Чтение онлайн

Крепкие нервы не позволили ей потерять рассудок. Взяв себя в руки, Сейна обратилась сначала к Астерсу. Она говорила с ним, как с живым, ибо иначе просто не могла:

— Мы дали тебе надежду, разрешив отправиться на Алькатрас вместо Зена. Ты почти достиг цели. Как я и думала, любовь придала тебе силы в битве. И именно поэтому, никто другой не смог бы так справиться с целым гарнизоном, как сделал это ты! — Сейна вздохнула, её голос погрустнел, а на щеке вновь появилась слеза. — Но она же и погубила тебя. Со слепым фанатизмом Висентии, увы, уже ничего нельзя было поделать. Бедный, бедный Астерс. Надеюсь, когда-нибудь ты простишь нас за нашу недостаточную проницательность. Мы не знали, что с моей предательницей-сестрой всё может быть настолько плохо.

Как будто получив от Астерса ответ, она повернулась к Зену. Захлёбываясь перед смертью собственной кровью, он так и остался лежать со слегка приоткрытым ртом, из углов которого до сих пор сползали красные капли. Сейна прижалась щекой к его волосам и закрыла глаза:

— Зачем ты упоминал про свою смерть? Накликал на себя беду! Зачем?! Зачем?! Для чего?!

Сдержанный плач превратился в самое настоящее рыдание. Заливая лицо Зена слезами, Сейна думала о том, была ли она достойна его любви? Любви того, кто даже в предсмертный час жил мыслью только о ней. Не найдя ответа на этот вопрос, она устремила свой взгляд в небеса и, уже сдерживая слёзы, произнесла:

— И ты меня прости, Дин. Прости, нас всех, что так и не спасли тебя.

Сейна вновь опустила свой грустный взгляд вниз. Аккуратно положив тела Зена и Астерса на землю, она кулаком вытерла от слёз заплаканные глаза. Затем её лицо поменялось несколько раз. Сначала с него исчезли на некоторое время овладевшие им признаки слабости. А вскоре оно вновь стало холодным и по-настоящему устрашающим. Она взяла мечи Зена и встала в полный рост:

— Не беспокойся, любимый, твои клинки ещё послужат Айсерии. А ты полежи пока здесь.

Из рук Сейны вырвались два белых потока. Один врезался в Зена, а другой пронзил Астерса. Их тела тут же стали покрываться слоем льда. Сначала он напоминал оболочку из полиэтиленового пакета. Но вскоре его толщина стала увеличиваться так быстро, что холодную толщу, покрывшую трупы, можно было называть глыбой.

— Потом я похороню вас по всем законам. А сейчас я, к сожалению, в одиночку должна завершить наше общее дело! — с этими словами Сейна проскользила взглядом по каньону Гранда. Внимательно рассматривая каждый его изгиб, она словно иголку в стоге сена отыскивала одну единственную расщелину. Слегка прихрамывая на повреждённую в бою с Висентией ногу, Сейна решительно расхаживала из стороны в сторону, пытаясь понять, где же находится эта последняя крысиная нора граксов. И вот, среди многочисленных обрывов и пропастей, чёрной, тонкой, еле заметной полоской предстал перед ней вход в пещеру Матери-медведицы. Сомнений больше не было. Свирепо оскалив зубы, Сейна буквально прорычала:

— Ну, всё! Трепещите, жалкие ничтожества! За Дина! За Сергея! За Зена и Астерса! За загубленную душу сестры! Я сегодня буду мстить!

Эдвин проснулся от сильнейшей встряски. Будучи человеком спортивным, он считал, что никакая нагрузка не сможет сломить его. Но сегодня, изрядно измученный тренировками, он рухнул спать прямо на холодные камни. Не успевший погрузиться в сон даже на час, Эдвин испытывал негодование, сравнимое лишь с недовольством пустынного странника, из рук которого вырывают кувшин с прохладной, кристально чистой водой. Слегка приоткрыв правый глаз, он увидел перед собой Мелквиста. Похожий в своём человеческом облике на приятного восемнадцатилетнего юношу, он всегда вызывал на лице Олдрина улыбку. Но сейчас Эдвин скорчил неприятную морщинистую гримасу и слегка гнусавым голосом проговорил:

— Какого чёрта, Мелквист? Тебе что, мало той беготни, что нам сегодня устроил старик Эксилон?! Кончай свои глупости…

— Не время возмущаться, Эдвин! — не дал закончить ему недовольную речь Мелквист, — вставай! Нам нужно срочно явиться в главный зал.

— А-а-а-а! Этот старый дьявол решил окончательно добить нас своими уроками! — спросонья проклиная весь мир, Эдвин поднялся на ноги.

— Это не тренировка, побежали!

Они находились в глубокой пещере. Но она не выглядела так, как большинство подобных причуд нашей матушки-природы, и напоминала скорее искусственно выдолбленную в горе глубокую нишу. Ни сталактитов, ни сталагмитов не было и в помине. Ровные стены, почти под прямым углом пересекавшиеся с тем, что можно было справедливо назвать полом и потолком; расставленные повсюду странные технические устройства, о предназначении которых человеческий мозг даже не был способен догадаться; лампы, яркость света которых не давала понять, какой они формы, — всё это создавало особую атмосферу, которую невозможно было отыскать ни в одной пещере нашей огромной планеты.

Но не все помещения были такими. Пробегая по многочисленным ходам, Эдвин и Мелквист встречались и с такими, которые ничем не отличались от обычных подземных ландшафтов. Однако, и они мигом сменялись своими внеземными аналогами. Преодолев не менее сотни метров, двое друзей оказались в небольшом подобии комнаты, которую Мелквист почему-то назвал залом. Перед собой они увидели несколько человек, одетых в красные балахоны. Среди них выделялся старик. Его седая борода, усы и длинные волосы свисали до самой груди, почти полностью скрывая от наблюдателя крысиное лицо. Небольшой рост и согбенная спина делали его облик ещё более неприятным.

Как только Эдвин и Мэлквист появились в зале, старец повернулся и вредным, гнусавым, отчасти картавым голосом проговорил:

— Наконец-то. Подойдите ближе. Нам нужно принять очень важное решение. Мелквист!

— Да, господин Эксилон, — отозвался юноша, исполняя приказ старика.

— Ты передал мои приказания командиру когорты? Они обязательно должны избрать засадную тактику.

— Да, учитель. Но я не понимаю одного. Почему вы не воспользовались телепатией и не…

— Молчать! — рявкнул Эксилон, — даже мысли не допускать об этом! Соблюдать полное телепатичекое молчание! Она наверняка уже настроила свой мозг на приём, чтобы пеленговать нас! А вы хотите преподнести ей такой подарок! Так, что тебе ответил командир когорты?

— Он обещал мне, что мигом разберётся с ней. Господин Эксилон, может быть, всё-таки нет смысла в столь многочисленных методах предосторожности? Вряд ли нам сейчас угрожает что-то серьёзное. Она же всего одна!

— Х-м-м-м, — недовольно сморщил лоб старик. — Молодые. Вечно переоценивают свои силы. И недооценивают угрозу. Как долго ты уже называешь себя солдатом империи, Мелквист?

— Эм-м-м-м, — растерялся юноша, — пять месяцев.

— Вот именно! А та, которой нам сейчас придётся противостоять, уже в течение двух веков сражается за свою страну. В этой пещере нет ни одного сына империи, чей боевой опыт был бы больше полугода. Поэтому к вам и приставили меня. Давайте оценивать ситуацию трезво. Сейчас к нам направляется само воплощение смерти, имя которой – Сейна. Беспощадное существо убьёт здесь всех, если мы не будем соблюдать осторожность. И первое, что нужно сделать в данной ситуации – спасти сына звезды Гракс.

В сию же секунду в голове Эдвина всплыла история, которую он не раз слышал от Мелквиста, Эксилона, Феллса. Кто только не рассказывал её бывшему астронавту. И каждый всегда старался передать её в самых ярких, цепляющих каждый фибр души красках. Империя, которой вызвался служить Олдрин, была названа в честь огромной звезды. Во всей галактике, пока что, не нашлось ни одой, превосходящей её по размерам. Имя ей – Гракс. На всех звёздах постоянно происходят вспышки. На той, что наблюдается с Земли, например, это дело обычное. Но Гракс светит плавно и равномерно. Однако, каждые сто пятьдесят лет на ней происходит колоссальный шторм. Как будто она специально ждала этого момента, чтобы показать, на что способна. Вспышки продолжаются всего пять минут. А потом проходит около ста пятидесяти лет, и процесс вновь повторяется. И каждый раз в момент светового шторма, в самый его пик из чрева матери-императрицы выходит новорождённый император. Так было всегда. Все четыреста тысяч лет существования империи. И только на этот раз ребёнок не родился. Зато в этот самый момент на третьей планете восемьсот одиннадцатой системы появился Дэниэл Рейган. Много существ родилось тогда по всей галактике. Но граксы знали, что при финальной вспышке вверх всегда выбрасывается огромная струя раскалённого вещества. Каждый раз она вылетала по направлению к императору, дабы показать всем, кто есть истинное дитя империи. И сейчас верные её слуги наблюдали за звездой. При помощи своих сверхточных, пока ещё не известных человеческому разуму технологий, они продолжили вектор полёта струи и увидели, что он указывает на Землю, а уточнив направление, поняли, что в тот момент звезда Гракс показывала на Дэниала. Олдрин знал, что великая звезда ещё ни разу не ошибалась. Поэтому не стал задавать лишних глупых вопросов.

— Предлагаю, как только сын звезды будет спасён, ударить молниями по стенам и обрушить пещеру! — оскалив зубы, предложил Мелквист.

— Не выйдет, — прервал его Эксилон.

— Почему?! — возмутился Мелквист, — как только начнётся обрушение, мы телепортируемся отсюда. А эта тварь не сможет так сделать и погибнет здесь, заваленная камнями!

— Ты что забыл?! Излучатель помех на Алькатрасе выведен из строя, а гарнизон перебит айсерийским диверсантом! Так что она тоже успеет спастись. Не говори глупостей, юнец!