Чтение онлайн

Странная апатия поглотила девушку. Ей стало абсолютно безразлично все вокруг. Но это состояние вступило в противодействие с воспитанием Зодчей Теней; с раннего детства наставники вбивали ей в подкорку мозга абсолютную важность разума над всем прочим. Умение сохранить контроль над собой — приоритет для любого мага, практикующего Киар-Бет, — не дало Оринэ окончательно кануть во тьму безволия. Эмоции погасли, но сознание и разум… они продолжили жить.

Даже в таком состоянии девушка не могла не почувствовать ярость Наместника. Она была почти материальна — воздух в помещении загустел, тени по углам налились мраком. На плечи словно опустился тяжелый груз, а израненную кожу обдуло потоком ледяного, колючего ветра.

Но злоба Аадэ-Ре была направлена не на нее.

— Повелитель… Прошу вас… — мольба исходила от еще одного участника этого действа. К девушке пришло узнавание — это был Тенз-Урз-Эуи-Гре, ее предшественник на посту личного лекаря в свите Наместника. И который откровенно ненавидел Оринэ за то, что та заняла его место.

— Уведите девочку.

Наместник подтолкнул Гуэр к страже, медленно обернулся к Тензу. Под взглядом Зодчего Теней тот побледнел и вжался в стену, будто пытаясь стать меньше, незаметней и таким образом избежать наказания от Аадэ-Ре.

— А ты… Ты займешь место Оринэ. Будешь первым, на ком я испытаю Сиэр-Тахх. Сколько раз я выслушивал твои речи, что ты не менее талантливый целитель, чем Оринэ, и даже превосходишь ее? Так радуйся — у тебя скоро будет шанс доказать это.

«Это он! — внезапно догадалась девушка; где-то в самой ее глубине вспыхнул огонек ярости, сумевшей пробиться сквозь апатию. — Это он привел сюда Ста и Гуэр!»

Слова Наместника никогда не расходились с действиями — это было известно всем. И Аадэ-Ре решил привести наказание в действие прямо сейчас. Он повел рукой — и кандалы вокруг рук и ног Оринэ щелкнули, раскрываясь. Девушка начала падать, когда ее мягко подхватили невидимые руки, удержав в горизонтальном положении. Неясно почему, но Наместник относился к ней бережливо, будто не желая травмировать. Это было очень странно после всех тех пыток, что через которые ей пришлось пройти по его воле.

Но вот действия главы Риндо к Тензу и не пахли мягкостью — что-то бормочущего лекаря дернуло, ударив о стену. Тот закричал, моля о пощаде — но бесполезно. Зазвенели цепи, защелкнулись кандалы, сковывая и распиная свою жертву.

— Он твой, — обратился Наместник к находившемуся тут же дознавателю. — Поставить печать. Не калечить. Не проявлять снисхождения.

Быстрым шагом — он всегда так ходил, — Аадэ-Ре направился прочь из камеры. Оринэ безвольно летела следом за ним — вокруг нее все так же продолжали витать магические круги, поддерживающие жизнь в теле девушки и продолжающие устранять губительное действие марсата.

Искра ненависти к лекарю, занявшему ее место в кандалах, угасла так же быстро, как и возникла. Не было даже довольства от осознания того, что сэй-Тенз получил по заслугам за свою попытку навредить Гуэр.

Вскоре стало ясно, что Наместник ведет ее к лазарету. Разум, получив задачу, опять задумался — зачем самому Аадэ-Ре так беспокоиться о ее состоянии после всего, что произошло, но без стимула в виде эмоций желания искать ответа на этот вопрос у девушки не нашлось.

В лазарете их уже ждали, и если прежняя Оринэ от вида этих людей, вероятно, впала бы в состояние, близкое к религиозному экстазу, то нынешняя просто отметила, что Сиэр-Тахх, угнездившийся в ее груди, по всей видимости, действительно что-то выдающееся. Раз заинтересовал самого Владыку, и он нашел время, чтобы лично — в сопровождении Л’ларк-Шиан-Эр, — явиться в Риндо.

Оринэ помнила, как выглядит Владыка на картинах и изваяниях — высокий мужчина неопределенного возраста с пронзительным взглядом, резкими чертами лица и зачесанными назад волосами, но ни разу не видела его лично. Но сейчас она даже не попыталась напрячь расфокусированное зрение, воспринимающее всех окружающих, как размытые силуэты на фоне мерцающего света. Ей было все равно.

— Владыка, — Аадэ-Ре опустился на одно колено, склонив полуседую голову. Хоть все внимание Наместник обратил на повелителя Кшалы, это не помешало ему проконтролировать левитацию девушки — ее опустило на койку.

Кроме Владыки, Белого Когтя и Наместника в лазарете никого не было. Это была та часть больничных палат, где лечили самых важных людей — знать, других магов, высших военачальников. Обычно большую часть времени они пустовали.

— Я недоволен тобой, Аадэ, — Каэр-Ду подошел к девушке. Провел рукой над ее животом — и печать, блокирующей связь с истоком, просто испарилась вместе с участком кожи и плоти. Но боли Оринэ не ощутила — заклинание Наместника продолжало блокировать ее. — Почему ты довел ее до такого состояния? Наэ-Хомад едва не забрала ее под свое крыло.

Голос Эр-Кхана был низкий и абсолютно спокойный.

— Моя вина, Владыка, — даже не стал возражать Наместник. — Ей в легкие вдохнули марсат — но я успел нейтрализовать его.

— Марсат? — в тоне скользнуло легкое удивление. — И кто же это сделал?

— Ее муж.

— Вот как… — Владыка задумался, рука его зависла над грудью Оринэ, ровно там, где пульсировало Второе Сердце Дьявола.

— Повелитель, — взгляд Каэр-Ду опустился на лицо внезапно заговорившей Зодчей. Каждое слово стоило ей немалых усилий, но она не могла промолчать. Если она не попробует упросить Эр-Кхана помиловать Ста — то Гуэр останется не только без матери, но и без отца. Допустить такого она не могла. — Прошу вас… Ста вынужден был так поступить. Ради нашей дочери.

— Так и есть, — подтвердил Аадэ-Ре. — Истинный виновник еще понесет наказание, имела место быть некая глупейшая интрига… Но и проступок ее мужа тоже нельзя оставить без внимания…

— Решай сам, — пальцы Владыки шевельнулись — и Оринэ не почувствовала, но увидела, скосив взгляд, как по ее коже, покрытой запекшейся кровью, прошел глубокий разрез, проливший всего пару струек крови. За ним — еще один и еще. И вот с легким треском расходящихся рассеченных ребер грудная клетка девушки раскрылась в стороны, являя взору вздымающиеся легкие, пульсирующее сердце — и Сиэр-Тахх.

Чтобы изучить созданный Аг-Наар конструкт, Каэр-Ду вскрыл ее в прямом смысле этого слова.

Даже если ее эмоции почти отсутствовали, а боли не было совершенно, то инстинкты взбунтовались от такого действа над телом. Они требовали как-то прекратить это, защищаться — но разум просто подавил их. Девушка прекрасно понимала, что Владыка имеет право и может сделать с ней все, что угодно — и не противилась этому. И чтобы отвлечься, скосила взгляд на свою развороченную грудную клетку.

Ее второе сердце визуально выглядело, как маленький ярко-желтый огонек, поочередно выстреливающий в стороны длинными, быстро тающими лучами. Стоило присмотреться, как становилось понятно, что это сотни мелких иероглифов, постоянно циркулирующие в определенном порядке, по своим орбитам, но находящиеся настолько близко, что сливались воедино.

— Любопытно…

Эр-Кхан не потратил много времени на изучение созданного Верховной Жрицей страшного чуда — ее сердце успело лишь пару раз встрепыхнуться, когда тот потерял интерес к конструкту.

— Что ж… Пусть живет, — сообщил он Наместнику и, уже отвернувшись, одним взмахом руки, устранил все повреждения Оринэ — и вскрытую грудину, и остатки действия яда, и последствия долгих пыток. Даже грязь и запекшаяся в несколько слоев кровь попросту исчезли, оставив абсолютно чистое и целое тело, опустившееся на ложе. — Держи ее при себе. Идем, Аадэ, нам есть, что обсудить.