Землянка для наемников
Шрифт:
Я почувствовала, как внутри вскипает злость.
— Ну, извините, что я не люблю смотреть, как людей похищают, — пробормотала я, втыкая вилку в остатки соуса на тарелке.
Он снова покачал головой, на этот раз медленнее, с каким-то усталым пониманием.
— Ты не понимаешь, — сказал он. — В этом мире не так уж много тех, кто заботится о чужих. Ты просто подарила им себя.
Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.
А я сидела, чувствуя, как что-то тяжёлым комом оседает в животе.
Мужчины закончили есть, один за другим отставляя посуду. Я ещё раз почувствовала себя чужой, будто оказалась не за своим столом.
— Можешь передвигаться по кораблю, — вдруг произнёс тот, что говорил со мной раньше с желтыми глазами.
Я подняла на него взгляд.
— В смысле?
Он фыркнул, словно вопрос был лишним.
— В смысле, можешь ходить, где хочешь.
Я нахмурилась.
— А если я попытаюсь сбежать?
Теперь уже фыркнул кто-то из остальных, и за столом раздалось короткое, негромкое «ха», как если бы я сказала что-то до смешного нелепое. Потом до меня дошло в чем дело. Я же на ракете? Корабле? Что это такое? Но сбежать с этого… Куда? Никуда.
— Ты для нас не опасна, — отозвался он, — едва способна позаботиться о себе.
Он задержался на секунду, задумчиво окинул меня взглядом и добавил:
— Хотя нет. Не способна.
Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Но в этот раз не стала отвечать.
Вместо этого просто встала из-за стола и ушла обратно в каюту.
Неизвестно, сколько времени спустя…
Я сидела на кровати, прислонившись к стене, и глядела перед собой. Без часов или окна время потеряло смысл.
Как долго я тут? Час? Несколько?
Желудок уже не сжимался от страха, но внутри всё ещё было пусто. Как будто меня выбросили из моей старой жизни в ничто, и теперь я просто зависла между тем, что было, и тем, что ещё не определено.
Но сидеть вечно в этой маленькой каюте я не могла.
Я глубоко вдохнула, встала, направилась к двери и вышла в коридор.
Теперь, когда я не шла под конвоем, а просто двигалась сама, можно было наконец разглядеть детали.
Судно было огромным, но не казалось безликим. Широкие коридоры, гладкие металлические стены, кое-где покрытые следами царапин и вмятин, словно за плечами у корабля было немало боёв. Тусклое освещение, едва подсвечивающее поверхность, никаких ярких ламп или декоративных панелей — всё строго, минималистично.
Я прошла дальше, ступая мягко, вслушиваясь в глухое эхо шагов.
Через открытые переборки я видела технические помещения, какие-то панели с мерцающими символами, ряды оружейных стоек. В воздухе пахло металлом и чем-то маслянистым, но не было затхлости — судно поддерживали в идеальном состоянии.
Я свернула за угол… и чуть не врезалась в кого-то.
Он стоял, прислонившись к переборке, скрестив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал, когда я сюда выйду.
Другой.
Не тот, с кем я разговаривала за ужином и не тот с желтыми глазами. Он был за столом, но я пока их плохо различала.
Этот был выше, плечи массивнее, руки покрыты чем-то похожим на едва заметный узор шрамов. Волосы тёмные, но с серебристым отливом, длиннее, чем у остальных, собраны в грубый хвост.
Но главные детали я увидела, когда он чуть склонил голову, рассматривая меня.
Глаза.
Они были разные.
Один — тёмный, почти чёрный.
Другой — бледно-голубой, с тонкой вертикальной щелью вместо зрачка.
Меня передёрнуло.
— Заблудилась? — его голос был ниже, чем у остальных, чуть хрипловатый.
Я не знала, что ответить.
Я сглотнула, ощущая, как внутри нарастает странное напряжение.
Этот Ранкар отличался от остальных. В нём было что-то хищное, но не агрессивное. Просто он смотрел не так, говорил не так.
Я почувствовала, как мои пальцы непроизвольно сжались в кулак. Было неловко. Разговаривать с ним казалось чем-то… странным. Как будто я вторгалась в пространство, куда мне не следовало соваться.
Но отступать было ещё глупее.
— Эм… — Я выпрямилась, пытаясь взять себя в руки. — Ты… один из них? В смысле, вы же все… Ранкары?
Он чуть приподнял бровь, словно раздумывая, стоит ли вообще отвечать, но всё же кивнул.
— Очевидно.
— А… как давно вы занимаетесь этим?
— Чем именно?
— Ну… наёмничеством.
— Достаточно давно, — уклончиво ответил он.
Я закусила губу.
— Это у вас… семейное? Или как-то по-другому?
Он чуть наклонил голову набок, разглядывая меня с выражением лёгкого недоумения.
— У каждого свои причины быть здесь.
Не слишком разговорчивый.
Но мне вдруг стало интересно.
— А у вас есть правительство? Какое-то единое объединение? Или каждый сам за себя?
— Есть. Но в нашем мире много кланов. Не все из них следуют одним и тем же правилам.
— Кланы?
Он кивнул, но не стал объяснять подробнее.
Я задумалась.
— А… твоя планета… какая она?
Он чуть дольше смотрел на меня, а затем медленно проговорил:
— Ты задаёшь слишком много вопросов, землянка.
Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание.
Кажется, перегнула палку.
Возникла пауза, неловкая и затянувшаяся.
Я не знала, как её заполнить, и первое, что пришло в голову:
— А как тебя зовут?
Он не сразу ответил.
Его губы чуть дрогнули, но выражение лица оставалось прежним — холодно-оценивающим.
Казалось, что он просто не хочет отвечать.
Но потом, словно нехотя, он выдохнул:
— Дрейан.
— Дрейан, — повторила я. Затем осторожно добавила: — Мне нельзя было спрашивать?
Он чуть сузил глаза, а потом склонил голову набок, разглядывая меня с каким-то странным выражением.
— В нашей культуре, — проговорил он медленно, — женщины не интересуются именем мужчины, пока не рассматривают его в партнёры.
Я застыла.
Губы приоткрылись, но слова застряли в горле.
Он не шутил.
Мои щеки вспыхнули.
— Ох… — Я стиснула зубы, не зная, куда себя деть. — Прости! Я… я не имела в виду ничего такого!
Он медленно кивнул, но взгляд его оставался непроницаемым.