Земля Лишних. Беги, хомячок, беги
Шрифт:
– Буэ!
– спустя секунду завтрак покидает её желудок. Ариэль, достав нож, больше похожий на мачете, одним махом отрубает кисточку с хвоста своего трофея. Зрелище не для слабонервных, зато я теперь не самый кровожадный в нашей компании.
– Ладно, девушки, приводим себя в порядок, перезаряжаем оружие и двигаем дальше. Даже нет, сперва оружие, потом - себя в порядок. Мало ли, зверь вернётся.
– Больше нападать не будут, прайд без вожака, пойдут в логово, власть делить, - Ариэль вгоняет клинок в землю, очищая кровь.
– Всё одно, будем бдеть. От этого ещё никто не умирал.
Помогаю Хелен умыться.
– А ты молодец, всю обойму ему в грудь засадила! Хорошая выдержка, не растерялась, - подбадриваю девушку.
– Я чуть не описалась, когда он оттуда выскочил, - призналась француженка, вытирая бумажными салфетками мокрое лицо. И вдруг разревелась.
– Ну-ну, всё нормально, все живы, всё хорошо, - подошёл, обнял. Майка стала в два раза мокрее.
Стоим, глажу Хелен по спине и голове, а самого тоже отходняк трясёт. Ну его, такие походы на дикую природу. Так и поседеть раньше времени можно.
Зато Ариэль спокойна, словно не на жизнь только что сражалась, а маникюр вечерний делала. Стоит, ногти рассматривает, мол, вы там поревите, я подожду. Хорошая у Антона будет жена. Боевая. У такой налево не то что не сходишь, а даже не посмотришь, яйца так же, как кисточку с львиного хвоста, одним махом отчекрыжит и даже не поморщится.
– Прости, я больше не буду, - Хелен отстранилась, ладошками солёные дорожки со щёк стирает.
– Да ладно, это даже полезно, поплакать, - успокаиваю девушку.
– Как говорит моя бабушка, больше поплачешь, меньше пописаешь.
Смотрю, улыбнулась. Вот и хорошо.
Двигаем дальше, домой.
До фермы добрались уже после полудня. Пешком это вам не верхом, и ноги устают, и спину ломит, и пить хочется в десять раз больше. А уж когда сделали привал, перекусить, аппетит был, словно вагон угля разгрузили. Каждый - свой.
На полпути нас встретил Антон. Отвёз раненого, сдал Маршаллу, а сам за ненаглядной, бегом да вприпрыжку. Когда про преследовавший нас прайд рассказали, чуть скандал не закатил, что Ариэль его не предупредила, а не то он бы…
– Что? Позволил бы Энтони умереть?
– ехидно заметила рыжая. И тут же прильнула к Антону тёплым боком, грудью в руку упёрлась, потёрлась щекой о щеку. Хитрая - Не кипятись, милый. Нас было трое, с оружием. Алекс не дал бы нас в обиду, правда, Хелен?
Француженка кивнула. Про тот факт, что льва девушки встречали без меня, мы умолчали. Ну его, моя морда целей будет, а Ариэль этот бугай потом за кустики одну не отпустит, ей оно надо?
Парень в объятиях валькирии поплыл, размяк, пошли сюси-пуси, а как, а что, а я его, ух! Показали трофей, Антон предложил вернуться за шкурой, всё таки трофей не частый. Но, услышав, что в льва пара десятков пуль влетела, передумал. И хорошо, а то он бы туда один пошёл, Ариэль фобиями не страдала. Хочет суженый на встречу со хищниками - пусть идёт, большой мальчик. А нам потом сиди, волнуйся, ногти грызи.
На ферме нас ждала хорошая новость: Маршалл уже доставил Энтони в больницу Джефферсона, парню оказывают помощь. Жить будет, даже руку обещали собрать. Похвалили за оперативность, ещё бы час или два и всё, спасать было бы нечего, только ампутация. Маршалл остался с сыном, переночует и завтра обратно.
– Алекс, как на самом деле было?
– мы сидели с Антоном на веранде вдвоём, дамы, после сытого ужина потягивали разное: он пиво, я - морс из местных ягод.
После тяжёлого дня, пошли плескаться в бане, смывать пот, грязь и страхи. Потом наша очередь.
– Что ты имеешь ввиду?
– я упрямо смотрел в закат, не желая встречаться взглядом с приятелем.
– Я же не дурак, понимаю, когда Ариэль врёт или недоговаривает. Она думает, что самая хитрая, но ещё совсем ребёнок, все уловки на виду. Колись давай. Сердиться не буду.
Я вздохнул. И рассказал. Что послал девушек вперёд, а сам остался караулить хвост. Что отогнал хищников, двух забрал даже. И побежал догонять. Но не успел, дамы сами отбились от второй части прайда. Львы действительно хитрые, зажми они нас сразу с нескольких сторон, да кинься гурьбой…
– Понятно, - Антон тяжело опустил кружку на стол между нами, пальцы на ручке от напряжения побелели. Скривился, как от горькой редьки, уставился хмуро на закат.
– Знаешь, почему я до сих пор холостой? Да, баб тут меньше, чем мужиков, так и я не урод и не бедняк, захотел бы, нашёл бы себе пару. Только вот жизнь тут… Такая. Сегодня есть человека, а завтра нет его. Эдем, мать его. Только официально каждый год треть миллиона по тем или иным причинам гибнет. В Техасе, конечно, смертность раз в десять ниже, чем в каком-нибудь местном Конго или Халифате, но всё же…
– Боишься кого-то вдовой сделать?
– Вдовой сделать. Вдовцом стать. Сирот оставить, - Антон отхлебнул пиво, замолк.
– По статистике сто процентов людей умирают, - пожал я плечами.
– Мне казалось, что с Ариэль у тебя всё серьёзно, решил сдать назад?
– Не, ты чё, - наёмник аж подхватился.
– Успокоится вокруг Энтони всё, пойду предложение делать, официально. Руку там просить, кольцо, все дела. Просто…
– Ну вот и забей на всё остальное, - я дотянулся, хлопнул его по плечу, чуть ладонь не отшиб.
– Живи полной жизнью, делай, что от тебя зависит, остальное приложится. Говорят, что только одно из десяти начинаний заканчивается успехом. Кто-то думает, что это отличное оправдание, чтобы ничего не делать. Я же считаю, что если не пробовать, то шанс на успех вообще нулевой. Маршалл тебе не откажет. А откажет, так останется без дочки, Ариэль с тобой сбежит на раз-два. И стройте своё счастье, ни на что и ни на кого не оглядываясь.
– Самый умный, да?
– Антон поднялся, потянулся с хрустом.
– Тебе хорошо, за ноутом-то.
– Ага, так хорошо, что рёбра до сих пор болят, - задрал я майку, демонстрируя синяк. Который, на удивление, быстро рассасывался.
– Я как посмотрю, тут обычный пикник может фатально закончиться. Или поездка в город. Кто-то живёт, будто завтра не будет. Я предпочитаю думать, что завтра обязательно наступит. И вот чтобы потом обидно не было, надо использовать все шансы.