Чтение онлайн

Потом мы пошли еще дальше, запустив знаменитую программу «Мне не нужен этот ребенок». Помните? Шоу об абортах в прямом эфире, когда матери собирались в доме, полном камер, а зрители наблюдали за тем, что участницы будут делать с нежелательной беременностью… И там, на съемочной площадке, они принимали решение в зависимости от общественного мнения.

Именно тогда начались первые серьезные нападки на меня: ассоциации феминисток хотели меня убить! Какое лицемерие! Я говорю вам, что большинство участниц забеременели только для того, чтобы попасть в шоу… а потом эти женские организации заявляли, что главным монстром был я.

Тишина.

Он начал слегка дрожать.

Сделал несколько глубоких вдохов.

Снова заговорил.

– Затем последовала знаменитая программа «Уйти или остаться» – первое шоу о самоубийствах в прямом эфире. Это был еще один поворотный момент в телеиндустрии: еще никто не заходил так далеко.

Зрители сходили с ума: они собирались в барах, устраивали семейные ужины дома только для того, чтобы посмотреть, кто из участников, потерявших все, первым спрыгнет вниз с высотного здания. Людей никто не заставлял. Законы были на нашей стороне, потому что они подписали контракт.

По общему признанию, кастинг на шоу был чем-то экстраординарным: разорившиеся богачи, разведенные люди в состоянии глубокой депрессии, матери, потерявшие своих детей… Соглашусь, если подумать об этом на трезвую голову, то ситуация ужасает… Но если я скажу вам, что пилотный эпизод этой программы собрал наибольшее количество просмотров во всем мире за всю историю телевидения. Кто же тогда тут чудовище?

Молчание.

Мы все могли видеть, как на его лице появилась легкая ухмылка.

– Чудовище, монстр, развращающий демон, аморальный тип… да, какие только эпитеты мне не придумывали СМИ. Но… тогда как бы вы назвали людей, которые пришли полюбопытствовать, как человек бросается в пустоту? И всех тех, кто обогатился за его счет? Сколько наклеек, кружек, тарелок… было продано с его именем? Как бы вы назвали всех тех, кто купил себе футболку с надписью «Я БЫЛ ТАМ, КОГДА РИКИ ПОЛЕТЕЛ ВНИЗ»?

Он сделал паузу, чтобы снова вздохнуть…

Его тело дрожало все сильнее и сильнее, как будто скелет, который его поддерживал, вот-вот рухнет.

– Все же, несмотря на сказанное мной, несмотря на наши стремления дать людям именно то, чего они просили, я признаю, что за все эти годы произошло огромное количество вещей, которых мы могли бы избежать и должны были избежать… Такова цена… любой риск тянет за собой побочные эффекты.

Именно эти побочные последствия, уже несколько раз приводившие к покушению на человека, который сейчас говорил со сцены, беспокоили больше всего работников службы безопасности. Вот почему они выстраивали вокруг здания пуленепробиваемые заграждения, а на крыше находились снайперы… Муж, чей брак распался из-за измены жены с привлекательным актером, нанятым для шоу; бабушка и дедушка, которые узнали в прямом эфире, что их внук не родится; конкурсанты, выигравшие огромный приз и все потерявшие впоследствии; матери, чьих дочерей слава привела в ловушку наркотиков и проституции… Именно таких «побочных эффектов» особенно боялись в компании, поскольку эти люди были непредсказуемыми и могли появиться вновь в любой момент. Ведь никто никогда не знает, насколько долгим может быть ожидание мести.

Неудивительно, что контроль и проверки велись настолько тщательно. Хотя в тот самый вечер они оказались недостаточными: пистолет уже оказался в зале, и его владелец лишь ожидал подходящего момента, чтобы им воспользоваться.

– И, наконец, пришло время конкурса, который сделал нас самой богатой компанией на планете. Мой великий шедевр. Мы продали права более чем ста восьмидесяти странам за такие деньги, что на них можно было прожить несколько жизней.

Честно говоря, я ни о чем подобном не думал, идея родилась сама собой. НАСА нужны были космические суммы, какие ни одно правительство не могло заплатить, а мне нужны были зрители. Я хотел, чтобы аудитория продолжала расти, словно вирус, пожирающий все вокруг… Иногда, к сожалению, даже тело, в котором он живет. Технология уже была, требовалось только найти финансирование.

Как большинство из вас уже знает, мы пришли к соглашению, что агентство направит своих ученых, а наша компания – конкурсантов, по отдельности: в два рейса, в две колонии. Достаточно далеко друг от друга, чтобы не мешать, но достаточно близко, чтобы в случае крайней необходимости мы могли сотрудничать.

Это были славные времена: я дотянулся до небес. Аудитория исчислялась уже не тысячами, а миллионами зрителей. Каждую ночь мы смотрели на рейтинги, и каждую ночь они зашкаливали. Конечно, у нас было одно ограничение, преодолеть которое было просто невозможно: численность населения планеты не позволяла нашей популярности увеличиваться. Я потерял контроль, я признаю.

Да, я помнила ту обложку, где он был изображен с лавровым венком Цезаря. «Уильям Миллер, Император» – гласил заголовок.

– Бренды вложили миллионы, чтобы их логотипы были хорошо видны на одежде конкурсантов. Еда, которую они ели, украшения, которые носили, кроссовки… все было спонсировано. И это сработало, не могло не сработать. Почти три года мы делали самое популярное шоу в мире. В мире!

Он начал кашлять. Затем, медленно вдохнув, продолжил:

– День за днем, месяц за месяцем… знаете ли вы, что значит быть самой просматриваемой программой во всем мире каждый день?

Молчание.

Он снова сделал глубокий вдох, и на выдохе выражение его лица изменилось.

С гримасой печали он окинул взглядом аудиторию.

– Пока… к сожалению, не случилось то, что случилось.

В этот момент на экране появилась большая траурная лента, и приглушенный свет погрузил зал в полутьму.

Несмотря на то что с момента катастрофы прошло уже несколько лет, люди так и не оправились от нее. Многие психологи признали, что должно смениться по крайней мере одно поколение, чтобы это событие больше не вызывало боли и печали у тех, кто стал его свидетелем вживую.

– Я знаю, что из-за моей карьеры многие из вас считают меня не более чем монстром, думающим только о деньгах, – в этот момент он посмотрел на меня. – Но знаете что? У меня тоже есть чувства. Я признаюсь, что сожалею о многих вещах, которые сделал, и с радостью бы изменил несколько моментов в своей жизни. Теперь уже поздно, сейчас мои сожаления уже ни на что не повлияют.

Тем не менее есть одно событие, которое стало для меня особенно сокрушительным. Потому что все они, особенно она, были частью меня, вас, человечества.

Молчание.

Многие из присутствующих начали прятать лица, чтобы скрыть слезы, которые всегда появлялись, как только кто-то заговаривал о том, что произошло.

– В тот день Вселенная напомнила нам, что мы всего лишь люди, маленькие муравьи в большом мире…

Он снова закашлял.

Отец попытался взять стакан, но решил отказаться от этой идеи. Его фигура с каждой минутой дрожала все сильнее.

Он медленно приблизился к микрофону.

– Что ж… думаю, я сказал сегодня достаточно, моему телу нужно отдохнуть…

Он робко отошел от микрофона и несколько секунд смотрел в зрительный зал так долго, что на мгновение я подумала, что отец собирается уйти со сцены.

Но он продолжил.

– Не хочу больше отнимать ваше время. Уверен, что у всех вас есть дела поважнее, чем выслушивать истории из прошлого человека, который за несколько дней превратился в старика…

Снова тишина.

– Мне остается только поблагодарить вас за то, что вы пришли… Спасибо… большое спасибо.

В это время зазвучала песня I Am Mine группы Pearl Jam, и тут же раздались самые продолжительные аплодисменты, которые я когда-либо слышала в своей жизни.