Чтение онлайн

энтузиастами, ищет неповторимое в ландшафтном оформлении родного села.

Потому что благоустройство, понимают здесь, это не только бытовые удобства,

но и эстетика быта, красота.

Я видел двор колхозных механических мастерских, куда, казалось, ни одна

машина, ни один трактор никогда не въезжали. Будто только для показа

построили все это: ни соринки нигде, ни колеи на обочине, ни брошенной

железки.

И спросил я председателя, глядя на бассейн с фонтаном посреди этого

двора, мол, не дороговато ли роскошь такая обходится?

— В рублях если, — ответил он мне, — то дешевле, чем асфальтом покрыть

этот участок. Однако есть в этом и такая польза, которая подсчету в рублях

не поддается.

Смотрел я на все это и вспоминал мечтательные слова Виткаускаса, главного

инженера Каунасского районного управления сельского хозяйства, немало труда

И души вложившего в переустройство деревни. Вез он нас в село Запишкис. Еще

издали, на косогоре, мы увидели высокую белую башню с обзорной площадкой на

ней, Башня эта архитектурно завершала оформление центра, вознесшись над

Домом культуры. Оказалось, что это всего лишь «спрятанная» в кирпич

водонапорная башня, которая, пока не придумали вписать ее в архитектурный

облик села, очень сильно мешала и вид портила. Из-за нее даже хотели в

другом месте центр закладывать, хотя природа именно здесь «подготовила»

площадку для него. Но главный инженер районного управления сельского

хозяйства опротестовал такое предложение. И решение в конце концов нашли.

Водонапорная башня сегодня не портит вид села, а украшает его, стала его

примечательностью...

Так вот что сказал Виткаускас мечтательно"

— Я счастлив буду, если после меня останется на земле хоть одно красивое

село, если на старости смогу с гордостью сказать сыну: «Вот село, устройству

которого отец твой жизнь свою посвятил...»

Непривычно мне было слышать подобные слова от главного инженера районного

управления сельского хозяйства. Любой занимающий эту должность в районах

российского Нечерноземья ответил бы вам: не мое дело беспокоиться об

устройстве сел, а тем более думать об индивидуальном застройщике. Не

беспокоится и не думает об этом и начальник районного управления, как и все

его работники. Нет и нигде не найдете вы и плана индивидуального

строительства. Везде, где будете спрашивать о нем (а я спрашивал и на

Рязанщине, и на Смоленщине, на Урале и в Сибири), лишь пожмут с недоумением

плечами: мол, с какой это стати нам, занятым людям, заниматься еще

индивидуальщиком?

А теперь, для раздумий, приведу вот какие сравнительные цифры. В Литве

ежегодно переселяются из хуторов в поселки (организованно переселяются) 7

тысяч Семей. В Нечерноземье (В 29 областях, вместе взятых) — Вдвое меньше,

лишь 3400 семей, или в среднем одна из каждых трехсот семей, Проживающих в

малодворках.

Ездил я по Литве, смотрел и размышлял вот о чем. Жаль, что главное

направление в строительстве литовского села так долго оставалось в тени. За

это время Здесь обновились многие сотни поселков. Обновились, преобразились,

превратились в образцовые. А пропагандировалось в качестве образца все эти

годы одно — Дайнава с ее многоквартирными домами, на возведение которых

потрачен не один миллион рублей государственных средств, с ее приусадебными

участками и сараями, вынесенными за село. Умалчивали лишь о том, что жители

этих домов городского типа исподволь строят себе «деревенские» дома тут же

за селом.

Думается, ездить в Литву надо бы совсем за другим опытом.

И все же во всех спорах-разговорах о застройке сел подразумевают почему-

то, что все новое жилье будет коммунальным, а не кооперативным и тем более

не индивидуальным, что оно должно быть со всеми видами централизованного

благоустройства. А раз так, то, делают вывод, выгоднее ставить многоэтажки.

— Может, где-то и можно насчитать выгоду, — высказал предположение М. Е.

Голубев, председатель колхоза имени В. И. Ленина Ржевского района

Калининской области, — если село при дороге и от города близко. А если по

бездорожью доставлять все строительные детали, по пути побить половину, то

обойдется, как и нам, — по 32 тысячи каждая квартирка. За такие деньги из

местных строительных материалов хоромами можно было все село заставить. —

Помолчал и добавил: — А хозяйство за счет чего развивать? Да при таких-то

тратах на жилье никаких миллиардов не хватит...

Сергей Иванович Бизунов про выгоду выразился иначе. Он рассуждать любит,

не отрываясь от реальных фактов.

— А если при сопоставлении стоимости жилья учесть еще и продукцию,

которая производится в подсобном хозяйстве?.. Жителей многоэтажек надо брать

на полное довольствие? Надо. А это дополнительные расходы, и немалые — не

только на производство продуктов, но и на снабжение. Да и скучно так жить,

когда есть крыша над головой, а душу приткнуть не к чему, выйти некуда,

чтобы свежего лучку нащипать или огурчик сорвать. Это в деревне-то...

Решил я тогда на авторитет проектировщиков опереться, которые

социальными переменами все объясняют: мол, у людей возросли духовные

потребности, и они больше не хотят возиться с личным хозяйством.

Усмехнулся Сергей Иванович и, как всегда метко, обнажил:

— На лентяев, что ли, ориентируются? Однако их вроде не так уж и много.

А если кто и не хочет, то потому, что нет условий — ни земли, ни сарая при

доме. Собак и тех в квартире держать приходится. Одним словом, как в городе,