Чтение онлайн

Антону сразу дали понять, что даже руки распускать лишний раз не надо, а уж о чём-то, кроме неловкого поцелуя, даже думать не следует. Маршаллу не придётся хвататься за винтовку, с ней отлично управиться и дочь. Так что… Наёмника это сперва позабавило, он решил, что это очередной “закидон” и просто кокетство, что девушка просто набивает себе цену, глумится и так далее. Но потом быстро понял, что это всё серьёзно. И … ему это понравилось.

Ариэль оказалась на диво начитанной, что в наши времена встречалось редко. Её не интересовали сплетни о селебрити, кто с кем спит, инстаграмм, соцсети, лайки и репосты - этого в её жизни просто не было физически. И это было шикарно! Девушка, выросшая без смартфона-шпаргалки, готового предоставить тебе список умных мыслей и цитат великих людей, которые ты в любой момент можешь с умным видом вбросить в разговор как свои собственные, имела своё, аргументированное и сформировавшееся, мнение. С ней можно было поговорить о чём-то более высоком, чем мода и пожрать.

И парень влюбился.

За два дня. А может, и с первого взгляда, ведь что-то кольнуло тогда в сердце, при первом знакомстве. Он списал это на эффектную внешность девушки, но сейчас всё больше понимал - нет, зацепило его не только это. Взгляд. Живой, чарующий, манящий, осмысленный, полный загадки и тайны - взгляд не пустышки, но девы. И когда они с Алексом мотались за металлом для креплений, он не пошёл в аптеку, за чем-нибудь “к чаю”, как подначивал его приятель. Он купил девушке кулон. Простой, серебряный, в виде пары целующихся голубей. Слишком смазливо и розово-сопливо, особенно для него, но ему вдруг захотелось подарить именно такое, наивно-юношеское, символическое.

Он краснел, когда выбирал украшение. Когда дарил. Когда слышал подколки. Краснел, потому что впервые с юных лет влюбился. Он не знал, как себя вести в такой ситуации, не помнил. И стеснялся своей неумелости любить.

Ариэль, как ни странно, ответила ему взаимностью. Взрослый, сформировавшийся, он был как та стена, за которой можно быть спокойной в любой жизненной ситуации. И он был достаточно молод, чтобы огонь не угас в его душе. Он мог рассказывать часами про разные страны и народы, про места, где побывал. Про невиданных зверей и чудных людей.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы спать, они уже который час лежали напротив друг друга, подложив руки под щёки и разговаривали шепотом. О всём и ни о чём. Строили планы. Мечтали. Делились воспоминаниями детства. Или даже просто молчали. Им было хорошо, и это главное.

Время летело незаметно.

Фонарик, поставленный отражателем в пол, чтобы не выдавать парочку, начал светить тусклее, садилась батарея.

Алекс растолкал Энтони в соседней палатке, и сам отправился спать. Парни делили укрытие с Хелен, которой отгородили рюкзаками её половину, поэтому сменялись тихо, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить соседку.

Было слышно, как Энтони сходил проведать лошадей. Затем вернулся, подкинул дров в прогоревший костёр, звякнул котелком - заваривает себе кофе, чтобы не так хотелось спать. И вновь настала тишина.

– Тебе надо поспать, милый, - Ариэль провела ладонью по щеке Антона.

Парень потёрся о руку девушки, словно довольный кот. Согласно кивнул. И продолжал смотреть на девушку, даже не думая закрывать глаза.

Ариэль с трудом оторвала ладонь от щеки парня, щёлкнула выключателем, гася фонарик. Перевернулась на правый бок, и через секунду оказалась в объятиях Антона. Парень поцеловал её макушку, зарылся носом, словно кот, в густые волосы, и засопел.

Девушка полежала ещё несколько минут, прислушиваясь к дыханию любимого, к бабочкам в животе. Это и есть она, любовь?

Счастливая, разомлевшая в объятиях ненаглядного (и ведь реально - не могла наглядеться, как и он на неё!), она провалилась в царство Морфея.

Энтони всё таки уснул на посту, и кофе не помог. Антон, сжимая в объятиях любимую девушку, проспал свою вахту, чего за ним ранее не водилось.

Поэтому никто не услышал, как заволновались лошади. Как забила копытом пегая. Как зафыркали остальные.

Антон проснулся внезапно, рывком, словно нажали кнопку “пуск”. Чутьё трубило во всю “тревога!”. Посмотрел на Ариэль. С ней всё в порядке, чуть отпустило. Окинул взглядом палатку, не заполз ли какой гад ночью? Нет, клапаны закрыты, отсюда видно.

Стоп.

Видно.

Как это видно? А где Энтони, почему не разбудил его?!

Тихо, стараясь не разбудить девушку, наёмник пробрался к выходу, расстегнул молнию, окинул взглядом поляну. Вроде бы всё спокойно, вон он, спящий часовой, сидит у потухшего костра, пригорюнившись. Ну, сейчас он ему!

Что он устроит Энтони, Антон додумать не успел - заржали в голос лошади, забили копытами. Антон схватил винтовку, лежащую у выхода из палатки, сделал шаг наружу, уже собирался крикнуть уснувшему часовому, чтобы тот будил остальных, как из зарослей вылетела серая тень. Энтони и нападавший покатились по камням.

– Чёрт!
– выругался Антон, пытаясь поймать в прицел хищника.

Упал на колено, снижая риск попасть в Энтони, выстрелил раз, другой, стараясь бить в центр туши, подмявшей парня под себя. Схватка затихла. Антон подскочил, побежал к замершим телам. Наконец-то рассмотрел, кто это напал на часового - каменный, или пещерный, лев.

Животное на земного льва было похоже лишь отдалённо, крупнее африканского процентов на двадцать, и в полтора раза тяжелее. Гривы, в отличие от земного собрата, не носит, от самок отличается чуть большими размерами, более широкими плечами и кисточкой на хвосте. Окрас серо-грязно-коричневый, на фоне скал и камней делающий кошку почти незаметной, за что и получил первоначальное название - каменный лев. Пещерным же его прозвали за любовь к проживанию в естественных полостях в горах и предгорьях. На равнинах если и встречается, то редко, и обычно это одинокие самцы или самки, которые мигрируют в поисках нового прайда.

Лев, лежащий на Энтони, был чуть больше парня. Молодой самец, вон, кисточка на хвосте видна.

Антон попробовал стащить тушу с парня одной рукой, не получилась - тяжёлый, зараза!

– Энтони, ты как?
– нагнулся поближе к лицу пострадавшего.

Тот что-то нечленораздельно прохрипел. На лице маска боли, из-под тел растекается тёплая лужа крови, только непонятно, чьей.

– Что случилось?
– Алекс и Ариэль появились почти одновременно.

Девушка заметила торчащие из-под льва ноги брата, вскрикнула, кинулась спихивать мёртвое животное.

– Судя по всему, прайд охотится, - Антон поднялся и рысцой побежал к лошадям, откуда доносилось дикое ржание.
– Стащите с него эту падаль, я посмотрю, что там! И гляди в оба, стреляй на любой шорох!

Алекс кивнул, споро отсоединил спаренные магазины и вставил одиночный, обвязанный красной изолентой, с дорогими экспансивными патронами. Антон краем сознания отметил правильность действий парня - против крупного хищника этот боеприпас подходит лучше.