.
— Я попросила его подбросить меня к тебе домой.
— Я проследую за тобой.
— Это действительно не обязательно, — попыталась сказать я, но он уже исчез.
— Белла? — позвал Чарли. Он стоял в дверях ресторана, всматриваясь в темноту.
— Я здесь.
Чарли, не спеша, подошел к машине, что-то ворча о нетерпении.
— Так, какие у тебя ощущения? — спросил он меня, когда мы уже ехали севернее по шоссе. — Это был важный день.
— Я чувствую себя хорошо, — соврала я.
Он засмеялся, видя меня насквозь. — Волнуешься насчёт вечеринки? — предположил он.
— Ага, — соврала я снова.
На этот раз он не заметил. — Ты никогда не любила вечеринки.
— Интересно, в кого я такая уродилась, — пробурчала я.
Чарли усмехнулся. — Что ж, ты выглядишь действительно хорошо. Сожалею, что не додумался подарить тебе что-нибудь. Извини.
— Не глупи, папа.
— Это не глупость. Я чувствую, что не всегда делаю для тебя всё, что должен.
— Ерунда. Ты отлично справляешься. Самый лучший отец в мире. И…, - с Чарли нелегко говорить о чувствах, но, откашлявшись, я всё-таки продолжила. — И я действительно рада, что приехала сюда пожить с тобой, папа. Это было самое лучшее из всех моих решений. Так что не переживай — ты просто поддался действию пост-выпускного пессимизма.