Чтение онлайн

— Мог бы, но зачем тратить много энергии? Да и ты сама говорила, что такое сработает только на обычных людях. — буркнул, хватая ближайшее ко мне тело местного командира за ноги.

Так, под аккомпанемент нудного галдежа Вейлы, я быстро оттащил тела в глубокую нишу за трубами, завалив их какими-то ящиками и обрывками то ли одеял, то ли ткани. При этом не забыл пошарить по их карманам, в которых, увы, ничего полезного не нашел. Кроме тех самых жетонов. Вот их прихватил, мало ли ещё пригодятся?

К счастью, в самом коридоре осталось лишь несколько темных пятен, в тусклом свете ламп, которые с легкостью можно было принять за обычную грязь. Так что если сильно не рассматривать, сказать, что тут где-то был бой — нельзя.

Спустя минуту уже возвращался в зал, где Нюхач зачем-то решил закрыть за собой панель щита. Он, услышав шаги, пробежался по моей фигуре, смещаясь глазами ближе к рукам.

— Так понимаю, все готово. — коротко, и больше утвердительно сказал он. — Пахнешь кровью.

— Да, пришлось подраться. Там была пятерка, они спалили меня на вранье. — спокойно ответил ему. — Поэтому нам пора уходить, кто знает, может у них получилось подать какой-то сигнал.

— Десять минут. — бывший лесник хлопнул по панели щита. — Обратный отсчет уже пошел, так что ты прав, пора сваливать отсюда, пока нас не накрыло собственными проделками.

Моментально срываясь на бег, мы рванули на выход, надеясь, что у нас получится проскочить через сектор обслуживания, чтобы моментально выйти к тюремному блоку, и заодно не наткнуться на новые проблемы.

Но… не успели мы пробежать половины пути по пустому коридору, как весь комплекс содрогнулся.

— Нюхач? — коротко кинул на него взгляд.

— Нет. — покачал в ответ головой мужчина.

Походу, это был не наш взрыв. Тем более, стоило учесть, где именно заложили заряды мы. В случае, если бы ошиблись со временем, то удар был бы глухим и внутренним, да и пришел бы тот со стороны нашей спины.

Этот же, словно гром, пришел откуда-то снаружи, сверху. Мощный, раскатистый, заставивший пол под ногами заходить ходуном, как если бы рядом прогуливался реальный «Титан». А то и пританцовывал, потому что даже с потолка посыпалась пыль вместе с кусками штукатурки.

— Может быть это Мира? — ухватился за ближайший поручень мой напарник, чтобы не упасть от ещё одного толчка.

— Нет, это точно не она. Слишком рано, да и сигнал мы подать должны были. — я нахмурился, вслушиваясь в далекие крики и звуки распространяющейся сирены, которые начали оживать по всей территории депо. — Либо они начали раньше времени, что очень глупо, либо кто-то другой решил постучаться в гости к Шраму. — хаотично цепляя мысль за мыслью, добавил. — В любом случае, нам стоит придерживаться плана, пусть с нотками некоторой импровизации. Это хороший шанс проникнуть глубже, пока все идут на выход.

Мы прибавили ходу.

Теперь скрытность имела уж очень «относительную» важность, как не крути, а вокруг потихоньку воцарялся хаос.

Рядом с нами бегали сектанты с оружием на перевес, кто-то из их офицеров выкрикивал приказы, а чуть поодаль, вместе с сиреной, начал раздаваться голос диктора.

Чтобы сильно не выделяться, нам пришлось пристроиться к одной из групп, имитируя бурную деятельность и спешную передислокацию с точки «А» в точку «Б».

Тюремный блок, бывший нашей целью, должен был находиться прямо за толстенной металлической дверью, расположенной в конце коридора. Но стоило нам выскочить на финишную прямую, отделяясь от временного отряда, как пришлось тут же резко тормозить.

По центру, прямо в свете единственной яркой лампы, стоял человек. Чертовски, чертовски знакомый нам с лесником.

Он выглядел здесь так же неуместно, как если бы прима-балерину засунули на скотобойню.

На госте был длинный, испачканный в чем-то красном и желтом бархатный пиджак, явно выбранный не по размеру, потому что он мешком болтался на худощавой фигуре, накинутый поверх голого тела.

А прямо над одной из его рук, словно зависнув в пространстве, кружился тонкий стилет, напоминающий старинную кисть художника. А в пальцах второй, мужчина плотно держал небольшое зеркальце, в котором он внимательно разглядывал собственное отражение.

— Нет, нет, нет… — донесся до нас его дребезжащий голос. — Свет сегодня абсолютно, абсолютно невозможный! Как вообще можно творить в таких условиях? — мужчина приторно вздохнул, поправляя края пиджака. — Шрам ведь обещал мне вдохновение, а я получаю один неформат… — приподняв взгляд, он уперся им в мою маску. — Правда, золотце? Ты ведь скучал по мне?

Нюхач рядом со мной замер. Снова чувствовалось то, как одеревенели его мышцы, а дыхание прерывисто вырывалось из губ.

— Снова он… — прошептал мой напарник.

Человек с зеркальцем внезапно замер, после чего медленно убрал кисть-стилет за пояс и покачал из стороны в сторону головой, чем-то походя на игрушку. Его лицо целиком покрывал тонкий слой пудры, или чего-то очень похожего, но даже так, сквозь неё проглядывался безумный, лихорадочный оскал.

— О-о-о… — протянул тот, растягивая губы в хищной улыбке. — Моя любимая собачка вернулась вместе с художником! Ах, как же я рад, как же я рад! — закружившись на месте, он продолжил. — Какой потрясающий запах, ммм, аромат отчаяния и холода. Что же могло быть лучше?

Сделав ещё несколько танцующих шагов в нашу сторону, мужчина, названный Нюхачом когда-то «Боссом», не переставал разговаривать сам с собой.

— Я же говорил, я говорил, что ты вернешься. Я не сомневался! Маэстро всегда знает, когда полотно требует правок, а ты, умница, ведь ещё и моего партнера с собой захватил? — он уставился на меня, и тут же резко присел, делая из пальцев объектив, как бы захватывая меня. — Какой интересный объем, какая внутренняя динамика… я уже вижу…

— Уходи, командир. — вдруг сказал Нюхач, делая шаг вперед и загораживая меня своим телом.

— Ты о чем? — попытался его остановить, но он лишь сильнее сжал кулаки. — Может, все ж таки, я быстро его хлопну? — сделал ещё одну попытку я убедить мужчину.

— Нет. — быстро и уверенно ответил лесник. — Не для этого я хотел стать сильнее. — напомнил соратник о просьбе, после нашей предыдущей встречи. — Так что… понимаешь, если я не закончу это сам и сейчас, то страх будет преследовать меня вечно.

Соперник, стоящий напротив нас, рассмеялся. Да так сухо, надтреснуто, что от этого по коже пошли мурашки.