Чтение онлайн

Филипп вдруг вытолкал Ирнеста обратно в коридор и замахал руками:

— «Заходите»! Нетушки, уж лучше вы к нам. Ты что же парня мне совсем угробить хочешь? Никакого курева на этот раз! — уже припустив по коридору в обратном направлении, он крикнул через плечо оставшейся в комнате даме: — Уна, радость моя, и проветри, наконец, лабораторию!

Возмущений женщины Ирнест уже не слышал. Всё ещё ощущая призрачный, горьковатый вкус на языке, он куда с большим рвением, чем до этого, устремился за Филиппом. Воздух, казалось, с каждым шагом становился всё чище и слаще, несмотря на то, что они всё ещё находились в Комплексе. Остановившись лишь у самых лифтов, старик замахал на подопечного чистым платочком, словно пытаясь помочь.

Ирнеста всё-таки согнуло мучительным кашлем.

— Напоминал же Лео! Память дырявая… — продолжал причитать Филипп, беспокойно поглядывая в другой конец коридора. — Ох, окаянное пристрастье! И какой дурень только выдумал? Одному надобно идти было, а ты б уж погодя…

— Простите, — только и выдавил из себя Ирнест, едва не сползая по стенке от облегчения.

Коридор перестал сужаться, но в ушах всё ещё звучал далёкий рёв пламени и гул толпы.

— Да брось! — Филипп подобрался. — Это нам уж — маразматикам древним — надобно у тебя прощения просить. Я, стало быть, давным-давно ничегошеньки не ощущаю, а Уна… Ох и девица, скажу тебе! Ничего её не берёт. Ни-че-го!

В голове снова и снова прокручивались неясные ощущения; причитания старичка звучали где-то на фоне. Ирнест не мог понять, что именно так неожиданно ему вспомнилось. Возможно, всё те же волнения в столице? И хотя разум никак не мог найти даже примерное время, к которому относились эти огрызки, Ирнест, найдя удобное и логичное объяснение, тут же успокоился окончательно. Единственным беспокоящим его фактом оставалась скрытность Филиппа. Была ли та случайной или намеренной?

Уна появилась в поле зрения Ирнеста минут через пять, когда он только открыл рот, чтобы вновь попытать удачи в хоть каком-нибудь прояснении ситуации. Она всем своим видом излучала недовольство: руки в карманах халата, шаг твёрдый, гулкий. О бедро бился металлический чемоданчик, толстый ремень которого был перекинут через плечо, но женщина этого будто бы и не замечала. Поравнявшись с Ирнестом, она демонстративно цокнула языком и бросила:

— Посмотрите, какие нежности.

— Не начинай даже, — Филипп воинственно нахмурился. — Моран, вон, два дня после тебя отлёживался.

Выглядело это достаточно комично из-за существенной разницы в росте. Даже Ирнест, считающийся на редкость высоким парнем, едва доставал до плеча Уны, а приземистый Филипп и подавно терялся где-то в районе её талии.

— Сам виноват. Нечего было без спросу в лабораторию лезть, — женщина приподняла густые брови и чуть скривила губы в усмешке. — Ты мне это до смерти припоминать будешь?

Филипп смерил её ироничным взглядом, но, усмотрев на плече чемоданчик, вслух произнёс только:

— О! Дельная мысль… Точно-точно, это мы сейчас живо местечко найдём, — и тут же засеменил к запертой двери у противоположной стены.

Уна не ответила. Вынула из кармана пачку сигарет и вытащила одну отработанным до автоматизма жестом. Уже поднеся ко рту, замерла, недовольно нахмурившись, и со вздохом заткнула её за ухо.

— Народились же, — проворчала отчётливо Уна, облокачиваясь на стену, — нюхачи.

Ирнест чуть повернул голову. Женщина вновь казалась отрешённой, но пальцы её нервно подрагивали, словно перебирая невидимые струны. Он хотел уже было не то извиниться в очередной раз, не то сказать что-то ещё, но Филипп вдруг замахал из открывшегося тёмного проёма, призывая поторопиться.

Тихонько зажужжали длинные лампы под потолком. Ирнест перешагнул порог последним.

Комната, которую они беззастенчиво оккупировали, была светлой и просторной, но мебель в ней практически отсутствовала. Лишь несколько стульев, сложенных один на другой, обнаружились у дальней стены. Там же стояли и два узких стола.

— Не забудь маякнуть уборщикам, — бросила на ходу Уна, зачем-то ощупывая крашенный металл столешниц.

Несколько минут прошли в полнейшем молчании. Филипп сидел на отставленном в сторону стуле и сосредоточенно складывал платок на коленях. Уна же, по всей видимости удовлетворённая предоставленными ей рабочими поверхностями, не особо напрягаясь, выдвинула оба стола на середину. Ирнест, дёрнувшийся к ней, чтобы помочь, так и застыл, не успев и шага сделать. Звонко щёлкнул замком чемодан. Женщина вновь цокнула языком и выудила из нагрудного кармана очки.

— Залазь.

Ирнест нашёл взглядом Филиппа, который всё ещё не потрудился даже толком объяснить, что они затеяли. Тот замахал рукой, доверительно улыбаясь. Совсем как тогда — у Лео. По позвоночнику пробежалась ледяная волна. Неприятные воспоминания, казалось, намертво въелись в память.

— Просто сядь на парту, — закатила глаза Уна, на пару секунд отрываясь от методичного копания в чемодане. — Тебе что, ничего не рассказали?

Стол чуть прогнулся, когда Ирнест осторожно примостился на край, не рискуя отрывать от пола ноги.

— Ну да, кто бы сомневался, — дёрнула уголком губ Уна, натягивая на руки полупрозрачные перчатки. — Здесь все настолько погрязли в тайнах, что даже имени своего назвать боятся иной раз. Зато как копаться в чужом прошлом…

Она вернулась к Ирнесту и, опершись одним коленом о столешницу, бескомпромиссно повернула его голову вбок. Отогнула ухо — скрипнули перчатки и обдали кожу прохладой — и отрешённо возвестила:

— Я специалист по рунам. Меня попросили разорвать несколько контуров, — Уна, почти не меняя положения, дотянулась до чемоданчика и что-то не глядя выудила. — Посмотрим…

Ирнест с великим трудом заставил себя сидеть неподвижно. Нос забило отголосками табачного дыма и ещё чего-то кислого.

— И что… Как это повлияет на меня?

Руки Уны замерли на мгновение; уха коснулось нечто ледяное.

— Филипп, лучше будет, если сам это скажешь.

— О, конечно-конечно!

Сложенный пару мгновений назад платок из нагрудного кармана вновь был выдернут на свет. Филипп пожевал губы, словно собираясь с мыслями, и Ирнест, который наблюдал за всем этим краем глаза, не сдержал неловкой усмешки. Ему вдруг просто стало нестерпимо смешно, словно бы не его сейчас готовились — судя по разложенным на крышке чемоданчика инструментам — препарировать.

— Мы весьма не прочь были бы выяснить личность того, кто одарил тебя этаким подарочком, — наконец, промолвил Филипп. — И вернуть тебе способности в полном объёме, конечно! Вот только распутать столь нетипичные цепочки невероятно трудно…

Уна хмыкнула:

— Распутать можно всё, что угодно, — она встретилась на секунду взглядом с Ирнестом. — Это последствия могут быть неудобными.

Он дёрнулся невольно: не то от резких слов, не то от ледяной мороси, которая коснулась чувствительной кожи. Уна вновь встряхнула небольшой пузырёк с распылителем.