Чтение онлайн

Её подержали остальные домочадцы, так и пребывающие в неведении и страдающие от любопытства, которое Кузьмич своим бредом только подогрел.

Пришлось всё нормально рассказать. Про то, что происходило во время поездки и про то, что мы взяли на себя обязательства отправиться в рейд по области за предоставленную нам помощь в ликвидации бандитского логова. Если первую часть слушали с любопытством и страхом. То вторая часть моего рассказа им сильно не понравилась, и женская половина взбунтовалась, не желая отпускать своих мужей, сыновей и просто друзей далеко от города в неизвестность на столь длительный срок. Думаю, говорить о том, что женский бунт – бессмысленный и беспощадный – нет смысла. Начались уговоры не ехать или взять всех с собой, не бросать одних, крики, слёзы.

Вместо того, чтобы пойти спать, пришлось долго объяснять, что это наша не блажь, а необходимость. Без помощи рынка, ещё неизвестно, справились бы мы с бандитами или нет. А даже если и справились, то с какими потерями с нашей стороны. Когда наши доводы, наконец, достигли цели и в доме настало спокойствие, от усталости у меня начали закрываться глаза. Так, борясь со сном, я добрался до кровати и мгновенно отключился, стоило только положить голову на подушку и закрыть глаза.

Пробуждение было приятным, сквозь сон я почувствовал поцелуи и даже подумал, что меня ожидает интересный сон и улыбнулся. А когда открыл глаза оказалось, что это не сон. Таким нежным способом меня будила жена. Увидев, что я открыл глаза, заулыбалась и сказала:

– Пора вставать, с нами связались люди с рынка, сказали, что уже выслали бойцов для охраны дома. Я тебя решила побаловать и принесла кофе в кровать.

– Спасибо, любимая, ты у меня золотце. – благодарю её, и она, улыбаясь, быстро чмокает меня в губы и убегает.

Мой мозг еще не проснулся до конца, а мысли давались с трудом, но взгляд уже нашел дымящуюся кружку с кофе на тумбочке возле кровати и подал команду мозгу, который сразу на неё откликнулся и подключил обоняние. В голову сразу ударил приятный аромат крепкого кофе. Приняв удобное сидячее положение, беру в руки кофе и начинаю с наслаждением пить горячий бодрящий напиток небольшими глотками. Сегодня даже погода балует, через окно, наполняя комнату светом, проникают яркие солнечные лучи. Пью кофе и наблюдаю за медленно летающими маленькими пылинками в свете солнечного луча.

Не понятно от чего, но настроение было очень хорошее. Может, от того, что проблема с бандитами перестала давить, как тяжкий груз, на плечи. Или от того, что выспался и усталость ушла, а может, солнце, по которому успел соскучиться за зиму, тому виной. Не знаю, может, совокупность всех этих факторов подняла моё настроение. Допиваю кофе и, весело насвистывая, начинаю одеваться. Покончив с этим делом, выхожу из комнаты и иду на кухню. Тут царит настоящий переполох – помимо обычной готовки, идет сбор различной провизии в дорогу. Узнаю, что вся мужская половина засела в ожидании завтрака в подвале, покидаю кухню и направлюсь в подвал.

Тут, в тумане из табачного дыма, расположилась вся мужская половина дома. Ведя между собой беседы и смеясь над шутками, все сидели вокруг столика, на нём стояла початая бутылка виски. Мне пить с утра не хотелось, поэтому, поздоровавшись со всеми, присаживаюсь на свободный стул и задаю вопрос:

– Что за праздник, чего отмечаем?

Кузьмич посмотрел на меня с хитрым прищуром и спросил:

– А ты давно на календарь смотрел?

– Я на него вообще не смотрю. К чему ты про календарь спрашиваешь?

– Да просто, это тебе для веселья нужен повод и праздник. А я человек простой, захотел праздник – взял и устроил себе его, и пофигу, какой день на календаре!

Артём засмеялся и сказал:

– Да я заметил, у тебя то день гганеного стакана, то день полулитговой бутылки. А сегодня, навегное, день пгофессионала алкогольной науки!

Кузьмич, повернув голову, в сторону Артёма, съёрничал:

– Сегодня нет праздников. Как всегда, обычный день под названием «Картавым слова не давали»!

– Ты что, тгаванулся вчега или еще болеешь с похмелья? С какого пегепугу я должен у тебя ещё газгешения спгашивать, чтобы своё слово сказать?

– Ну, например, потому что твои слова оскорбляют мой слух – весомый повод?

– Только слух? Тогда я втгое больше от тебя стгадаю. Ты оскогбляешь мой взог, как тебя ни увижу, так глазам больно. А твой пегегаг оскогбляет мое обоняние. Сюда я еще бы добавил хгиплый голос, котогый ты с гогдостью называешь бгутальным, а на самом деле, как будто тебя, стагую газвалину, уже век не смазывали!

– Давай в бильярд шары покатаем, и заодно посмотрим, у кого руки кривые!

– Для этого не нужно катать шагы. Какой смысл смотгеть кгивизну твоих гук, и так видно, что они у тебя кгивые и заточенные только под стакан. Да ещё и гастут не из плеч, как у ногмальных людей, а из пятой точки. – ответил Артём, но всё равно принялся собирать биллиардные шары в аккуратную пирамидку.

Воспользовавшись возникшей паузой, я говорю:

– Весело тут у вас. Бухаете, анекдоты травите, в бильярд играете. К дальней поездке, как я понимаю, вы уже подготовились, всё обдумали, всё собрали?

Витя, смотря через свои очки поочередно, то на меня, то на Артёма с Кузьмичом, поддерживает:

– Я им то же самое говорил, но они только начали шутить свои дурацкие шутки. Прямо классические граждане, алкоголики и тунеядцы, если их не пинать.

Хороший Витя парень, правильный такой, совестливый. Нелегко ему, наверное, жилось в мире, где с падения Советского Союза эти замечательные качества в человеке перестали цениться. Поддерживаю Витю в его праведном гневе и говорю:

– Да, ты прав, в следующий раз можешь без разговоров залить их перцем из своих баллончиков. А я попрошу на рынке, чтобы открыли аналог трудовых лагерей для таких асоциальных личностей, и сдадим их туда на перевоспитание.

Видя, как у Виктора хищно сверкнули очки, народ заметно напрягся, перестав играть в бильярд. Я добавляю:

– Шучу, отставить перец, тем более, в помещении! А повальную лень и алкоголизм я сам буду лечить, раздавая, в воспитательных целях, подсрачники и нарезая залётчикам дополнительные задачи.

Теперь все в помещении смотрели на меня внимательно и с опаской. Очень хотелось подойти к Кузьмичу и внезапно громко крикнуть ему в ухо «Бу!», чтобы он подпрыгнул от неожиданности. С трудом подавив в себе желание сделать такую мелкую шалость, говорю:

– Ладно, медали и почетные грамоты ударникам труда мы будем раздавать позже. И, конечно, не забудем поставить на вид товарищей с отрицательной характеристикой. А пока что давайте сосредоточимся и серьезно обсудим предстоящую поездку и что нам для неё нужно взять. Дело предстоит не шуточное. У кого какие мысли?

В комнате наступила тишина, народ от напряжённых раздумий начал морщить лбы и переглядываться друг с другом. Было очевидно, что никто из них заранее себе голову предстоящей поездкой не забивал, что, в принципе, было для меня ожидаемо, поэтому не стало сюрпризом. Да и, если честно, какого-то стратегического планирования поездка и не требовала. Просто, необходимо было не забыть взять всё важное в нужных количествах, с расчетом на неделю-две, и только свои силы. Говорю притихшим товарищам: