Земля Адриана
Шрифт:
Лакеи принесли два стула. Бесы присели, закинув ноги, куря муляжи папирос, как господа, и начали:
– Прошу прощения, подслушал разговор.
Так вы хотите, чтобы я помог?
Один господин ответил:
– Ваши предложения?
Бес убрал папиросу и начал:
– Бескровную войну им объявите,
Без армии, оружия, и победите.
– Как?
– Беспринципно.
– То есть?
– Сначала позабудьте совесть.
Господин призадумался и сказал: «Во как».
Бес продолжил:
– Хотите победить врага?
–
– Забудьте армии, оружие;
Вы победите их тогда,
Когда детей врага научите…
– Чему? – перебил беса господин.
Бес продолжил:
– Вы покажите молодёжи
Разврат, насилие и похоть.
Учите их, что это можно,
Что всё не так уж это плохо.
Пусть видят полуголых женщин,
Открытую одежду носят;
Пусть целомудрия поменьше,
И чистота души не в моде.
Вы их научите тому,
Что скверна слаще чистоты;
Они забудут чистоту,
В них будет меньше доброты.
Все будет чинно, благородно,
Цивилизованно, пристойно
Но внешне, а по сути- злобно;
Поработите их бескровно!
Господа оценили советы беса и сказали:
– Вы очень умно говорите,
И выглядите деловито.
Мы примем умные советы,
Приятно было иметь дело.
Бесы и господа встали со стульев и кресел, пожали друг другу руки, и один господин сказал:
– Но мне хотелось бы примера.
Вы покажите нам наглядно!
Бес призадумался и ответил:
– Сейчас увидите примеры,
Их вам покажет мой приятель.
Сцена освободилась, стала играть музыка – игривая, но коварная и недобрая. На сцену вышли два артиста- молодая симпатичная блондинка в красивом платье вышла из закулис справа, а навстречу ей очередной демон. Они подошли друг к другу не спеша, с кокетством, и бес стал петь:
– Я любуюсь тобой,
Но не так, как все;
Я хотел бы вдвоём
Уединиться здесь
…
Вышли другие артисты в красном, несколько других девушек, несколько разнопёрых мужчин с разным амплуа в разных костюмах. Они кружили вокруг них, то ходя, то танцуя, у некоторых были муляжи в руках.
Артисты обступали девушку, каждый завлекал её. Один взял её под руку и уводил, другой пытался отнять её у первого, а третий дразнил её муляжами денег, и она терялась между ними, не зная, с кем ей быть.
– Сто причин
Отказать на все слова
…– воскликнул бес под ту же коварную музыку.
Артисты и бесы обступали блондинку, каждый дразнил и приманивал её чем-нибудь: деньгами, билетами, одеждой, сумками, девайсами, а она всё терялась.
– А-мне-наплевать!
Я тебя не люблю! – воскликнул бес на припеве.
В течение всей сцены в целом происходили одни и те же действия: девушку обступали, не могли поделить между собой, дразнили, предлагали внимание, подарки, разную роскошь, а она терялась. Играла коварная музыка, а бес все пел.
Девушку завертели до такой степени, что ей стало плохо. Мужчины, роскошь, подарки, заигрывания, предложения, обещания, баловства уже не возбуждали, а мучали её, ей хотелось освободиться от всего этого, но ей не давали покоя. Наконец, к концу песни она потеряла сознание, упала, но никто ей не помог – ухажёры разбежались, а бесы остались и обступили её, и на этом сцена прекратилась.
– М-да, песенка спета…– проговорил Арно.
– В девках такое есть, я признаю по себе. – сказала Соня, внешне похожая на ту артистку.
На сцене вновь появился Христос, кроме Христа был некий бородатый старец в одежде схимника, они вышли на сцену вместе. Начал старец:
– Понять того я не могу-
Зачем Ты пострадал?
Ведь люди жертву ту
Не оценили – ведь Ты знал?
– Знал. – ответил Христос.
– Что в людях после жертвы той
Сменилось – внешне ничего:
Война, страдания, разбой
Как были, так и есть, зато…
Христос ответил:
– Дух человечества разделён на много
Разных душ – как светлых, так и тёмных,
Но все равны и одинаковы для Бога;
Трагедия – это ваша разделённость.
Когда вы знаете какой – нибудь язык,
Который общий, но вы говорите
Как на разных, тогда никто и ни один
Из вас другого не поймёт. Поймите,
Что вы делите друг друга на «своих»-
Союзников, партнёров и друзей,
А прочих вы относите к «чужим»,
Которые враги – нельзя делить людей.
Вы все и каждый прав по – своему
И каждый думает и видит независимо.
Иное мненье принимать подобно подвигу
Для человека и глубокомысленно.
И каждый в глубине сам разделён
В себе, в своей душе, существовании;
И каждый от другого отделён,
И получаются меж ними недопонимания.
У каждого из вас есть своя логика,
А логик – миллионы, как самих людей.
Чему здесь удивляться, когда логики
И разность мысли доводят до смертей?
Ты знаешь, как написано:
«Всему этому надлежит быть»,
Но это не конец.
Старик молчал после тирады, а потом сказал:
– А что в конце? Проклятье большинства?
Того я не пойму: в чем Пятница была
Спасительной для всех людей, когда
Писанье говорит: и будут те осуждены
На муку вечную? Слова эти сложны
Для восприятия; мне объяснения нужны-
Зачем же Ты распятым был?
– Чтобы спасти людей.
Но почему Ты нас предупредил: