Чтение онлайн

Там был и Колридж [118] , и оба Шелли: Перси Биши [119] и Мэри Уолстонкрафт [120] . Артур Конан Дойль (это имя они ожидали увидеть) и Гарри Гудини (а это — нет). Гете. Данте. Эдгар Алан По. И так далее, и так далее.

— По? — удивленно воскликнул Джек. — И Марк Твен?

— И Жюль Верн, — добавил Берт. — Именно он передал атлас мне.

— Невероятно, — сказал Чарльз.

— Имен самых первых Картографов здесь, конечно, нет, — сказал Берт. — Первый Хранитель был выбран приблизительно через тысячу лет после того, как Картограф стал составлять атлас.

— И кто это был? — спросил Джон.

— Джоффри Монмутский [121] .

— И это все не копии, — произнес Джон, благоговейно касаясь страниц. — Все подписи настоящие.

— Вот здесь можете написать свои имена.

Внизу правой страницы форзаца красовалась изящная подпись профессора Сигурдссона, а под ней имя, которое вычеркнули.

— Это ведь тот мятежный Хранитель, да? — спросил Чарльз.

— Да, — кивнул Берт. — Стеллан так и не простил Джейми за то, что тот отвернулся от нас.

— Как его полное имя? — спросил Джон, вглядываясь в страницу.

— Вы, возможно, слышали о нем, — ответил Берт. — Его недавно посвятили в рыцари — сэр Джеймс Барри [122] .

Джон резко встал и удивленно переглянулся с Джеком и Чарльзом. Джек подался вперед и нахмурился:

— А где же твое имя, Берт? Разве его не должно быть под именами профессора и Барри?

— Не под ними, а над, — уточнил Берт. — Сначала атлас перешел ко мне, помните? Я выбрал Стеллана, а он, в свою очередь, Джейми.

Юноши дружно уставились на подпись над именем профессора — и три челюсти дружно отвисли от изумления.

Подпись гласила: «Герберт Джордж Уэллс».

— По-настоящему мне никогда не нравилось имя Герберт, — признался Берт, — да и Джорджем себя видеть не хотелось, коли уж на то пошло.

— Это такая честь… а… — промямлил Джон, протягивая руку Берту. Он поглядел на свою руку и быстро убрал. После всего, через что они прошли вместе, Берт был им не посторонним, а членом семьи, вне зависимости от его настоящего имени.

— Погодите-ка, — вмешался Чарльз. — Тут есть одна загвоздка. Дело в том, что я встречал Г. Дж. Уэллса и — ты уж не обижайся, Берт, — но он гораздо моложе.

— О, вы меня не так поняли, — замахал руками Берт. — Я не тот Г. Дж. Уэллс. В смысле, тот, но не тот, из настоящего времени — я Уэллс из будущего.

— Из будущего? — опешил Джон.

— Из восемьсот тысячного года, — ответил Берт, сверившись с часами. — То есть, из следующего четверга.

— Фантастика, — только и вымолвил Джон. — Ты и есть путешественник во времени, о котором писал в своей книге.

— Виновен, — развел руками Берт. — Мы с Немо смастерили устройство на основе рисунков Леонардо да Винчи, и в своем первом «путешествии» я встретил мать Эвин, Веену. Я написал отчет обо всем приключении и так отчаянно жаждал поделиться им со всем миром — но понял, что его никогда не примут всерьез как невымышленный, а биографический очерк. Поэтому я все переписал — и, должен сказать, довольно-таки значительно — и опубликовал в том виде, какой вам известен.

— Это неплохая идея, — заметил Джек. — Замаскировать правдивую историю под вымышленную или аллегорию. Я тоже попробую.

— И все же жаль, что нельзя рассказать никому, что случилось на самом деле, — вздохнул Джон. — Но, опять-таки, не думаю, что я смог бы поговорить о том, что случилось на Архипелаге, с кем-то, кроме вас троих. Никто другой просто не поверит.

— Так, Берт, когда я познакомился с ним, э-э, то есть, с тобой… — начал Чарльз.

— Ты встретил меня, но моложе, — объяснил Берт, — и я очень хорошо помню встречу. Тогда я впервые отметил тебя как потенциального Хранителя.

— То есть, ты наводил обо мне справки? — удивился Чарльз.

— Разумеется. А кто, ты думаешь, порекомендовал тебя на должность редактора в Издательстве Оксфордского университета?

— Ты и за мной следил тоже? — спросил Джек.

— Нет, — ответил Берт. — Ты написал недостаточно, чтобы привлечь мое внимание.

— О. — Джек несколько сник.

— А я страшно рад, что ты был с нами, Джек, — воскликнул Джон. — Даже не могу представить, как бы мы прошли через все это без тебя.

— Спасибо.

— Но когда ты пришел в клуб, ты вел себя так, будто не знаешь меня, — не сдавался Чарльз.

— Ну, так я и не знал, — развел руками Берт. — Я читал твои работы, вот и все. У меня на примете был с десяток людей, чьи произведения носили отпечаток потенциального Хранителя — воображение, свежие идеи и ясность, — вот я и предоставил Стеллану выбирать, кого обучать дальше. Он выбрал Джона.

— Но если были потенциальные Хранители, которых можно было обучить, нельзя ли было привлечь кого-нибудь из нас побыстрее, после того, как предыдущий Хранитель ушел, чтобы избежать всего этого кризиса с Зимним Королем? — спросил Чарльз.

— План Мордреда уже работал вовсю еще до того, как Хранителем стал Джейми, или мы со Стелланом, если уж говорить начистоту. Ничего нельзя было сделать, чтобы предотвратить то, что происходило, до того момента, как Зимний Король появился на сцене. А тогда было уже поздно.

— Тебе не кажется, что Джеймс Барри мог бы помешать войне, если бы остался с профессором?

Берт покачал головой и прошелся мимо них, заложив руки за спину.

— Я и сам об этом думал, но сомневаюсь — признался он. — Джейми не годился для этого, и он едва не разбил Стеллану сердце, когда отказался быть Хранителем. Я это знаю, — прибавил он. — Несмотря на все трудности, которые он испытал, помогая тебе исполнять твой долг, я знаю, что Стеллан видел в тебе своего рода избавление.

— Избавление для себя? Или для меня? — не понял Джон.

— Это так важно?

— Возможно. Может быть, и важно.

— Тогда прими это как ответ: когда пришло время, ты сделал все, на что надеялись мы с профессором. И хотя борьба была малоприятной, мне кажется, это подсластило тебе победу. Где бы Стеллан ни был сейчас, думаю, он рад, что вселил в тебя веру, и я знаю, что он гордится тобой, Джон.

— У меня есть ручка, — объявил Чарльз. — Кто первый?

— Давай ты, — сказал Джон.