Чтение онлайн

'На месте мальчик, на месте. Вот так и стой, хороший мальчик. Знаешь, птенчик, а мне, кажется, известно твое гнездо. Сто против одного, что я не ошибусь. Но какова у нас Леночка-стервочка, ах какова сучка! Может и стоит с ней еще разок, как раз, г-хм, перед допросом, на ложе, этой, любви, возлечь?'.

Стилет плотоядно, по-змеиному изогнув губы, улыбнулся. Дыбин коротко, зло и ненавидяще посмотрел на питерского представителя, хотел было ухватить за плечо, да дернуть на себя, да в ухо, но передумал, увидев улыбку Стилета. Да и мандат.... Мандат, да, сильный у гада мандат.

– Тропин! Мати твою бисов сын! А ну ко мне бегом!

Некоторые люди совершенно ничему не учатся.

'Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что даст мне сей день. Господи, дай мне вполне предаться воле Твоей Святой. Господи, на всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня'.

Гриня уже не знал, сколько раз он прочел молитву Оптинских старцев, сколько раз худощавый человек с резкими чертами лица заставил его повторить его рапорт. Сотню раз? Тысячу? Товарищ Дыбин уже вон, давно взглядом по сейфу шарит, кадыком дергает, пустой графин трясет. Тоже, видать, в горле пересохло. И три папиросы он скурил. Поганые папиросы у товарища Дыбина, душно в кабинете от его табачища. Голова кружится.

– А вы заметили, покупала она билеты или нет?

'Господи, открой мне волю Твою для меня.... да кончится это когда нибудь или нет?! ......и окружающих меня. Господи, какие бы я ни получил известия в течение дня..... Что отвечать-то? Что?'.

– Билеты? А нет, не видел, товарищ представитель. Далеко было, я все за людьми старался быть, а то заметит и стрелять начнет.

– Стрелять?

– Ага. Нам товарищ из Петрограда говорил, она сразу стреляет. Как заметит, так и стреляет. Я же в рапорте писал.

– Ну да, ну да, писали.... И товарищ вам правильно говорил, сразу стреляет....

Гриня проводил взглядом начавшего снова прохаживаться по кабинету допрашивающего его человека. От стола к дивану, от дивана к столу. Туда-сюда. У, маятник длинный. Ходит, как змея ползает. Быстро, неслышно и головой все в мою сторону крутит.

'Господи, Великий, Милосердный..... Милосердный....'.

Он вновь сбился, начал молитву заново, но худощавый не дал продолжить:

– Она ведь очень красивая, правда?

– Кто?

– Девушка, кто же еще.

Спрашивающий оказался вдруг близко-близко, запах его одеколона душным облаком накрыл Сычева, заставляя непроизвольно отклониться назад. И глаза.... Безжизненные, внимательные, выворачивающие душу наизнанку. Сатанинские. Не глаза, а дырки пустые, черные, револьверные.

'Господи, дай мне .... Дай мне..... Черт!'.

Капли холодного пота ртутью прокатились по спине между лопатками, достигая поясницы и уже не впитываясь в насквозь мокрую рубаху. Худощавый пугал Гриню до непроизвольной дрожи в руках, заставляя волноваться, сбиваться вновь и вновь, судорожно вспоминая слова молитвы.

– Хорошо, молчанье, знак согласия. Вы свободны, товарищ Сычев. Идите.

'Господь Великий и Милосердный! Наконец-то отпустил, нечистый!'. На деревянных ногах Гриня вышел за дверь, забыв закрыть ее за собой.

– Послать за говнюком наружку?

– Не нужно. Нет никакого смысла. Никто с ним встречаться не будет. Не тот он человек. Скорее всего, он опишет меня, тебя, товарищ Дыбин, наш интерес к фигурантке в записке и положит ее в тайник.

– Тогда, может, у тайника засаду организовать?

– Засаду на кого? На беспризорников или забулдыгу, что придет забирать посылку? Что мы от них узнаем? Что какой-то мужик попросил забрать бумажку и принести ее в другое место? Узнаем, сколько им за это заплатили? Напрасный и бесполезный труд, мы просто измотаем людей и сами засветимся по полной. Наша девочка не глупа, такой ошибки она не совершит. Более того, я уверен, что ее и рядом не будет с 'закладкой'. Она поступит по-другому, совершенно по-другому.....

– А как, как она поступит?

Стилет отвлекся от размышлений, внимательно посмотрел на ждущего его ответа потного Дыбина и холодно произнес, добавляя в голос жесткости:

– По-другому.