Завещание Малого Льва
Шрифт:
– Знаешь, кто я? – спросил он.
– Зачем гадать? – ответил мальчик, - назовись.
– Я брат Ассоль.
Снова никакого испуга. Это было странно.
– Я так и подумал. Ты такой и должен быть… И зачем я тебе нужен, Льюис Оорл?
– 221 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза
– Еще не решил, - Льюис встал, мальчишка оказался ему по плечо, - хотел для начала на
тебя взглянуть. Очень, знаешь, было любопытно.
Тот поднял к нему бледное лицо и неожиданно весьма пронзительно на него взглянул.
– Чего на меня смотреть? Ты себя хотел показать, так вернее. Что ж, зрелище
впечатляющее. Хорош. Вся Наола уже жужжит, какого к нам эрха занесло.
Льюис так удивился его наглости, а заодно и проницательности, что не смог даже
разозлиться.
– Полегче, - сказал он, - я еще добрый. У Ассоль есть другой брат, так тот велел тебя
сразу закопать. А я пока разговариваю.
– И я пока разговариваю. Чем я так не угодил ее братьям?
– Ты еще спрашиваешь?
– Перестань говорить загадками, Льюис Оорл. Тебе надо, ты и объясняй. Это ведь ты
меня нашел.
Льюис уже понял, что парень не простой, да и не из пугливых. И на редкость наглый,
просто на редкость, никакого почтения к Прыгунам.
– Верно, - согласился он, - это я тебя нашел. А тебе на меня, судя по всему, плевать. И
напрасно. Я существую. И мне не слишком нравится, что моя невеста беременна от другого.
– Что, уже выяснилось?
Льюис взял его за грудки, легко отрывая от пола вместе с его тяжелыми ботинками.
– Знаешь что…
– Пусти, - прохрипел мальчишка, болтая ногами.
Вокруг захохотали. Льюис раздраженно огляделся, перехватил парня за воротник и как
котенка вынес из клуба. Хохот только усилился.
– Зря ты… - Чума поправил комбинезон, - они должны меня бояться.
– Это ты меня должен бояться, сопляк. Забыли тут, что такое Прыгуны? Может,
напомнить?
Они стояли на пустыре перед клубом, вишневое солнце медленно ползло за горизонт.
Воздух был теплый, сухой и пыльный. Кругом - сплошные развалины.
– Прыгунов не боялись, - сказал мальчишка, глядя исподлобья, - боялись Пастухов. А к
Прыгунам все шли за защитой… если верить этим сказкам. Самый добрый, говорят, был
Леций Индендра, «белое солнце». Он всех подбирал и всем помогал, хотя сам даже ходить не
мог. А ты не такой, ты здоровый и сильный, но ты вообще другой.
– Леций Индендра - не сказка, - зловеще усмехнулся Льюис, хотя ему и неловко стало
после такой проповеди, - он, между прочим, отец Ассоль. И он тебе первый твою цыплячью
шею свернет за то, что ты прикоснулся к его дочери. Ему только твоего упыренка не хватало
в королевской династии!
Чума как-то сник и долго не отвечал. Льюис понимал, что происходит что-то не то, не по
сценарию как-то, что Ассоль или соврала, или вообще сама виновата, раз парень никакой
вины за собой не чувствует, но уж слишком кипело в нем уязвленное самолюбие.
– Льюис Оорл, - услышал он потом, - я понял, почему ты злишься. Спасибо, что не убил,
если так. Летим, я тебе кое-что покажу. Только успокойся сначала, хорошо? А то моя
«галоша» развалится.
Льюис с сомнением посмотрел на ржавеющую рухлядь с крылышками и подкрылками, а
заодно и на странного мальчишку.
– Хочешь сказать, что это полетит?
– Садись, принц, не бойся. Это не опасней, чем рыть тоннель на планете Ветров.
Эту наглость Льюис оставил уже без ответа. Видно Ассоль ему много рассказывала про
своих родственников, и чем они занимаются. Она даже подарила этому сопляку отцовский
браслет. Их было всего два таких, со сцепленными львиными мордами: один у Леция, другой
у Герца. Ошибиться было невозможно.
Когда они сели в кабину, Чума закатал рукава и с явным благоговением сдвинул браслет
по тонкой ручке почти до локтя, чтобы не болтался. Значит, вот так она его разыскивала, по
браслету. Причем, по ворованному. И значит, что-то было между ними очень даже личное, в
чем она признаваться не хотела. Это задевало.
– Не знал, что ты тоже золотой лев, - усмехнулся Льюис.
– 222 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза
Они дерганно, со скрежетом взлетели и на низкой высоте понеслись параллельно
заходящему солнцу.
– Это мне папа подарил, - заявил мальчишка с вызовом.
– Что?! Уже и папа? Ну вы даете… - стало совсем смешно, - он хоть об этом знает?
– Знает раз подарил. Как же иначе?
– Вот и я думаю…
– Мой папа был замурован в пирамиде, - услышал Льюис к полному своему изумлению, -
а потом эти придурки Жабоиды ее взломали. И он оттуда вышел. Вот так.
– Твой папа?
– Да.
– И где же он теперь, этот папа?
– А вот разберется с теми, кто его замуровал, и вернется. Папа со всеми разберется.
Теперь стало понятно, почему его и его шайку зовут Сочинялами. Замурованный папа –
это было уже чересчур. Льюис понял, что перед ним все-таки ребенок, хотя только что
казался взрослым. Ему даже расхотелось разоблачать его во вранье и стыдно стало, что так
грубо тащил его за шкирку. Они молча летели дальше.
Внизу, на берегу широкой реки возвышалась огромная груда камней. Остатки забора и
мебели наводили на мысль, что когда-то это было жилое здание.
– Видишь?
– сказал Чума снижаясь, - здесь стоял замок. А в замке жил тот, кого ты
ненавидишь. Только поздно, я его вообще-то уже закопал…
– Я понимаю, почему она меня назвала, - продолжил он потом, сидя на остывающих
камнях, - она его имени называть не может. И вообще о нем говорить не может. И до сих пор
сюда прыгает, наверно, как заведенная. Он ее подчинил. Его нет давно, а программа
осталась. Страшная была тварь этот Ящер.