Чтение онлайн

– Что это значит - заблудились?
– возмутился Толька.

– Очень просто, - ответил я.
– И нет никакой надежды, что мы выберемся

отсюда до зимы.

– А что мы жрать будем?
– хмуро поинтересовался Толька.

– Можно и поголодать, - загорелся Васька.
– Есть будем все, что растет

в лесу...

– Ага, - поддержал его Марик.
– Мы будем робинзонами...

Слова Марика всем пришлись по душе. Даже Толька немного приободрился.

Все-таки, что ни говори, а робинзоном быть приятно.

– Какие же мы робинзоны, - усмехнулся Юрка, - нас слишком много. Мы

самые обыкновенные лешие.

Веселая дюжина расхохоталась. Лешие так лешие.

Между прочим, заблудилась только веселая дюжина. А все, кто пришел к

нам в день открытых дверей, остались с Аленой.

Хотя разве мы заблудились? Если бы мы очень захотели поискать дорогу

назад, мы бы ее нашли. Но мы не очень хотели. Значит, мы не заблудились, а

просто удрали...

Я старался не думать об Алене. Она уже беспокоится о нас и, наверное, начала поиски.

Сначала мы набрели на заросли малины и полакомились спелыми ягодами.

А потом вышли к речке. На ее берегу сделали привал и купались в теплой

воде до самого вечера.

Когда стало темнеть, пошли искать место для ночлега. Мы поднялись на

горушку и увидели зеленый домик с маленькими окошками, который стоял на

колесах. Ну, точно, как избушка на курьих ножках.

Возле домика пылал костер. Вокруг костра сидели люди. Мы несмело

подошли поближе, сказали "здравствуйте".

– Туристы? - спросил седой дедушка. Он снял очки (под ними оказались

другие) и внимательно посмотрел на нас.

– Ага, туристы, - охотно согласился я и подсел к костру. За мной и

ребята.

Некоторое время мы молча разглядывали дедушку, который попыхивал

папироской, бабушку, которая помешивала в кастрюле какую-то еду, и их, наверное, внука и двух внучек, которые с неменьшим любопытством глазели на

нас.

– А где ваши рюкзаки?
– поинтересовался дедушка.

Пришлось сознаться, кто мы и что с нами произошло.

– Небось голодные? - всплеснула руками бабушка.
– Погодите чуток, уха

доваривается.

Девчонки хихикнули, а мальчишка серьезно спросил:

– А у вас компас есть?

– Нету, - ответил Юрка.

– Как же вы без компаса живете?
– удивился мальчишка и показал нам свой

компас.

Мы с уважением посмотрели на мальчишку и его компас.

Вскоре мы жадно хлебали из мисок вкуснейшую уху, а я про себя подумал, что в следующий раз надо будет заблудиться с удочками.

– А далеко ли до нашего лагеря?
– спросил Толька, когда мы насытились.

– Это до Ракитного, значит? Да рукой подать! Километра три до шоссе, а

там на автобусе четыре остановки, - объяснил дедушка.

– А мы завтра снимаемся с якоря, - похвалился мальчишка.

– Утром придет машина, и мы поедем на Нарочь, - подала голос одна из

девчонок.

– За лето, смотришь, и всю республику исколесим, - рассмеялся дедушка.

– А где ж вы ночевать думаете? - поинтересовалась бабушка. - У нас в

домике, сами понимаете, тесно...

– Зачем им домик?
– воскликнул дедушка.
– На берегу стога видали?

– Видали, - хором ответили мы.

– Поспать в сене - это же благодать, - мечтательно протянул дедушка.

Мы поблагодарили за угощение и стали прощаться. Бабушка вручила мне

большой сверток с едой.

Едва мы забрались в стог, как сразу же заснули.

Утром меня растолкал Марик:

– Валерка, исчез Толька.

– Может, он на речку пошел?
– сказал я.

На речке Тольки не оказалось. Я понял, что он сбежал. Боясь нагоняя от

Капитолины Петровны, он решил явиться с повинной.

– Ребята, - обратился я к проснувшейся веселой дюжине, - скоро за нами

приедут. Поэтому не будем терять даром драгоценного времени.

Мы искупались, съели все, что нам дала хлебосольная бабушка, и

отправились на горку, где стоял зеленый домик на колесах.

Но его уже не было.

– Уехали, - с завистью протянул Марик.

– Смотрите, что здесь написано, - крикнул Юрка.

Мы подбежали к нему и увидели выложенную из шишек надпись: "Счастливого

пути". Наверное, мальчишка и девчонки постарались.

– Сейчас едут по дороге, - вздохнул Васька.

– Если бы лагерь такой был, на колесах! - воскликнул я.
– Сегодня тут

пожили, а завтра уже на Нарочи. Сколько бы можно было посмотреть интересного

и необыкновенного!

Натужно завыла машина, беря крутой подъем. Через минуту лагерный

грузовик, петляя между сосен, приблизился к нам.

Еще не успела машина остановиться, как из кабины выскочила Капитолина

Петровна. Заглядывая каждому в лицо, она пересчитала нас, а потом, облегченно вздохнув, сказала:

– Садитесь в машину. Поговорим в лагере.

Из кузова махала нам рукой Алена.

Когда я увидел ее побледневшее лицо, сразу понял, как Алена переживала

из-за нас, может, даже ночь не спала.

Еще раньше я разглядел в кабине Тольку, который упорно старался не

замечать нас.

– Капитолина Петровна, - сказал я, - пусть Трофименко в кабину сядет, он с утра кашляет.

Юрка упирался и отговаривался, но Капитолина Петровна посадила его в

кабину. А Толька вынужден был перебраться в кузов.

Машина тронулась в путь. Пока мы не выбрались на шоссе, грузовик не раз

хорошо подпрыгивал на ухабах. И почему-то всякий раз мы летели прямо на

Тольку. Получалась куча мала, а в самом низу ее терпеливо страдал Толька.

– Как вы жили-были, робинзоны?
– спросила Алена.

– Мы не робинзоны, а лешие, - объяснил Васька.

– И вправду, лешие, - улыбнулась Алена. - Вы не можете себе