Чтение онлайн

Хольвин чертыхнулся про себя. Вот и расплата за ошибку. Псов он растащил бы, но волка оскорбит вмешательство человека в собачьи дела. Хольвин хорошо знал своего телохранителя и товарища - Шаграт не склонен уступать дорогу наглым чужакам. Волк, тем более, скорее умрет на месте, чем уступит собаке - а значит, быть драке. Как раз вовремя и к месту - Хольвин даже растерялся на миг, все перестало склеиваться.

Он был уже готов жестко одернуть - и смертельно обидеть - Шаграта, но тут девчонка спросила волка:

– Зверь, а у тебя подруга есть?

Хольвин мысленно зааплодировал. До такой бестактной глупости могла додуматься только женщина, но глупость сработала. Оба бойца медленно и осторожно перевели взгляды на ее лицо, старательно сохраняя церемониальную дистанцию. Реплика девчонки давала им возможность разойтись, не попытавшись убить друг друга.

– Не знаю, - голос волка прозвучал горловым рыком.
– Была. Не знаю, жива ли.

– Мне сказали - это те самые гады, которых мы тоже ищем, - сказала девочка.
– Знаешь, в том здании, где тебя в клетке держали, мы семерых ликвиднули, мертвых. Но главная сволочь осталась... Ты не знаешь, зверь, кто в лесу убийцами руководил - мертвый или живой?

Волк нахмурился и отвел взгляд - задумался. Шаграт быстро взглянул на Хольвина - и Хольвин поднял ладонь: "сидеть!". Пес вздохнул и послушно сел на край стула.

– Вроде живой, - припомнил волк, сморщив лоб.
– С душком, но вроде не совсем труп. Я видел одного совсем дохлого - жирную такую погань, лоснящуюся... как свежее дерьмо. Там, в здании.

– Это - тот самый, - сказала девочка.
– Это он всем командует и новых мертвяков делает. Он тем гадам деньги заплатил, чтобы они живого волка привезли.

– Порву тварь, - прорычал волк совсем тихо и грозно.
– Когти сточу, но из-под земли вырою - и порву.

– Так и надо, - вырвалось у Шаграта.
– Правильно.

Хольвин чуть не плюнул с досады - но волк, против ожиданий, не огрызнулся, услышав голос пса. Он, удивленно приподняв брови и склонив голову набок, присвистнул:

– Да-а?

– Я десять штук таких уложил, - сказал Шаграт, приподнимаясь. Напряжение, висевшее в воздухе, развеялось.
– Один в меня стрелял, смотри, - и на миг повернулся шеей, зашитым рубцом от касательного ранения.

Волк воспринял это не только как демонстрацию доблести - он углядел демонстрацию кое-чего еще.

– На сантиметр бы дальше - и Темень, - сказал он с чуть слышным сочувствием. В Младшей Ипостаси в такие моменты виляют хвостом.
– А ты?

– А я его за руку, - сказал Шаграт.
– За ту, с пистолетом. За руку зубами, а лапами на грудь, чтоб с ног сбить. Нас же специально учат...

– Да, круто, - кивнул волк.

Он подошел ближе - и оба потянулись друг к другу носами. Для того, чтобы обнюхаться, как велит полный церемониал, им понадобилось перекинуться - и они перекинулись, обнюхали друг другу морды и перешли к анальным зонам, тщательно и серьезно, чтобы не ошибиться в статусе. Шаграт первым вильнул хвостом по-настоящему, что выглядело, скорее, обозначением доброй воли, чем признанием поражения - и волк настолько хорошо это понял, что вильнул в ответ.

Хольвин сдержал облегченный вздох и впервые взглянул на девчонку не как на недоразумение в берете. Она улыбалась, обхватив себя за плечи; худенькая такая взлохмаченная птаха, слишком много темных кудряшек, чтобы можно было засунуть под берет их все. Глаза яркие, взгляд хороший. Ей, вроде бы, около двадцати, но больше пятнадцати не дашь - и совсем неплоха, как Хозяйка, не по возрасту, видимо, врожденный талант. Развитая интуиция плюс любовь и понимание. Сначала рысенок, теперь псы... молодец. Переманить бы ее в Лигу из СБ...

Оба пса - и дикий, и домашний - вернулись в Старшую Ипостась, чтобы закончить разговор. Их голоса теперь зазвучали дружелюбно и спокойно: определились и разобрались. Волк старше - следовательно, Шаграт может подчиниться, не унижаясь. Отлегло от души.

– Тебе в лес не надо, - говорил волк.
– Тебя ребята порвут раньше, чем я успею слово вставить. Мы собак не любим, сам понимаешь.

– Да мы волков тоже - не очень... я б тебя тоже в свою Стаю не звал...

– Ты за человека не бойся. Я присмотрю. Он мне понравился.

– У вас там, в лесу, всякое разное...

– Да не скули ты! Я в этом вашем городе, может, и не стал бы особенно выпендриваться, но в лесу-то хорошо чую, что к чему. Проведу, не поджимай хвост.

– И все-таки лучше бы и я...

– Нет, парень, прости. Съедят. Я знаю, о чем говорю. У нас все по-взрослому.

Хольвин потрепал Шаграта по щеке - эта ласка уже ничему не мешала.

– Ничего, ничего, дружище. Все будет в порядке. Теперь-то все будет в порядке... А вы, барышня, молодец. Славная барышня, да, Шаграт? Она тебя проводит к Тео, а я завтра-послезавтра заеду за тобой. И не беспокойся, старина...

– Ладно, - сказал волк.
– Хватит уже сентиментальничать. Пошли.

И Шаграт, которому, несмотря на все резоны, до боли хотелось побежать за Хозяином, в печали и тревоге уткнулся лбом Хозяйке в плечо...

Преступник.

Волкам Тео все равно не доверял.

Как бы Хольвин не пытался это представить, дикие звери есть дикие звери. Хоть ты сто раз Хозяин и посредник. И охотиться на других живых существ, а потом их есть - для волков совершенно нормальное дело. Поэтому авантюра Хольвина Тео волновала. И его тон волновал помимо авантюры.

Но день и без того выдался тяжелым.

С утра, еще до звонка Хольвина, Тео привел в дурное расположение духа рассказ эксперта-кинолога СБ, милейшего Дэвиса, с которым он остановился выпить кофе перед началом патрулирования.

– Сегодня в семь ездил в Замок Справедливости, - мрачно сообщил Дэвис, поправляя очки. Его собака, красавица Пурга, крупная ищейка масти "соль с перцем", в виде вполне собачьем, сидела у его ног, всунув длинный благородный нос между его колен.
– Жандармы вызвали взглянуть на задержанного. Помнишь ту историю об Автолюбителе?

Тео кивнул. История просочилась в газеты, говорили о десяти убийствах, совершенных определенно одним сумасшедшим мерзавцем. Он сбивал молодых женщин машиной, проезжал по упавшим, ломая позвоночник и впечатывая в тело следы протектора, а потом, если удавалось, насиловал искалеченных и умирающих. Выживших потерпевших не было, толковых свидетелей тоже, но жандармерия приложила к поиску все силы. Ликвидаторам тоже выдали ориентировки; никто не сомневался, что серийный убийца - мертвяк.

В учебниках по танатологической криминалистике всегда довольно определенно говорилось, что сексуальный садизм является признаком мертвяка в сорока процентах случаев, педофилия - в восьмидесяти процентах, а мании садистско-некрофилического характера указывают на мертвяка почти определенно. Другими извращениями мертвяки отличаются много реже - все, что может содержать хоть каплю эмоциональной близости с партнером, для них неприемлемо. Исходя из всего этого, ликвидаторы не сомневались, что суда над Автолюбителем не будет - его просто упокоят и сожгут, как любую ходячую погань.