Чтение онлайн

Другими путями, но с той же целью борьбы с ненавистным врагом пришли в этот строй и остальные члены наумовского экипажа. Самый старший из них Петр Михайлович Норицын, из вологодских крестьян, годился в отцы своему командиру. Сами посудите - разница в двадцать лет. Видимо, в житейских делах он и был наставником Алексея, но в бою башнер младший сержант Норицын точно выполнял приказы своего командира и метко разил врага. У Петра Михайловича остался сын Володя. Ныне он моряк дальнего плавания и по праву гордится боевой славой отца. А кто бы мог подумать, что механиком-водителем грозного танка KB станет школьный учитель из Астрахани, преподаватель рисования и пения Павел Михайлович Смирнов. Человек самой мирной профессии, он пошел на фронт на второй день войны, чтобы защитить будущее детей. Тогда ему было тридцать два. К моменту совершения героического подвига старшина Смирнов, как и лейтенант Наумов, был уже награжден орденом Красной Звезды.

Всего на пять лет был старше своего командира танка младший сержант Николай Алексеевич Вялых. До войны он окончил Орловский финансово-экономический техникум, увлекался спортом, авиамоделизмом. После призыва в армию на действительную службу писал родным в село Скородное, Золотухинского района, Курской области: "И вот я военный. Мечтаю попасть в авиационное училище, хочу стать настоящим военным специалистом..." Но началась война, и она по-своему определила судьбу Николая Вялых. Он стал танкистом. Еще до боя за Новую Надежду его грудь украшала медаль "За отвагу". Что касается сержанта Феодосия Григорьевича Гануса, то в экипаж он пришел незадолго до этого боя. Знакомство с ним состоялось в атаке на врага. Ганус разделил участь товарищей - это была их первая и последняя совместная атака, завершившаяся геройской смертью в пылающем танке.

Ныне на месте гибели патриотов у хутора Новая Надежда, что в Калачевском районе под Волгоградом, высится памятник. На сером граните высечены слова: "Великие подвиги ваши бессмертны. Слава о вас переживет века". В торжественные дни сюда со всей округи собираются трудовые люди почтить память героев. К монументу с развернутыми знаменами и барабанной дробью приходят наследники их боевой славы - пионеры, чтобы стать в почетный караул у могилы танкистов, дать клятву на верность Родине. Но мне особенно памятно и другое время. Тогда, зимой сорок третьего, на этом клочке сталинградской земли, изрытой снарядами и еще не остывшей от недавнего боя, состоялся траурный митинг. Он был коротким: впереди ожидали новые бои. Однополчане, выстроившись у сгоревшего танка, с воинскими почестями проводили в последний путь своих боевых товарищей.

Героическая гибель экипажа Алексея Наумова всколыхнула весь личный состав бригады, и он отомстил мощным ударом по врагу. 22 января бригада выбила противника из хутора; Новая Надежда и, развивая наступление на Каменный Буерак, Гумрак, Городище, Разгуляевку, к исходу 28 января во взаимодействии с 233-й стрелковой дивизией овладела поселком Красный Октябрь, вышла на северо-западную окраину Сталинграда. "В наших войсках, вспоминал в своей книге генерал П. И. Батов, - царило в те дни страстное, неудержимое стремление пробиться к берегу Волги. "Выйти к Волге" - этими словами высказывалось главное, что было на душе и у генерала и у солдата. В 344-м батальоне бригады Якубовского сержант Павел Костромин, один из лучших механиков-водителей, сказал мне: "Вы спрашиваете, почему я не в партии? Считаю, что недостоин... Мы с Власовым положили - выйдем к Волге, поклонимся матери-России и тогда будем считать себя крещенными в большевики". Башенный стрелок Степан Власов стоял рядом со своим старшим боевым другом. Костромину шел тридцать первый год, а Власову только что исполнилось двадцать, весь экипаж танка несколько дней назад отметил на Казачьем кургане день рождения юноши-танкиста.

Двадцать лет... Участник шести танковых атак, раздавил пять пулеметных гнезд и четыре пушки врага; комсомольский билет у сердца и орден Отечественной войны на груди - неплохой день рождения был у сержанта Власова. К словам друга он добавил, что его мечта - встретиться с чуйковцами. "Это будет самый счастливый день в моей жизни..."{30}

1 февраля командующий войсками Донского фронта генерал К. К. Рокоссовский со своего КП (здесь же размещался и КП 65-й армии), который находился у железнодорожной насыпи в нескольких сотнях метров севернее поселка Красный Октябрь, наблюдал за одним из последних боев у стен Сталинграда. Обращаясь к находившимся рядом командирам, Рокоссовский спросил:

– Чьи это танки атакуют Безымянный?

– 91-й отдельной танковой бригады, - ответил генерал П. И. Батов.

– А пехота чья лихо идет?

– 67-й гвардейской стрелковой дивизии.

– Хорошо сработались. Достойны благодарности. Передайте официально, заметил генерал Рокоссовский, обращаясь к командарму 65.

Там, у поселка Красный Октябрь, был последний КП Донского фронта в ходе Сталинградской битвы. Близилось ее скорое окончание. Уже брели по дорогам длинные колонны пленных гитлеровцев. Но надо было еще сломить сопротивление тех тысяч фашистов, что видели в борьбе свое спасение.

Овладев во взаимодействии с 67-й гвардейской стрелковой дивизией поселком Баррикады, заводом "Силикат", танкисты нашей бригады 2 февраля соединились в районе сталинградского Тракторного завода с героическими защитниками города на Волге. Это были бойцы 400-го пулеметного батальона под командованием старшего лейтенанта Полякова из 62-й армии.

Объятиям, поздравлениям, рукопожатиям не было конца. У многих, только что смотревших в глаза смерти, появились слезы. Это были слезы от избытка чувств, слезы радости, переполнившей сердца людей. Тут же был составлен акт о соединении частей 91-й отдельной танковой бригады с войсками 62-й армии. Проставлены время - 11 часов 40 минут, дата - 2 февраля 1943 года и место сталинградский Тракторный завод.

Во время боев за поселок Баррикады танкисты бригады захватили блиндажи, в которых размещался штаб немецкой части. С группой офицеров и корреспондентом армейской газеты Б. Рюриковым, который тоже продолжительное время следовал с бригадой, спустились в один из блиндажей. В нем находилось несколько немецких офицеров.

Когда им сообщили, что в штаб прибыл командир танковой бригады Якубовский, немцы выскочили и вытянулись по команде "Смирно". Старший из них подошел к нам и представился:

– Командир пехотного полка полковник Кайзер.

– Полковник Кайзер, немедленно передайте приказ полку прекратить сопротивление и сложить оружие, - распорядился я.

– На это надо получить санкцию высшего командования, - неуверенно ответил Кайзер.

– Достаточно ли приказа фельдмаршала Паулюса?
– спросил я.

– Но у нас нет связи с ним, и мы ничего не знаем о его судьбе, ответил полковник.

– Фельдмаршал пленен.

– В плену может быть только труп господина фельдмаршала, - упорствовал Кайзер.

Фотография в армейской газете, на которой были изображены товарищи Рокоссовский, Воронов и другие во время допроса плененного Паулюса, показанная немцам нашим корреспондентом, произвела на них потрясающее впечатление. Кайзеру ничего не оставалось делать, как согласиться на капитуляцию. При этом он решил пригласить нас на чашку кофе и обратился с просьбой оставить офицерам личное оружие. Мы, естественно, отказались, сославшись на хорошую традицию сидеть за столом только в кругу друзей. Одновременно подтвердили приказ о сдаче всего оружия и сказали, что полковник может оставить при себе Железный крест как память о бесславной гибели фашистских войск у стен Сталинграда, как свидетельство личного воинского позора. Кайзер дрожащей рукой стал срывать с себя все атрибуты фашистской доблести.

Офицеры бригады с удовлетворением наблюдали за этой сценой.

За период наступательных боев бригада освободила 17 крупных населенных пунктов, уничтожила и захватила большое количество боевой техники врага.

Ряды парторганизации бригады пополнились 1064 новыми коммунистами и комсомольцами. За героизм, мужество и отвагу 650 наших танкистов были награждены орденами и медалями. Большинство их также составляли коммунисты и комсомольцы. Четверо самых отважных были удостоены высокого звания Героя Советского Союза: лейтенант А. Ф. Наумов, старшина П. М. Смирнов, младшие сержанты П. М. Норицын и Н. А. Вялых. Это первые Герои нашей бригады.