Чтение онлайн

— У вас есть гиппогриф?

— У нас много что есть.

— А можно, я его покормлю? – с энтузиазмом предложил Снейп.

— Завтра, – пообещал Блэк.

— А полетать? – осторожнее, но с надеждой.

— Поживем – увидим.

— А помыться перед ужином? – внес встречное предложение Люпин.

Энтузиазм словно водой залили.

— Это скучно, – буркнул Северус.

Ремус не успел возразить.

— Скучно?! – обиделся Сириус. – А ну пошли. Кричер! Ванную для нашего гостя!

Ремус подождал и добавил:

— Пожалуйста!

Блэк подтолкнул Снейпа к лестнице. Со стены скалились головы домовиков.

— А это кто? – Тьфу! Сириус совсем забыл, какое впечатление они производят на непосвященного.

— Домашние эльфы. Слуги.

— Зачем? Они плохо себя вели?

Блэк фыркнул:

— Ровно наоборот, знаешь ли.

— Это награда за верную службу, – проскрипел, кланяясь, возникший перед ними Кричер.

— А папа говорит, что, если я буду плохо себя вести, он мне голову оторвет, – доверительно сообщил Северус.

Мальчишка не обманул ожиданий. Застыл на пороге ванной комнаты, точно Сибилла в трансе, и за это Сириус почувствовал к нему что-то вроде благодарности. Чтобы скрыть чувства, он поинтересовался:

— Ну что встал? Ванны не видел?

— Такой – нет.

— Еще бы!

Блэк стоял за его спиной, но готов был спорить, что у Снейпа приоткрыт рот, а глаза – только немногим меньше круглой чаши, покоившейся в объятиях дракона.

Ванна, в которой свободно могли бы поместиться два взрослых мага, опиралась на когтистые лапы самого жуткого вида. Хвост служил вешалкой для полотенец. В головах прятались краны, из которых хлестала вода: холодная – из левой, с голубыми глазами, горячая – из красноглазой. Третья голова оказалась душем; Кричер наглядно это продемонстрировал, обдав брызгами подошедшего слишком близко Люпина.

Между головой и хвостом над бортиком прихотливо изогнутой фигурной полочкой поднимался драконий хребет – меж зубцов спинного гребня угнездились баночки, коробочки, тюбики, флаконы с шампунями и пеной для ванн и даже пустой пульверизатор. Блэк взял большую пластиковую бутыль и ткнул ее под нос Снейпу: “Умеешь читать? Читай: “Настоящая морская пена”!”

— Та самая, из которой Афродита? – продемонстрировал свою начитанность Снейп.

— Точно.

— Я не Афродита! – указал мелкий паршивец на очевидное несоответствие.

— Ты – Посейдон! – нашелся Ремус. – Нептун. Морской бог!

— Если я Нептун, то мне нужен трезубец. Чтобы устраивать бури! У вас же нет трезубца?

— Зато у нас есть морской змей! И самое главное, что нужно для морского бога – вода. – На драконьих головах, за ушами, Люпин нашел краны и закрутил их. – Лезь! А бурю ты и без трезубца устроишь, – добавил он тише, чтобы Северус не мог его расслышать.

Снейп уже лил в воду пенистую жидкость и увлеченно взбивал ее свободной ладошкой.

Блэк между тем перебирал шампуни. Все они были с девчачьими названиями – Снейп их точно отвергнет. Он бы и сам их отверг.

— Дай-ка сюда.

Люпин незаметно для Северуса коснулся волшебной палочкой “девчачьей” этикетки и та изменила “Локон красавицы” на “Веселого Роджера”. У Северуса загорелись глаза. Ремус вытряхнул ему на ладони мыло и продолжил сеанс трансфигурации, превратив мыльницу в сундук с сокровищами, мочалку – в коралловый риф, а пустые флаконы из-под шампуня – в корабли.

Блэк вытолкнул разошедшегося Люпина из ванной комнаты и привалился к двери:

— Ты гений, Луни!

— А! Просто в детстве не доиграл, вот и все. Вели Кричеру присматривать за ним, что ли…

— “Не доиграл”! – восхищался Блэк, спускаясь в гостиную. – Не прибедняйся, Луни. Как у тебя здорово получилось все ему объяснить!

— Сам знаешь, мне не впервые обманывать, – хмуро отозвался Люпин.

— Тьфу! Я не это хотел сказать… Не бери в голову! Рем… Ну, Рем? Ну давай на кухню пойдем, я чайник поставлю…

Чайник на плите посапывал и пофыркивал, в кухне заметно потеплело, Ремус перестал хмуриться, и Сириус, отчаянно желая отыскать в нынешнем вечере хоть что-то хорошее, ляпнул:

— Кажется, мы оторвемся.

Он сам сразу понял, что ляпнул не то. Еще до того, как Люпин уставился на него расширенными “волчьими” глазищами.

— Ты что, Сиу? Нельзя.

А то он сам не знал, что нельзя! Что девчонки и младшие – табу. Но возразил из чистого упрямства:

— А с Гарри ты разговаривал?

— Я его учил. Весь их курс. Целый год.

— Значит, сам видел.

— Н–ну…

— Ему можно было?

— Мы – не он. И он тоже еще не он.

— Это будущий Снейп.

— Боюсь, что настоящий. Чайник выключи.

Блэк махнул палочкой в сторону плиты.

— Тем более, – проворчал он. – Кто заваривает, ты или я?

— Ты, – уступил Ремус. – Мята есть?

— Мелисса. Пойдет? Всегда ненавидел зельеварение.

— У тебя за него хотя бы приличные баллы были. …Что у вас все-таки произошло?

— Уменьшающее зелье, я же сказал.

— Как? Он что – его выпил? Он с ума сошел? Он же всегда такой осмотрительный.

— Как видишь, не всегда. Вообще-то я должен сказать ему спасибо. Мог бы и я вляпаться.

— И я.

— Ты бы не мог. Ты бы не полез в чужой шкаф, тем более – за зельем.

— Но зачем он взял Уменьшающее?

— Он не брал. В смысле – оно ему не нужно. Думаю, его интересовали другие флаконы, в глубине шкафчика. Слава Мерлину, что он до них не добрался. А этот он просто хотел переставить. Кто же знал, что он потек? – И внезапно перебил сам себя. –Слушай… Что-то долго он там…

— Ты же оставил с ним Кричера.

— Кричер – Кричером, а я бы и сам глянул. Не доверяю я ему.

— Кричеру или Снейпу?

— Обоим!

Ремус Люпин любил детей. Год назад у него был целый Хогвартс – разных цветов и размеров. Но он и подумать не мог, что дети – это так хлопотно, когда они не в школе, а дома!

Встревоженные Сириус и Ремус приникли к приоткрытой двери, подсматривая в щелочку и оттирая от нее друг друга. Снейп – по уши в “настоящей морской” пене – играл в ванне с корабликами. Безопасные свечи сияли по краям ванны – как маяки.