Чтение онлайн

– С вами все в порядке, миледи?
– спросил Артагель. Он-то и поддерживал Теризу.

Она наконец поняла: он удерживал ее в этой позе потому, что она потеряла сознание. Артагель помог ей подняться, и она обнаружила, что вполне может самостоятельно держаться на ногах. Внимательно наблюдая за ней, он осторожно убрал руки с ее талии. Взгляд в коридор убедил ее, что они несколько сместились от места битвы. Ее одежда продолжала густо смердеть кровью, но теперь она уже была в состоянии выдержать это. Териза сделала глубокий вдох, отбросила с лица волосы и пробормотала:

– Мне кажется, да. Благодарю вас.

Он мягко улыбнулся ей и тут же повернулся.

– Предлагаю еще одно решение, лорды, - сказал он, обращаясь к принцу Крагену и Пердону, - вы оба были преданы воплотителем.

– Хотел бы я поверить в это, - мрачно ответил Пердон. Он, казалось, признавал Артагеля равным себе.
– Но о месте нашей встречи знали только Мастер Эремис и Мастер Гилбур. А Мастер Эремис самолично ее и организовал. Если бы он хотел, чтобы мы перессорились, он не стал бы тратить на это столько сил. Все, что ему надо было для этого сделать - это не делать ничего.
– Он замолчал, а затем сказал: - Однако по отношению к Мастеру Гилбуру я такой же уверенности питать не могу.

– И я, - сказал принц Краген, - никогда не думал, что воплотители способны на такие вещи. Разве не правда, что подобное воплощение может обеспечить лишь плоское зеркало? И разве не правда, что воплощение посредством плоского зеркала вызывает безумие? Как это сочетается с тем, что мы видели собственными глазами?

Никто из них не обращался при этом к Теризе. Она была уверена, что они не подозревают, что она слышит их, но все же тихо ответила:

– Архивоплотитель Вагель.

На мгновение все трое застыли. Затем Пердон взорвался:

– Да, так утверждал Мастер Эремис. Но кто в Орисоне - или даже во всем Морданте - может быть настолько глуп или настолько подл, чтобы стать союзником этого негодяя?

– Так давайте посмотрим, лорды, - Артагель прошел мимо Пердона и принца Крагена к одному из мертвых нападавших.

Териза последовала за ним, силясь изгнать из своего сознания сцены кровопролития. Когда Артагель склонился над телом, она замерла рядом. Он перевернул тело на спину, и она вздрогнула при виде зияющей раны в груди. Тем не менее она продолжала смотреть, как он отводит в сторону плащ, чтобы осмотреть лицо мертвеца и его доспехи.

Особым образом выдубленный кожаный нагрудник был настолько черным, что она не могла рассмотреть на нем ни единой детали, которые, похоже, анализировал Артагель. Она не понимала, о чем он говорит, когда он внезапно обнажил сердце мертвеца и сказал:

– Ага.

– У меня не такие глаза, как у вас, - прорычал Пердон.
– Что там?

– Отметина.
– Артагель резко поднялся на ноги.
– Я видел такую раньше.
– Его глаза ничего не выражали; лицо выглядело так, словно было высечено из единого куска камня.
– Этот человек - из Кадуола. Эта отметина означает, что он состоит на службе у Бретера верховного короля.

– Гарт?
– изумленно воскликнул принц Краген.
– _З_д_е_с_ь_? Вы сражались с Гартом?

– Я не знаю, с кем сражался, - голос Артагеля был таким же, как его лицо, - пустым и лишенным эмоций.
– Кто бы он ни был - он меня победил. Но вот этот человек - несомненно один из пригодников Гарта. Остальные наверняка тоже.

– Кишки и падаль!
– выругался Пердон.
– Пригодник Бретера верховного короля?

– Однако - _з_д_е_с_ь_?
– воскликнул принц, не веря в происходящее. Как эти люди смогли попасть сюда? Как они вообще оказались в Орисоне? Они не смогли бы просто проехать через ворота. Смотритель Леббик не такой уж идиот.

Артагель едва заметно кивнул:

– Они, должно быть, прибыли тем же способом, каким исчез их главарь.

– Вагель?
– воскликнул принц.
– Но почему же тогда мы верили, что он мертв?

Пердон не ответил. При упоминании о Леббике он дернул головой, словно вспомнил о чем-то важном. Теперь он стал пристально поглядывать по сторонам, стараясь контролировать обе стороны коридора одновременно.

– У меня есть вопрос получше. Хотим ли мы, чтобы нас застали здесь, когда появится Смотритель?

Принц мгновенно насторожился:

– А он появится? Неужели мы так недалеко от ближайшего стражника?

– Этот трусливый червь, Армигит, - пояснил Пердон. В его голосе слышался яд.
– Когда мы услышали звуки сражения, которые привели меня к вам, он помчался в противоположную сторону, вопя от ужаса. Он, наверное, заблудился, иначе Смотритель уже давно был бы здесь. Но, как бы то ни было, времени у нас совсем мало.

– Меня он будет расспрашивать в любом случае, - задумался Краген. Мои люди погибли. Но если меня здесь не будет, у него не окажется повода связать с этим кровопролитием и меня.
– И принц быстро принял решение. Лорд Пердон - Артагель Домне - я благодарю вас за спасение моей жизни. Но я не останусь с вами, чтобы вы не выглядели в глазах других предателями. Миледи, прощайте.

Подняв свой меч, он сунул его в ножны и побежал. Вскоре звук его шагов растворился в тишине.

– Я тоже покину вас, - сказал Пердон Артагелю.
– Уж не знаю, какую роль эта женщина играет в нашей судьбе, но не хочу быть обвиненным в том, что предал интересы государства, защищая ее.

И, гневно бормоча: "Кадуол! Дерьмо собачье!" - он торопливо последовал за принцем.

Териза посмотрела на Артагеля и увидела, что блеск снова вернулся в его глаза; он вновь улыбнулся. В ответ на ее взгляд он весело кивнул:

– Со своей стороны, миледи, мне скрывать совершенно нечего. Что бы здесь на самом деле ни произошло, Орисон будет предполагать, что только я могу быть причиной такого количества мертвецов. Боюсь, что в этом виновата моя репутация - не знаю, правда, почему. Однако у меня о Леббике сложилось лучшее впечатление, чем у большинства. Но все равно, вам совершенно незачем проводить остаток ночи, слушая, как он будет на вас орать.
– Он указал рукой вдоль по коридору.
– Может, пойдем?

И она снова сказала:

– Благодарю вас.
– Ей хотелось, чтобы он взял ее за руку, она нуждалась в поддержке.
– Я не думаю, что смогу выдержать его нападки. Он меня почему-то не любит.

– Глупости.
– И, словно в душевном порыве, Артагель обнял ее за талию и по-дружески прижал к себе. Его тон оставался все таким же веселым: - Вы не знаете его так хорошо, как я. Наш добрый Смотритель обижает только тех, кому симпатизирует. И если он симпатизирует вам сильно, он становится просто невыносимым. Его жена - упокойся ее душа - была единственным существом, которое всегда вызывало у него страсти и пробуждало добрые чувства.