Чтение онлайн

— Ты силен. Не удивлен, почему Янис Донвар проиграл тебе. И прекрасно понимаю, почему из всех изгнанников Сказочник обратился именно ко мне.

Всадник резко пустил стрелу прямо в сердце парня, но тот также резко телепортировался на пару метров в сторону, так что стрела поразила дерево где-то позади. Оно начало гнить, и спустя секунд тринадцать неуклюже повалилось на землю, оставляя за собой большое облако пепла и праха.

— Рано или поздно ты выбьешься из сил, — кряхтел Мор, выпуская очередную очередь из стрел.

Мор истошно завыл своим сипящим и хриплым голосом. Демон указал рукой прямо на парня. Иво моментально бросился вперед в атаку. Он каждую секунду, направляясь на Мора, телепортировался из стороны в сторону в хаотичном порядке, ловко уклоняясь от летящих в него стрел. Достаточно сблизившись с всадником, Иво выжал из себя максимум и вложил все силы в свой меч. Оружие изгнанника еле выдержало такой наплыв энергии. Он направил удар прямо — колотый и точный в грудь. Когда между ними оставался метр, а изгнанник уже находился в неостановимой атаке — его ноги были в воздухе, а сам он на скорости летел прямо на жертву. Острие клинка коснулось груди, но Мор в последний момент отвел тело в сторону, и клинок прошел по касательной, разорвав грудь демона. Затем в спину Иво вновь влетел появившийся с неба рой мух, отбрасывая изгнанника вперед. Иво хотел вновь телепортироваться, дабы смягчить удар от падения, но в этот раз у него не получилось и он приземлился брюхом о большой валун — каменная порода, что, хоть и была фактически «мертвой», но душой не обладала, отчего все еще оставалась твердой, как скала.

Иво скорчился от боли, согнулся, отхаркнул кровью. После почувствовал угрозу позади и исключительно благодаря инстинкту самосохранения смог слегка оттолкнуться. Стрела прилетела не в спину, как того хотел Мор, а в правую ногу, что, хоть и не прервало жизнь изгнанника в тот же миг, все равно нанесло необратимое увечье.

Иво хотел заорать, но прикусил свою губу так, что из нее ручейком полилась кровь. Подобная ситуация, где он был на волоске от смерти, не первая на его памяти, и это играло свою роль. Опыт и профессионализм, что был за его плечами, будто подбивал изгнанника к действиям, а адреналин, вырабатывающийся в крови, приглушал боль в ноге.

Он перекатился, оперся на ноги, резко взглянул в сторону Мора. Тот натянул еще стрелу и пустил ее. Руки словно ожили и сами умудрились разрубить летящую стрелу. Мор скверно прохрипел, пустил еще стрелу. Иво отпрыгнул.

Затем быстро встал на ноги. Уже не так быстро, но все же, вытянув меч острием к небу, он приближался к Мору. Голова безумно разболелась, в висках пульсировало настолько сильно, как будто изнутри кто-то постукивал палочками с нечеловеческой скоростью.

Мор вновь пустил стрелу. Иво зажмурился и, открыв глаза, немного поменялся в лице: вены на лице почернели, по всему остальному телу, особенно на руках, они вздулись и отчетливо выпирали через тонкую человеческую кожу. Он сумел пересилить себя и вновь телепортировался. Оказался в этот раз он в воздухе, двумя руками обхватил меч и занес его над головой.

В этот момент, когда количество необузданной ярости и демонического нутра Иво превысило возможный предел, в полете меч, скованный из, казалось, сильнейшего и крепчайшего сплава металлов, треснул: трещина пошла сначала у гарды оружия, затем по всей длине лезвия. Последнее, чем оружие смогло послужить изгнаннику, это нанесение рваной раны прямиком в лицо Всадника апокалипсиса. После удара клинок рассыпался, Иво, оттолкнувшийся от плеч демона, кувырком приземлился на землю и обессиленный пал, продолжая держать в правой руке такую давний и полюбившийся за годы владения эфес.

Мор рассвирепел, начал размахивать руками по сторонам, удерживая в одной из них свой лук. Он обернулся, зарычал на изгнанника. Иво разглядел его лицо, теперь оно было еще более отвратительным. Порез был настолько рваный, что куски кожи, составляющие до этого цельное полотно на лице демона, лоскутами перебивались на ветру, открывая взору все внутреннее лица демона. Из свежей раны полилась жидкая мерзкая субстанция зелено-болотного оттенка, покрывающая всего Всадника.

Он рывком ринулся на обезоруженного изгнанника, натягивая на бегу тетиву своего лука.

Иво собрался, встал на ноги, затем дернул рукой. Вмиг все поле битвы озарилось изумрудным сиянием. Он прекрасно понимал, что без этого не выиграет схватку никогда в жизни, однако также и не желал прибегать к использованию косы, понимая все последствия.

Стрела была пущена, но перед тем, как она покинула хватку Мора, Иво успел промолвить заветное имя.

— Фаэдра.

Стрела поразила резко появившегося пред изгнанником фантома, однако тот в ответ испарился, а после вновь появился, прикрывая своим телом изгнанника.

После появления одного фантома следом появилось еще десятеро, затем еще столько же. Сразу, как только их призрачные ноги касались земли, они бежали в атаку. Мор не ожидал подобного, он отвратительно поморщился и мощным скачком назад отступил, седлав своего коня. Он стукнул поводьями и белый, как мгла, призрачный конь, заржав, устремился прочь с поляны в ту степь, откуда изначально пришел на бойню.

Иво же всем своим лицом показывал, что он отбросил все человечное. Он растерял рассудок, хладнокровие. Сейчас он уже даже и не помнил, с какой целью пришел сражаться, с какой целью пришел изгнать эту тварь.

Он был безумно голоден. Специфика организма изгнанников, постоянная жажда душ, плата за ту чертовую четверть души демона, скрещенную с живой. Сейчас он превысил все, что только мог и на что был способен, его лимиты увеличились, как и увеличились потребности. В демоне он видел исключительно пищу, думал, что только он способен утолить этот нечеловеческий голод. Поэтому и не хотел пользоваться Фаэдрой, ведь та многократно усиливала это отвратительное чувство.

Он встал и устремился в погоню, фантомы последовали за ним. Ранение на ноге он даже не чувствовал, хотя та, в свою очередь, уже почернела и едва ли ее можно было назвать живой.

Чтобы сократить дистанцию, Иво телепортировался раз за разом. И каждая телепортация все сильнее давила на его сознание, сильнее превращала его в безрассудного зверя. Конь Мора скакал уверенно, однако мягкая и рыхлая пепельная земля сильно замедляла его. Сам Всадник, убегая, отстреливался, пытаясь попасть в Иво, однако второй либо, с помощью телепортации, уклонялся, либо фантомы, нескончаемо призываемые косой, вставали под удар.

Ветер вновь подул сильнее прежнего, из-за чего череда деревьев, стоявших на пути Всадника, повалилась, образовав густейшее пепельное облако.

Конь Мора встал на дыбы, заржал, а один из фантомов настиг его и рубанул со свистом по лапе. Конь покосился, затем к тому одному фантому присоединилось еще с десяток подобных. Мор вскочил, вновь повел рукой, призывая рой трупных мух, отбивая свое ездовое животное от напасти. Во всей этой заварухе, причем закрытой в пепле, он не заметил, как изгнанник появился резко под ногами и, присев, махнул наотмашь косой, отсекая ногу демона. В песнопениях, состоящих из истошных и агрессивных криков, Мор принялся стрелять по разным сторонам, пока не почувствовал, как рука, которой он держал рук, не могла двигаться: ряд фантомов направил всю свою ненависть и злобу на нее, по приказу изгнанника. Десятки молниеносных хлестких порезов не давали свободно управлять конечностью. Мор попытался отпрыгнуть на одной ноге, и это у него получилось. Он вышел из пепельного облака, натянув тетиву и подготовившись к выстрелу, намереваясь ей поразить изгнанника.