Чтение онлайн

–  По-моему, тебе не слишком хочется ехать, - сказала Принцесса.

–  Ну что ты, мне хочется. Дело кажется весьма интересным. После наших непредвиденных осложнений с кристаллом Каракодисса я магических кристаллов не видел. Уверен, ты помнишь тот случай.

–  Естественно, помню, - мрачно отозвалась Принцесса.

–  Хитрые штуки эти магические кристаллы, но они могут быть полезны. Отличный источник информации.

–  Я предпочитаю верить слухам и сплетням, - фыркнула Принцесса.

–  А теперь, кажется, ехать не хочется тебе.

–  Что навело тебя на подобную мысль? Это время года замечательно подходит для путешествий. Мы можем устроить себе маленькие каникулы.

–  Кхм.

–  По пути можешь собирать чудесные свежие травы. Мы приготовим легкую закуску. И тебе будет приятно снова повидаться с Афонтием, разве не так?

–  Да, - неохотно признал Кедригерн.

–  Так далеко ли дотуда на самом деле?

–  Примерно три дня в один конец.

–  Ну разве это расстояние! Скажи птичке, что мы приедем.

Вздохнув и пожав плечами, колдун ответил жене:

–  Ладно, дорогая. Как пожелаешь. Повернувшись к птахе, Кедригерн протянул руку и заявил:

–  Ну, пташка, я готов отвечать.

Крошечный автомат взмахнул крылышками, легонько подпрыгнул и взлетел, опустившись, как на шесток, на левое запястье колдуна.

–  Пожалуйста, говорите прямо в мой клюв, и не подносите меня слишком близко, - проинструктировала механическая птица.

Кедригерн поднял руку так, что птичка оказалась на уровне его подбородка, и чуть отстранил ее.

–  Так хорошо?
– спросил он.

–  Отлично. Пожалуйста, начинайте, - сказала птаха и открыла пошире клювик.

Кедригерн заглянул в крошечное отверстие и внезапно почувствовал себя очень глупо - ну разве не дурость стоять во дворе и беседовать с птичкой с часовым механизмом в брюшке? Но он собрался с духом, встряхнулся, откашлялся и лишь слегка напряженным голосом проговорил:

–  Привет, Афонтий. Ты меня слышишь? Это Кедригерн. Надеюсь, у тебя все нормально. У нас чудесное утро.

–  Кристалл, - прошипела Принцесса.

–  Ах да. Кристалл. Кстати, об этом твоем кристалле, Афонтий. Мы приедем, чтобы взглянуть на него. Моя жена и я, вот как. Мы отправляемся завтра и прибудем через три дня. Надолго не задержимся.

–  Кедди, мы не можем просто заскочить и тут же убежать. Что, если у него серьезная проблема?

–  Ладно, ладно. Мы не задержимся надолго, если только у тебя не серьезная проблема. Пока, Афонтий. Увидимся через пару дней.

Когда Кедригерн закончил, птичка со щелчком захлопнула клюв. Прощебетав: «Спасибо», она снялась с запястья колдуна, сделала круг над головами людей и устремилась на северо-запад.

–  Ну и что мы будем делать теперь?
– спросил Кедригерн.

–  Собираться, - ответила Принцесса, взяла мужа под руку и повела в дом.

Резиденция Афонтия находилась в трех днях необременительной, даже приятной верховой езды. Дорога была суха и пустынна. Погода выдалась не слишком жаркой, но и не чересчур прохладной. Каждую ночь Принцесса и Кедригерн останавливались на цветочном поле и спали под звездами, и ветра, отяжелевшие от сладких ароматов лета, баюкали их. По утрам свежесобранные ягоды пополняли их скромные завтраки. Путешествие получалось таким идиллическим, что Кедригерн не находил повода для жалоб; ему приходилось довольствоваться зловещими предсказаниями дождя, холода и нападений разбойников на обратном пути. Чтобы развеять мрачное настроение мужа, Принцесса переводила разговор на того, к кому они ехали в гости.

–  А какой у Афонтия дом?
– спросила она как-то раз.

–  Ничего грандиозного. Просто одна большая мастерская. Может, тебе покажется, что там царит беспорядок, зато наверняка будет интересно. Часы всевозможных видов, форм и размеров, с фигурками, которые машут руками, топают ножками, вращают глазками и откалывают всякие номера… вещицы свистящие, дребезжащие, звенящие, щелкающие, тикающие, жужжащие и визжащие… Каждый час поднимается страшный шум, когда все эти часы начинают бить все разом и на все голоса.

–  Надо попросить устроить нас в тихие покои.

–  Вероятно, таковых у Афонтия не найдется. Лучше чем-нибудь затыкать на ночь уши.

–  А какой он сам, твой Афонтий?

–  Бодрый паренек. Полон энергии. Вечно скачет как блоха, делает дюжину вещей одновременно, планируя при этом еще две дюжины.

–  Послание его звучало устало.

–  Ну, больше всего энергии у него уходит на работу. И все же он способен быть очень живым собеседником. О да.
– Колдун ностальгически улыбнулся и покачал головой.
– Думаю, он тебе понравится, дорогая. Он действительно чудный парень.

–  Далеко еще до его дома? Ты сказал, три дня, а мы уже третий день в дороге.

–  Мы можем прибыть в любой момент. Только сперва надо проехать сквозь этот лес. Дом Афонтия в самом центре, на большой просеке. Он всегда любил, чтобы вокруг было много открытого пространства, чтобы он мог… Погоди-ка минутку.

–  Что-то не так?
– спросила Принцесса.

Кедригерн показал на черную каменную колонну высотой в два человеческих роста, поднимающуюся из земли. С одной стороны она была гладко отполирована, и на гранитной поверхности, как раз на уровне глаз, красовалась тщательно высеченная буква «А», венчающая любопытный многоугольный символ.

–  Это не должно стоять тут, посреди леса. Ведь столб отмечает границу его просеки, - заметил колдун.

–  Ты уверен?

–  Определенно. Я сам намечал значок для камнерезов. Это оберег против огров. Колонну водрузили на место на моих глазах.

–  Может, кто-то ее передвинул.

Кедригерн ответил жене лишь задумчивым хмыканьем. Он вытащил из-под рубахи висящий на цепочке медальон и поднес его к глазам, чтобы рассмотреть окрестности в Отверстие Истинного Вида.

–  Дом тут, - объявил он.
– И его тоже кто-то передвинул. Он окружен деревьями. Мне это не нравится.

Дорога сужалась, виляя из стороны в сторону. Они медленно ехали по тропе, огибая деревья, приближаясь к дворику перед домом, а потом Кедригерн натянул повод.

–  Это то место. Он кое-что изменил, но это точно дом Афонтия. Но, ради всего сущего, как он оказался здесь, среди деревьев? Я пойду постучу… а, вот и слуга. Мы можем спросить этого старика.

Открылась дверь, и на порог медленно вышел пожилой человек. Он остановился, опираясь на посох, поморгал, рассеянно глядя в пространство, и только потом заметил двух всадников. Взгляд старика задержался на гостях, но он не произнес ни слова.