Завещание Малого Льва
Шрифт:
ты увидишь эффектный конец, моя дорогая зрительница. Очень будет интересно, если я
правильно всё рассчитал… Ой, да ты вся в крови! Что, клетки крови тебя не слушаются? Не
можешь приказать им вернуться? И рана не затягивается? Ай-ай-ай! У моих тоже бывают
кризисы непослушания, как видишь, но я пока справляюсь… Это я к тому, - добавил он со
– 663 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 6 – Загадка мироздания
злостью и превосходством, - что вы, гуманоиды, никогда не победите нас, зернистых. Куда
вам с нами тягаться! Это мы – хозяева вселенной! Сейчас я тебе это продемонстрирую.
Он положил рассогласователь на подоконник, за окном был солнечный двор и голубое
небо над каменным забором.
– Видишь? Я безоружен. Я их не боюсь.
Он угадал, Прыгунов было трое, все оставшиеся на Пьелле: Леций, Кера и Руэрто, и все
ювелирно точные, как это водится у Индендра. Мегвут сразу попал в ловушку из двух сфер и
стоял там, скрестив руки и нагло улыбаясь. Кера и Руэрто его держали, а Леций бросился к
ней. Кровь его напугала.
– Герда! Господи, ты цела?
Он вынул ей тряпку изо рта.
– Этот… этот упырь что-то придумал, - пробормотала она непослушным языком.
– Что он может теперь придумать?
– Леций…
Он стоял перед ней на коленях, этой же тряпкой промокая ей ухо, она плакала беззвучно
и вдруг увидела, что на подоконник прыгнула многоногая тварь, похожая на краба или паука.
Эта тварь схватила рассогласователь.
– Леций! – визгнула Ингерда совсем уж истерично.
Он вскочил, оборачиваясь, бросился к окну… но не успел. Кера и Руэрто застыли
вполоборота, с открытыми в крике ртами. Мегвут спокойно прошелся между ними и взял у
паука трубку. Тот прыгнул ему на живот, заполз под тогу и растворился там.
– Дьявол, - только и могла проговорить Ингерда, надежды больше не было никакой.
– Ну вот, - ухмыльнулся дьявол, - все в сборе. Я не сомневался, что он возьмет подмогу.
А эти два даже не спросят: «А зачем, а на хрена?» У вас так развита взаимовыручка! Хорошо
стоят, правда? Знаешь, те два придурка, что на Шеоре, меня не волнуют. Они меня никогда не
найдут. А если найдут – пополнят мою коллекцию. Я сильнее, ты поняла? Я сильнее и
хитрее. И неуязвимее. Ваша грубая сила – ничто по сравнению с моей универсальностью. С
кем вы связались, идиоты? Кого вы хотели переиграть!?
– Это ты мне говоришь? – с ненавистью смотрела на него Ингерда, - они тебя уже не
слышат.
– Жаль! Жаль, что не слышат.
Теперь, когда всё самое страшное уже случилось, Ингерда начала думать. Неужели этот
монстр действительно непобедим и неуязвим? Должны же у него быть слабые места!
«Папа!» - вспомнила она в отчаянии, - «папа, ты же еще здесь! Он про тебя не знает! Он
не верит в воскрешения! Вот его слабое место!» Потом вспомнила, что есть еще и Кондор,
которому Оборотень не может показаться на глаза, того не обманешь. Но звать папу и
Кондора не имело никакого смысла, пока не завладеешь этой чертовой трубкой. Оборотень –
это опасно. Но Оборотень с рассогласователем – это катастрофа!
– А со мной что ты сделаешь? – спросила она.
– Даже жалко тебя убивать, - признался Мегвут, - ты мой зритель. Единственный.
– Я хочу жить, - сказала она.
– Не сомневаюсь.
Что-то еще она за ним заметила, но не было времени осознать. Что-то, связанное с
женщинами. Ах, ну да!
– Я могу… носить красное платье, - сказала она.
– Да-а? – пошевелил он бровями, - об этом стоит подумать. Ты красивая. Ты такая
красивая, что мои руки отказываются тебя уродовать. Я вообще-то ценю красоту. Ну-ка
встань, разденься, я на тебя посмотрю.
– Что!? – она вспыхнула, но сразу спохватилась, что это ей и нужно, пусть отвлечется, - в
смысле, я же привязана.
– Разве?
Он еще издевался. Отвязал ее, сам разорвал на ней блузку… хорошо, что Леций стоял к
ней спиной и лицом к окну. Он смотрел в сад, а не на это безобразие.
– 664 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 6 – Загадка мироздания
– Он тебя любил, да? Вот такие женщины достаются Правителям Галактик? Есть и
получше, между прочим. Есть такие, что и сами управляют галактиками! Но на тебя мне
любопытно взглянуть.
– А… а почему тебе так нравятся красные платья?
– Потому что нравятся, - буркнул он, - молчи, дура, и раздевайся.
– Ты любил женщину, а она носила красное, да?
Он молчал, куда-то она попала, в какой-то темный омут его зернистой души.
– Ты убил ее?
– Нет.
Ингерда медленно, как бы непослушными пальцами, расстегивала юбку, а сама отвлекала
его разговорами.
– Где же она, если ты ее не убил?
– Пойдем, - схватил он ее за руку, - покажу кое-что.
И они пошли в глубину дома, вниз, в подвал. Оба были босиком. Там он открыл
холодильную комнату, и она с ужасом увидела на полу пять или шесть трупов, все -
блондинки в красном, в том числе и последняя девушка. Все, кроме последней, уже
заиндевели.
– Всё не то, - сказал он с горечью, - дуры… Но ее я не убил.
– Даже не верится что-то.
– Дура… я любого убью, кто ее тронет. Поняла?
– Нет. Ты разве способен на чувства?
– Это не чувства, - буркнул он, - просто она редкий экземпляр. Его надо сохранить.
– Тогда эти все, - Ингерда кивнула на бедных девушек, - эти все зачем?
– А развлекаюсь, - ухмыльнулся он.
– Я неотразим. Если хочешь, я уже через час приведу
еще одну такую же, и она даже не поинтересуется толком, кто я такой. Красивый мужик с
виллой – им этого достаточно. Все бабы дуры… кроме одной, конечно.