Чтение онлайн

– Что ж, я действительно несколько забежал вперёд. Сперва нам надо вернуться живыми и здоровыми со сделки с персами, - при этих словах я немного напрягся. Насладившись моей реакцией, Сандерс обезоруживающе улыбнулся.
– Простите, не смоге удержаться. Конечно же, всё будет хорошо. Поверьте старику. Выпьем за удачу!

– Лучше за успех, - поправил я Дика.
– Удача изменчива, сильные добиваются успеха.

– За успех!

Жалобно, на грани прочности, звякнуло стекло бокалов.

Шипучка стала немного алкогольной. А Сандерс впервые пил вино с колой.

Всё таки мы недалеко ушли в своём развитии, символы порою важнее всяких слов.

Год 27, 2 апреля, понедельник, Форт Мур

Алекс Северов

В понедельник уехать так и не удалось. Сперва суд, затем то ли поздний обед, то ли ранний ужин с Сандерсом.

После встречи отправился в гостиницу, мириться с Хелен. С трудом нашёл где цветы купить: флористика не в почёте у техасцев. Я уже было даже отчаялся приобрести искомое и подумывал прогуляться за город, поискать чего-нибудь местного дикорастущего.

– Ещё два квартала и прекращаю поиски, - дал я себе обещание.

Лавка “Миссис Хадсон” нашлась ровно на последних метрах определённого мною рубежа. Небольшое одноэтажное здание, узкое, метра три всего, самодельная вывеска с выцветшей краской. Витрина заставлена искусственными цветами, от солнца немного потерявшими форму и поблекшими. Я едва мимо не проскочил, так всё выглядело невзрачно. Даже традиционной таблички “Открыто\Закрыто” и той не было.

Осторожно толкнул дверь: вдруг заперто, а я тут ломлюсь? Ещё примут за вора, жахнут из чего-нибудь крупнокалиберного, доказывай потом, что ты не верблюд. Шучу.

Дверь тихо (после увиденного ожидал скрипа) отворилась, в нос ударила смесь лёгких ароматов, едва уловимая, но в этом пропахшем пылью и потом мире непривычно бьющая в нос. Мягкий звон колокольчика известил о моём прибытии, и откуда-то из глубины магазинчика появилась невысокая, немного пухлая женщина, в джинсовом комбинезоне и жёлтой соломенной шляпе.

Надо сказать, ассортимент тут был специфический, всё больше искусственные цветы и такие же венки, всевозможные ленточки, рюшечки, в дальнем углу, почти незаметные традиционные мягкие игрушки: кролики, медведи, котята и прочая милота, которую так любят девочки любой расы и возраста. Чур меня, это что, гроб?! Похоже, не туда я зашёл.

– Добрый день, мистер. Чем могу помочь?
– голос тихий, нежный, полный участия.

– Эм… - стушевался я, словно школьник, впервые покупающий презервативы.
– Букет вот хотел купить…

– Букет?
– уже нормальным голосом переспросила хозяйка.
– Вам для подружки?

– Ну уж точно не для дружка, - ляпнул я.

– Замечательно!
– миссис Хадсон всплеснула руками и широко улыбнулась.
– Пройдёмте в оранжерею, здесь у меня товар для более скорбных поводов.

В полдюжины шагов пересекли небольшой зал, прошли небольшим, метр шириной, но длинным s-образным коридором. По дороге отметил несколько дверей. Ближайшая к торговому залу могла похвастаться шильдиком с писающим мальчиком, следующая - стилизованной девушкой под душем, из-под третьей пробивался едва уловимый запах готовки, последняя, почти на выходе, была заперта. Если судить по поворотам и примерному внутреннему объёму, там должна скрываться крохотная спальня, в которой вряд ли нашлось место больше, чем на кровать и простенький шкаф.

Наше непродолжительное путешествие окончилось стеклянной дверью.

Оранжерея выглядела специфически, из-за сплошных деревянных стен создавалось впечатление, что устроена она в мансарде. Зато содержимое было вполне привычным: розы, хризантемы, герберы. Остальное, как и любой мужчина, для меня загадка: то ли местное, то ли тоже земное.

В итоге остановился на классике: букет из дюжины роз ещё никогда не подводил. Цена слегка кусалась, что, впрочем, объяснимо: как я понял, оранжерея миссис Хадсон единственная в своём роде в радиусе ста миль. С другой стороны, две дюжины экю не так уж и дорого, чтобы попросить прощения.

В гостиницу спешил, словно на первое свидание, прокручивал в голове извинительную речь, морально готовился во всём каяться и просить прощения за что угодно. Когда я вошёл, Хелен попой к верху на кровати, в одних стрингах и белой маечке, читала журнал и беззаботно болтала ногами.

Не успел я и слова сказать, как она телепортировалась к двери.

– Ого, цветы! Какие шикарные! Это мне?
– заломив руки за спиной так, что майка натянулась на груди, обрисовав соски и ареолы, Хелен кокетливо, словно кошечка, виляла “хвостиком”.

– Тебе, конечно. Это…

– Здорово! Спасибо!
– лёгкий поцелуй - в щёку, букет - в охапку, кружиться - по комнате.
– А что за повод?

– Просто так, - соврал я.

Или не соврал? Если она не помнит, что обижалась, то, наверное, и прощения просить не надо? А раз так, то, получается, цветы действительно “просто так”.

– М-м-м, какой аромат! Понюхай!

Цветы в мгновение ока оказались у меня перед носом. Я для приличия пару раз шумно втянул в себя воздух и согласился, что да, пахнут шикарно. Радости милого создания не было предела, словно я ей ключи то “Мазератти” подарил, а не дюжину “мёртвых стеблей”, как выражался один мой знакомый циник. Как ни странно, при таких взглядах он был счастливым мужем и отцом.

Покончив с “извинениями”, я вновь выскользнул в коридор, сославшись на незаконченные дела. Хелен благосклонно отнеслась к моему бегству, сейчас её больше занимал вопрос, где достать вазу. Не успел я и трёх шагов сделать, как маленькая фурия, уже в шортиках, выскочила вслед за мной из номера и унеслась на ресепшн. Проводив девушку восхищённым взглядом, постучал в соседний номер, где устроились Антон и Ариэль.

Тишина.

Постучал ещё раз. Тот же эффект.

Приложил ухо к двери, понимая, как это глупо выглядит со стороны. Нет, всё одно ничего не слышно.

Подумав, решил сходить на ресепшн, выяснить, в чём дело. Ариэль, дорвавшись до секса, Антона бы из номера ни на шаг не отпустила, он-то и на суд едва сумел вырваться. Так что тишина в номере настораживала. Был, конечно, вариант, что они уснули, утомлённые и удовлетворённые, но…

На лестнице встретил Хелен, со стеклянным кувшином для лимонада.