Чтение онлайн

На том он и вышел с душевой, лег спать и уснул, уже без видений, в полном небытие. И все же он оставил место для мистики, возможность «откровения», что это был «вещий сон», а не чисто пережитый опыт и физиология.

На следующее утро, это было воскресенье, Адриан колебался, но наконец решился и вышел на улицу. Он отправился в часть, которая работала круглосуточно; по выходным бойцы могли отдыхать, только если их не вызовут в случае необходимости. На входе он прошёл биометрический контроль и зашёл к бухгалтеру, которая также вела учёт посещаемости части и составляла списки служивших бойцов. В выходной день бухгалтера не было, вместо неё был робот – помощник, но Адриану это не помешало.

Робот спросил, чего он желает. Адриан сказал про списки новобранцев. Робот спросил, с какой целью, но что тот ответил:

– С безобидной.

Робот переспросил, на что Адриан сказал:

–Мне приснился страшный сон, и я хочу убедится, что не увижу в списке знакомого человека, как во сне, это личное. Ничего менять и портить в списке не буду.

Робот дал согласие и указал на меню в компьютере, где есть списки недавно заключённых контрактов. Адриан сел и стал пробегать по ним глазами, не вчитываясь в детали и «воду».

– Большинство молодые, есть постарше, как я. – шептал он про себя.

Уходя, он попросил не говорить бухгалтеру, когда она придёт, о его пришествии, повторив: «это личное».

Идя по улице, было прохладно, но не пасмурно, он думал о сне, о списке, что большинство контрактников молодые, хотел как-нибудь соотнести это со своим сном, найти связь. Связи он не нашёл, были только разные негативные мысли, но сон так озадачил его, что он «переклинил» и отправился в часть только чтобы убедиться в очевидном – что большинство новобранцев – молодые парни, готовые на трудности военной службы ради самореализации, повышения своего статуса и возможности раньше уйти с работы на государственное обеспечение.

После всего этого он словно «освежился», выгорание как рукой сняло, но он стал думать о вещах, о которых раньше не задумывался. Он хотел бы вспомнить, что мотивировало его заключить контракт на 25 лет, отказаться от свободы действий, когда его могли мобилизовать на работу и в выходные дни, от свободы критиковать государство, начальство, офицеров, хотя бы гласно и вслух; были ли у него иллюзии в молодости, понимал ли он, на что он идёт, есть ли в этом выгода для него и нужно ли было ему становиться бойцом внутренних войск. Он не решил, что не нужно, он не решил расторгать контракт, увольняться, но он захотел прояснить себе некоторые вещи.

В приподнятом и возбуждённом состоянии он вернулся домой, закусил и стал читать и слушать, много и на разные темы.

Арно в то воскресенье провёл видеоконференцию с владельцем курортной зоны на Хартсмере, к северу от столицы. Они договорились и Арно перевёл аванс. Арно перевел валюту, и владелец передал, что скажет своему эконому забронировать тот участок.

Свадьбу пара хотели отметить в пригороде, на побережье, рядом с Хартсмером, но не в нём. На том берегу раньше стояли причал, рыболовня, магазины, кабаки, а сейчас там стоял мемориал столетию Хартса, им этот фон показался романтичным. Решили не приглашать много людей, знакомых и не совсем – только родственники, друзья и знакомые, человек 20-25, не более.

Им было удобнее все это устроить осенью, а не летом, потому – что летом Арно каждый месяц отправлялся на учения на острова, отпуск ему дали только после учений и следующего за ними повышения, примерно после его дня рождения.

Через пару месяцев, уже к октябрю, молодожёны обменялись кольцами, кольца как традиция сохранились, стали де-юре семьей, под овации целовались в объятьях друг друга, фотографировались на фоне мемориала и сели за столы на открытом воздухе под навесом.

Их друзья и родственники подарили им по роботу-помощнику для каждого, недешёвые костюмы из фотоволокна, которые могли менять оттенки при разной погоде и светиться в темноте, искусственную утробу для будущего малыша, а утробы тоже сами по себе недешёвые, и, наконец, электрокар с автопилотом и голосовым помощником «Spark».

Среди приглашённых был Адриан, он от себя подарил паре фотоволоконный костюм, он смог получить его от одного знакомого, который работал на производстве и незаметно отобрал один костюм, рискуя получить немалый штраф и выговор, и от себя пожелал паре «жить в унисон», «внести свой кирпичик в здание нового общества» и «дожить до лучших времён, когда наступит коммунизм». Один родственник отметил боевые шрама Арно, которые ещё не до конца зажили после учений в конце августа, отметил его «мужественный вид» и что он будет хорошим мужем и отцом, что служба сделала его настоящим мужчиной, с которого можно брать пример, и прочие россказни.

Было пасмурно, но не холодно, дождь не собирался полить, дул приятный свежий бриз с побережья. Пара думали искупаться в море, прямо в одежде, но их отговорили, что они могут простыть на ветру, а душевой или сауны рядом и в помине нет, и они решили подождать отпуска на Хартсмере и искупаться там, где есть сауна и бассейн.

После трёх часов свадьбы гости стали постепенно распрощаться с молодожёнами и друг с другом и разъезжаться. К вечеру все гости разъехались, а пара осталась на побережье наедине друг с другом.

Они и не знали, что друг другу сказать, когда остались наедине, но могли наслаждаться красивым моментом на берегу моря рядом со старым мемориалом, в такой завораживающей северной холодной атмосфере, в экстазе сказки. Такие моменты, когда погода за окном или на улице, а тем более на природе, завораживает и проникает внутрь, есть свободное время для дум или меланхолии, в жизни происходят не каждый день, сентиментальные люди такие вещи ценят и любят. Им нравился момент, и они оторвались в нём на полную, когда остались без посторонних.

Ночью они остановились в доме Арно, а на следующее утро выехали из столицы на своем электрокаре на автопилоте в северном направлении, в Хартсмер, где встретились с владельцем курортной зоны, он показал им их участок. Арно не ошибся: участок был неплох, красота и комфорт, есть бассейн на открытом воздухе с подогревом и подсветкой, можно купаться вечером и темной холодной ночью, в самом доме на первом этаже есть барная стойка, пара тренажеров, стол с настоящими цветами, которые отдыхающим следовало поливать раз в три дня; на втором этаже пара спален, небольшое джакузи, вид на море и музыкальные колонки с управлением. В двух шагах от участка расположена курортная зона, общественные места и другие участки.

Они купались в бассейне днём и ночью, в море, когда длился ноябрь и шли дожди, после чего отогревались в теплом бассейне или в джакузи. В один день они познакомились с другой парой, тоже молодожёнами, тоже на месячный отпуск и тоже Хартсмер; пару раз эта пара ходила к немцам в гости, но самих немцев не приглашала. Они разъезжали по дорогам на электрокаре, хотели добраться до самой северной точки Хартса, но там бездорожье, а электрокар не был внедорожником; пробовали дойти пешком, но встретили охранника на блокпосте, который, несмотря на профессию Арно, отказал им в доступе.