Чтение онлайн

И он пополз. Даже и «му» поперёк не посмел вставить. Мама сказала дочке, что такой палец – волшебный, и во всей случаях, где немножко страшно, можно обращаться к его силе.

Северина на всю жизнь запомнила ту сцену, где поверила в себя, и вспоминала, когда нужно было набраться смелости там, где кажется, хода уже нет. И не раз она убеждалась, что у страха глаза велики, а на деле всё может обернуться совершенно иначе.

В песочнице самые наглые дети при виде «волшебного» пальца стали обращаться в бегство и неистово трясли мамкину юбку с призывами убрать страшную девочку подальше, а навязчивые родственники сразу прекращали попытки затискать Ринку до кукожения; даже на рынке она не раз так добивалась у незнакомого продавца тяжёлой конфеты. Да мало ли где пригодился палец – волшебство везде пропрёт!

Даже улитка привыкает к прыжкам, если лежит в поясной сумке у кролика, вот и Сева привыкала к сентябрю. На второй неделе она шла в школу уже с поднятой головой и подпевала наушникам в телефоне. Похоже, что на этот раз заговора против неё не планировалось – к школе подходил один только Алеш, без компании.

У входа он с ней поравнялся, явно намереваясь сказать очередную глупую пакость. Наушников он не заметил и уже привычно отколол заготовленную шуточку, но Сева не обиделась: хорошо без ушей! Дубеку это не понравилось, и он, скривив губы, промычал ещё что-то, но Ринка снова не разобрала. Это было выше сил неуравновешенного Алеша. Он преградил ей дорогу и понял наконец-то, почему не получил ни одного ответа, – со злостью он дёрнул за наушники:

– Ты что, Хвост, совсем уши не чистишь!

– Чего тебе надо от меня, бревно дубовое? – уставилась на него Лиса. – Кая, что ли, совсем надоела? Иди и её доканывай.

Он не сразу нашёлся с ответом и просто оскалился:

– Ты что, в конец спятила! – И грубо ущипнул её в плечо.

– Ай! – отпрыгнула она. Но потом подняла перед лицом Алеша твёрдый палец и пригрозила ему, будто дубиной: – Не смей обижать девчонок! Тоже мне, парень нашёлся. Так только слабаки делают!

– Слабак! Это я-то слабак? – распалялся он, и вокруг стали останавливаться заинтересованные ученики. Но дальше возгласов Дубек не знал, что делать, и стал краснеть под чужими взглядами. – Я-то слабак? – продолжал он вопрошать, но все вокруг молча хлопали глазами.

– Ну не я же! – осмелела Лиса. – Вон, видать, дружок за твоей спиной со Сметаной мутит, вот и бесишься – а другие тебе виноваты. – Будто зная какой-то секрет, она сощурила глаза и указала на дорогу, где Марек почему-то шёл рядом с Каей.

От такого совпадения Алеш совсем рассвирепел и приблизился к Северине так, что от его дыхания стали колыхаться её волосы. Он до скрипа сжал кулаки, но не тронул девчонку.

– Ну бей – чего уж! Покажи себя во всей красе! – не унималась Лиса, надеясь, что при всех он струсит. Взгляд Дубека заметался и в итоге приткнулся к парочке, которая неторопливо шла вдалеке и, вроде как, хихикала.

– Марек! – закричал он. – Подойди сюда!

Рядом со школой тот случайно встретил Каю и сразу же кинулся занимать её старым анекдотом про вороватых чехов, в котором заяц с корзинкой прискакал в Польшу и говорит: «Джень добры, господа! Я буду у вас тут воровать!» Поляки ему: «Ни, так не пойдёт, иди в другое место!» И заяц поскакал в Германию. Прискакал и говорит: «Гутен так, граждане! Где у вас тут можно воровать?» А они ему: «Гутен, гутен, путничек. Негде у нас тут воровать. Ступай в другое место!» И заяц поскакал дальше. Допрыгал до Чехии и говорит: «Добри дэн, панове. Во! Я буду воровать у вас! Святые морковки, а!.. Мою корзину спёрли!» Но Марека позвал Дубек, не дав закончить анекдот, и на словах «гутен, гутен» шутник так несуразно заржал, что Каю передёрнуло. Она тоже гордо хохотнула, но только от того, как глупо выглядел парень. Марек и не заметил насмешки, а участливо раскланялся перед Сметаной и поспешил к приятелю.

– Ну давайте ещё вдвоём на меня, на девочку, – сказала Северина, и кто-то сзади дёрнул её за рукав. Это оказался Каджа. По его губам она прочитала «не надо, давай уйдём…»

«Откуда ты взялся? Так и до инфаркта напугать можно!» – шепнула она в ответ.

«Ага, вижу я, какая ты напуганная. Потом проблем не оберёшься…»

«Если уйти – он никогда не отстанет».

Она выдернула рукав и осталась на месте. Из-за её спины наблюдал и Нуличек.

Словно на крыльях, Марек допорхал до образованного учениками круга.

– Ну, звал? – Он огляделся. – Ого! А чего это все столпились?

Алеш сглотнул, неожиданно схватил его за грудки и обратился к нему по фамилии:

– Ты чего это, Млувка, удумал! За Каей моей ухлёстывать?

Марек опешил и не сопротивлялся:

– Я… я и не…

Дубек добела сжал кулак и прислонил его к щеке Млувки:

– Совсем страх потерял?.. – скрежетал ревнивец зубами.

Сметана издали заметила неладное и поспешила в гущу событий, где Марек уже готов был обделаться от ужаса.

– Ну вот и разбирайтесь, – сказала Сева парням, которые были заняты и, на счастье, не ответили.

Добившись чего хотела, довольная Лиса собиралась направиться в школу, как наткнулась на всклокоченную Каю, которая с бешенством на лице налетела и сразу её толкнула. Северина попятилась и упала на рюкзак, выронив из руки телефон.

– Это она вас подначивает! – Сметана ткнула пальцем в грудь своего парня. – Ты что ослеп? Повёлся на поганый язык Лисовски?

Пока Дубек растерянно хлопал глазами, Кая коршуном кинулась на лежащую Северину и стала хлестать по лицу.

«Я тебя, уродина, предупреждала не лезть к моему парню!» – кричала одна.

«Кто-то Млувки в своём глазу не видит!» – кричала вторая, и у Алеша тут же начинали «гулять» желваки.

Толпа одобрительно взревела и непроходимой стеной схлопнулась вокруг. «Давай! Давай!» – скандировала она обеим сразу в ожидании зрелища.

Лиса не защищалась, потому что пыталась дотянуться до своего телефона – спасти лучшего друга. Кая легко расцарапала ей щёки, но зато Сева успела сунуть в карман своё сокровище. Потом она заехала Сметане кроссовком в кость голени, и та с визгом скривилась от боли, схватилась за ушиб и стала прыгать на одной ноге.

Сева быстро вскочила и кинулась в атаку. Такой ужас Нуличеку и в кошмарах про голодовку не снился. Сардел закрыл рот руками и в панике кинулся протискиваться через толпу, но она легко выплюнула его обратно. Он попробовал закрыть глаза, но так гвалт звучал ещё страшнее. Пришлось наблюдать, как наступает конец света. Каджа вот-вот бы поседел, кабы не слабые гены деда в нём.

Тем временем девчонки плотно сплелись в клубок волос и воплей. Сложно было сказать, кто побеждал: они слишком яростно и быстро махали руками, и толпа не успевала различать, кто был кто. Батальщицы и так-то были похожи как две капли воды, а теперь стали просто одно… – спинорагу. Разлетались в разные стороны рюкзаки, шпильки, клочки волос, серёжки… да не пойми что всё сыпалось и сыпалось кругом и тут же безвозвратно затаптывалось толпой.

Алеш не раз пытался то с одного бока подступиться, то с другого, но «клубок» вертелся юлой и никак не расщеплялся. Потоком неслись оскорбления; толпа подсыпала своих возгласов и продолжала подбадривать дерущихся.

Наконец Сева высвободила руку и с размаха влепила Сметане увесистую пощёчину. Кая взревела раненным кабаном и перешла на кулаки.

– Я тебя убью, сучка! – заорала она не своим голосом и с разбега прыгнула всем весом на Севу. Лиса не устояла и полетела на землю. Встать уже не было времени: в голову то и дело сыпались удары пяткой. Лиса уворачивалась, как могла, и вертелась с боку на бок, защищая голову. И тут случилось самое страшное: из кармана выскочил телефон. Сердце у Рины ёкнуло, и запал сбился.