Чтение онлайн

–  Задай этой штуке еще один вопрос, - сказала она.

–  Как пожелаешь, дорогая.
– Кедригерн поднял колокольчик и снова закрепил нитку.
– Какой вопрос?

–  Спроси, не был ли он когда-то в кристалле Каракодисса.

–  Дорогая, неужели ты вправду думаешь…

–  Я эти пылинки везде узнаю. Этот негодник, эта мелкая жалкая душонка заставила меня говорить задом наперед, шиворот-навыворот и еще боги знают как, и каждый раз по-новому, только не так, как нужно, и если он думает, что я останусь безучастной, когда ты примешься освобождать его, то его ждет большой сюрприз. Ну давай, спроси его.
– Голос Принцессы звенел, как твердая, безжалостная сталь.

–  Ну, дух, как насчет этого? Был ты когда-нибудь в кристалле Каракодисса?
– поинтересовался Кедригерн.

Последовала пауза - это пятнышки света снова ползли к ободку колокольчика, а потом хрусталь нехотя, приглушенно звякнул.

–  И ты заставил эту леди говорить разнообразными затруднительными и сбивающими с толку способами?

Одинокое треньканье, еще тише, чем прежде.

–  Ясно. Это меняет дело, не так ли?

На этот раз звон колокольчика был едва слышен.

–  Я не хочу быть жестокой, Кедди, но он же посмеялся надо мной. Он заставил меня пороть чушь, а потом, когда я освободила его, расхохотался!
– Глаза Принцессы нехорошо вспыхнули.

–  Но он все же помог тебе заговорить, дорогая.

–  На очень короткое время. И весьма нелепым образом.

–  И ты, признайся, не намеревалась освобождать его. Ты разбила кристалл вдребезги, и дух сбежал, - резонно указал жене Кедригерн.

–  Ну и скатертью дорога, - холодно отозвалась Принцесса.

–  Возможно, он смеялся не над тобой. Возможно, у него просто вырвался смех радости оттого, что он нашел выход из своего заключения.
– При этих словах колдуна колокольчик восторженно звякнул, и Кедригерн заключил: - Вот видишь, дорогая? Он не дразнил тебя.

–  Он смеялся.

–  А ты бы не засмеялась в таких обстоятельствах?

–  Как принцесса, я бы задумалась о чувствах других и придержала бы любые проявления восторга до тех пор, пока не оказалась бы вне предела слышимости тех людей, кого вынудила говорить задом наперед, - надменно заявила Принцесса.

Кедригерн взял ее руки в свои:

–  Дорогая, не каждый обладает преимуществами благородного происхождения и изысканного воспитания. Молодого, ищущего приключений духа, который оказался в ловушке магического кристалла, вряд ли кто-то обучал хорошим манерам.

–  Значит, его нужно научить.

–  Возможно, это суровое испытание научит его. Если бы способ беседы с ним был чуть проще… Ну-ка, послушаем, что нам скажет Афонтий. Дух может искренне жалеть о своем поведении.

–  Он жалеет только о том, что снова попался, вот и все. Они весьма невежественны, эти духи.

–  Тем более надо отнестись к бедняге снисходительно, дорогая, - сказал Кедригерн. Принцесса ответила отнюдь не снисходительным фырканьем, и колдун повернулся к Афонтию.
– Ты можешь сказать нам еще что-нибудь об этом колокольчике? И есть ли у тебя еще какие-нибудь необычные вещи со странными свойствами?

Афонтий с расстроенным видом беспомощно махнул рукой, тогда Кедригерн спросил:

–  А как этот колокольчик впервые попал к тебе в руки? Возможно, это как-то связано…

–  Необычные вещи! Так вот что я имел в виду! У меня их целый амбар, а этот маленький колокольчик был в одном из сундуков, и я взял его, чтобы звать Коллиндора.

–  Целый амбар необычных вещей?
– переспросил Кедригерн.

–  Угу, целый амбар старой мебели Пеммени - сундуков, шкафов, сервантов, тумбочек, и кресел, и стульев, и зеркал, и…

При упоминании о зеркалах колокольчик дико зазвенел и продолжал дребезжать, пока Кедригерн не попросил духа замолчать, чтобы можно было задать следующий вопрос его хозяину.

–  Кстати, этих зеркал случайно не пять? Совершенно одинаковых?

–  Возможно. Я не считал. Старик Пеммени, купец, продает мебель по всему королевству. Я позволяю ему держать вещи в своем амбаре, а он мне - пользоваться всем, что мне понадобится. А в зеркалах я никогда не нуждался.

–  Мне бы хотелось увидеть это имущество.

–  Там всего лишь груда трухлявой мебели, Кедригерн. Ничего интересного для колдуна.

–  Может, и нет, но мне все-таки хотелось бы поглядеть.

–  Да пожалуйста. Мы можем пойти туда после обеда.

–  Мы только что пообедали.

–  Ох. Ну, значит, пойдем посмотрим на мебель. Зеркала, ты сказал?

Хрустальный колокольчик вновь взорвался возбужденным звоном, и на этот раз Кедригерн обратился к нему:

–  Скажи мне правду, дух: ты искал зеркала Моггроппле?

Дзинь.

–  И в ходе этих поисков ты оказался заключен в колокольчик?

Дзинь.

–   Ты собирался освободить Моггроппле из зеркал? Дзинь.

–  Ты знаешь как?

Ответом послужили два глухих угнетенных звяканья.

–  Возможно, я могу кое-что сделать для вас обоих.
– Повернувшись к Принцессе, Кедригерн сказал: - Наверняка, дорогая, ты больше не будешь возражать против того, чтобы я помог этому духу. Им двигало сострадание, но он попался в ловушку.

–  Ох, ладно уж.
– Принцесса разочарованно махнула рукой.

–  Что происходит, Кедригерн? Кто это - Моггроппле? Ты говоришь, у меня в сарае куча магических зеркал? Какое они имеют отношение к этому колокольчику?
– раздраженно осведомился недоумевающий Афонтий.

Кедригерн успокоил его. По пути к амбару он подробно изложил старику историю несчастной Моггроппле. Изложение его сопровождалось негромкими замечаниями Принцессы - в основном саркастического характера.

Все началось с магического предмета, называемого кристаллом Каракодисса, куба неизвестного происхождения, заключающего в себе множество полезных заклинаний и контрзаклинаний. Чтобы получить доступ к какому-то определенному заклинанию (или контрзаклинанию), человек должен был призвать обитающий в кристалле дух, который заставлял нужное заклинание (или, напомним, контрзаклинание) появиться на каждой из шести граней, хотя вызывающий видел только одну сторону - ту, которая в данный момент находилась у него прямо перед глазами. Но каждый вариант заклинания (или контрзаклинания) чем-то не походил на другой, и только один был правильным; прочитав неверную версию, человек получал непредвиденные, а частенько и нежелательные результаты.

Веками люди мирились с этим неравенством - один из шести. Но вот умная и находчивая ведьма по имени Моггроппле нашла способ победить теорию вероятности. Она поставила куб на стеклянную поверхность и окружила его с пяти сторон зеркалами, а на шестую, снизу, стала смотреть сама. И когда заклинание вызова проявилось, она прочла все шесть вариантов так быстро, как только сумела, один за другим.

То ли в спешке она зачитала какую-то из частей невнимательно, то ли живущий в кристалле дух, или сам кристалл, или создатель кристалла рассердился на ее дерзость - этого никто не мог сказать; но следующее, что осознала Моггроппле, было то, что она поймана зеркалами. Ее стало пять. И никто не знал, которая из пяти настоящая Моггроппле, как никто не знал и того, как же это выяснить или как освободить ее.