Чтение онлайн

Лишь дёрнувшись, Эксилон опять почувствовал боль в спине. Это было не что иное, как сломанная ключица. Он лежал и понимал, что шанс на победу всё ещё есть, и поэтому тут же попытался схватить клинок мёртвого солдата, лежащего рядом. Но, как только ладонь потянулась к оружию, из уст старика вновь вырвался крик. Острым лезвием Сейна проскользила вдоль его руки и оставила на ней глубокую рану. Уцепившись носом сапога за плечо Эксилона, она перевернула этого гракса на спину и поставила ногу ему на грудь.

— Ну, что, пёс, — Сейна поднесла клинок к горлу гракса, — будешь говорить, где Дэниэл Рейган?! Облегчишь свою смерть, или как?

— Нет! Нет! Ты никогда не доберёшься до него. Слышишь?! Никогда! Отправляйся к дьяволу!

В тот же миг целая рука Эксилона потянулась к кинжалу, лежащему рядом. Казалось, клинок вмиг окажется сначала в сухой ладони старика, а потом в горле Сейны. Но своим внимательным взглядом она надёжно держала в поле зрения каждый его мускул. Поэтому, как только рука дёрнулась, лезвие скользнуло прямо по ней. Отрубленная кисть упала в лужу крови, а по залу вновь разнёсся крик, наполненный болью и досадой. Сейна смотрела на корчащегося у неё под ногой старца и менялась в лице. Сначала приподнялись брови. Вслед за ними надменно прищурившиеся глаза раскрылись шире, а нижняя челюсть подалась немного вниз. Жажда мести и крови постепенно вытеснялась презрением к себе и той жестокости, что она сотворила над беспомощным Эксилоном. Когда он уверенно стоял перед ней на обеих ногах, в боевой стойке, Сейна готова была разрубить его на куски. Ибо только так ей представлялись настоящие враги. Но карать лежащего под пятой…

"Что я делаю? Нет. Надо прекращать. Сейчас же!" – подумала она, убирая ногу с груди Эксилона. С того самого момента, как она оплакала Зена и Астерса, её мозг буквально жил мечтой об этом моменте. Сейне хотелось переломать противному ей старику все кости, а потом отрубить конечности. Но сейчас, лишь на минуту примерив роль мучительницы, она сполна почувствовала глубокое отвращение ко всему, что с этим связано.

— В чём дело, Сейна, — хрипел Эксилон. — Разве ты не хочешь спросить меня ещё разок, сломав перед этим пару рёбер?! Ведь это я! Это я затуманил Висентии мозг и переманил её на нашу сторону! Я обучил Феллса и Серота! Из-за меня страдали все твои друзья! И тебе это прекрасно известно, несмотря на то, что я всю жизнь держусь в тени. А сейчас – вот он, я! У твоих ног! Делай со мной, что хочешь, айсерийка! Будь всё сейчас наоборот, ты бы уже давно визжала так, что стены этой пещеры трещали!

— Я – не ты! — вскричала Сейна. — Я – не мастер красного балахона, Эксилон, не порождение капитализма. Я – вице-крейслер Сейна! Дочь великой Айсерии! И я не превращусь в палача, расправляющегося со слабым и беззащитным! Поэтому, я избавлю тебя от мучений прямо сейчас. Покойся с миром, Эксилон.

Коротким и быстрым ударом Сейна тут же исполнила обещание. Клинок мигом проткнул горло старика, и кровь брызнула из сонной артерии на пол. Глаза, наполнившиеся перед смертью удивлением, так и не закрылись. Ведь им, воспитанным в духе жестокости и ненависти, не дано было понять, что такое мораль, жалость, способность к состраданию и сочувствию.

Вдруг Сейна почувствовала в своём животе какие-то толчки. От их неожиданности, силы и боли, она даже выронила из левой руки клинок. Еле устояв на ногах, она быстро расстегнула освободившейся ладонью две нижние пуговицы своего кожаного жилета, и её взору предстал пухлый живот. Ласково улыбнувшись, она погладила ладонью по тому месту, под которым, лежал её сын, и милым голосом обратилась к нему:

— Тихо, мой мальчик. Тихо. Ты думаешь, я слишком легко с ним обошлась?… Может быть. Но воин строя справедливости никогда не опустится до жестокости, каким бы ни был ненавистным для него враг. Я хочу, чтобы ты знал это, сынок. Я хочу, чтобы ты всегда это знал.

Сейна стояла над горой трупов, гладила живот и говорила с самым дорогим, что было у неё в жизни – со своим сыном. Неизвестно, сколько это могло ещё продолжаться, если бы она не услышала в голове голос.

— Внимание. Говорит ноймер Церсий. Подразделению на Земле срочно проследовать к пункту сбора. Повторяю. Подразделению на Земле срочно проследовать к пункту сбора. Конец связи.

Выслушав настойчивые призывы, Сейна застегнула жилет, взяла катану, что уронила на пол, и быстрым шагом направилась к выходу.

Юрий Гагарин стоял на балконе и молча созерцал утреннюю Москву. Уже сутки прошли с тех пор, как Зен телепортировался к Сейне, а сеанса связи не было ни одного. Что же там произошло? Решив, что пора, наконец, выйти на связь первым, Юрий уже начал было ловить частоту Зена, когда почувствовал на своём плече руку Василия.

— Доброе утро! — улыбнулся тот.

— Доброе… — не отрывая взгляда от городского пейзажа, ответил Юрий, — не отвлекай меня сейчас, пожалуйста, хорошо.

Подобные картины Василий наблюдал уже далеко не в первый раз, и такие просьбы ему тоже были прекрасно знакомы. Он знал, что настолько сосредоточенным Юрий становится только тогда, когда выходит на связь с Сейной или Зеном, и поэтому тут же замолчал, напряжённо наблюдая за своим телохранителем. Тишина, лишь изредка нарушаемая далёким рёвом двигателей автомобилей, сковала пространство. Но немая сцена продолжалась недолго. Тяжело вздохнув, Юрий заключил:

— Нет ответа…

— Попробуй с Сейной, — предложил Василий.

— Сейчас, — Юрий развернулся к двери, ведущей в квартиру, — мне нужно точнее вспомнить её частоту, она у меня записана.

Как только он вошёл внутрь, его руки мигом объяло пламя, тело приняло боевую стойку, глаза наполнились величайшей тревогой: в комнате он заметил человеческую фигуру, внезапно возникшую в нескольких шагах от него. От неожиданности её появления Юрий уже готов был метнуть огненный шар, но остановил руку, как только полностью разглядел силуэт. Напряжение в мышцах исчезло, а на губах появилась улыбка, ведь посреди комнаты стояла двухметровая фигура Сейны. На этот раз она была просто неузнаваема. Потемневшее от пота и пыли лицо; грязные, нелепо спутанные волосы; забрызганная кровью белая кожаная одежда, — всё это создавало далеко не самое приятное зрелище. Но это не сильно смутило Гагарина. Он был рад тому, что после целых суток неопределённости ему удалось увидеть хоть кого-то из своих инопланетных друзей.

— Здравствуй, Юрий. Здравствуй, Василий, — обратилась к каждому Сейна.

— Приветствую, — ответил Юрий, — а где Зен? Где Астерс? Где Серёга, в конце концов?! Он же ведь всегда с тобой.

— Они погибли, — опустив взгляд, ответила Сейна.

— Как?! Все?!

— Все…

Юрий и Василий смотрели на Сейну так, словно не верили тому, что она говорит. Нелепо открыв рот, они вцепились взглядом в её высокий силуэт. Больше всех в тот момент печальная весть застала врасплох Юрия. Ведь Зена и Астерса он уже давно считал своими лучшими друзьями и верил, что в случае с Сергеем будет то же самое. И вот она – смерть, подлая и коварная смерть, навсегда лишившая двух космонавтов возможности сблизиться.

— Почему? — крепко сдерживая норовящие выплеснуться наружу эмоции, проговорил Юрий, — кто оказался способен отправить их на тот свет?!

— Лучше присядь… — вежливо предложила Сейна.

— Хорошо, ты тоже, — Юрий подошёл к столу и, любезно отодвинув стул, дал ей сесть, а затем расположился за ним сам. Василий тут же последовал его примеру.

Сейна смотрела на них и не знала, как начать. Ещё вчера она рассказывала Зену о смерти Сергея, а сегодня ей придётся поведать Юрию и Василию о гибели своего возлюбленного и его лучшего друга. Сколько ещё будет продолжаться эта кровавая цепь? Сколько ещё жертв потребует Земля? Сколько ещё сынов Айсерии полягут на ней? Грудь сдавливалась, а сухие тонкие губы крепко сжимались тяжестью горя. Наконец, Сейна убрала назад повисшие прямо перед лицом волосы и направила на двух сидящих перед ней землян свои наполненные скорбью глаза.