Чтение онлайн

Первый раз после смерти Мао Китай решил пойти ва-банк и если первый шар, пущенный Великим Кормчим в сторону Советского Союза, в общем-то, удался и Китай из инструмента советской политики превратился в самостоятельного игрока на политической карте мира, пусть и потеряв дружбу с Москвой. То второй шар, пущенный уже в сторону США превратил локальный конфликт в общемировой.

В горнице было жутко накурено - хоть топор вешай, пришлось открывать окна.
– Последняя пачка, мужики. Больше сигарет вообще нету?
– виновато развёл руками Вячеслав.

– Ну и отлично Вячеслав Андреевич, наконец, вы перестанете травить нас, - Сазонов обрадовался этому сообщению.

– Ладно, как проветрится, зовите Галдану и этих, тунгусов, надеюсь, они уже позавтракали.

Сазонов, Вячеслав и Кабаржицкий сидели уже около получаса, но так и не пришли к общему знаменателю, обсуждая планы Вячеслава. Инженер предлагал наведаться в логово атаковавших их туземцев. Логика Вячеслава была в том, что экспедиции необходимо пополнение пищевых запасов.

– Скоро осень кончится, ребята. Думайте, что зимой делать будем. Охотой кто-нибудь занимался?

– Да есть, наверное, такие мы поспрашиваем у парней. Твои-то как?

– Есть двое, но их опыт не назовёшь охотой. Так, выезды на природу под водочку, пострелять по банкам. Утрирую, конечно, но примерно так, - Вячеслав нетерпеливо забарабанил по столу.

– Володя, давай тунгусов сюда.

Кабаржицкий выглянул на крыльцо и махнул рукой, заводи, мол. Четвёрка тунгусов уже не вздрагивала от каждого шороха, вошли они хоть и с робостью, но уже не со страхом в глазах. Расселись на лавке и уставились на Вячеслава, тот, поглаживая усы, собирался с мыслями.

Наконец, он решился:

– Галдана, спроси их, кем был убитый нами воин из их отряда в цветной одежде и с железной саблей?

– Сын старшего рода, главный воин, отец его старый и не может теперь быть главным. Нету сына, - после некоторого времени переговоров с эвенками, ответила Галдана.

– Спроси, много ли воинов у них осталось?
– Сазонов понял, куда клонил Вячеслав.

– Говорят, остались слабые, больные и раненые. Мало. Шесть человек.

Кабаржицкий удивлённо спросил - Они что, всех воинов на нас послали? И чего теперь там остались женщины и дети?

– Интересно, чего они дальше делать будут, - сказал Вячеслав, - Галдана, спроси их, зачем они на нас напали?

– Говорят, приказали.

– Кто?

– Говорят, кому соболя и белку дают. Буряад. Они их убьют. Соболя нет - убьют. Плохой кыштым.

– Ясно, спроси, что теперь они делать будут, после того, как мы их воинов убили.

– Говорят, будут в другой род идти, к Хатысме, он брат старого вождя. У него есть сыновья. Сильный род. Много воинов. Их не примут.

– Это ты так думаешь?
– заинтересовался Вячеслав.

– Да, остались старые, слабые, дети и женщины - кто кормить их захочет?
– Галдана искренне не понимала, как Вячеслав мог этого не знать.

– Скажи им это!

Галдана обратилась к ним, тунгусы заметно приуныли, покачали головами. Начали обсуждать что-то между собой.

– Говорят, их одних возьмут. Но вы не отпустите.

– Конечно не отпустим, - утвердительно кивнул головой Вячеслав.

– Так, мужики, какие мысли?
– Вячеслав хлопнул ладонью по столу, отчего тунгусы заметно вздрогнули.

– Скажи, что ты хочешь, и я скажу свои мысли, - улыбнулся Сазонов.

– Вячеслав Андреевич, вы что хотите их сюда привести?
– Кабаржицкий, в свою очередь, изумился.

– Ну… надо сначала посмотреть на их хозяйство, чем живут, что нам понадобиться.

– А что нам может понадобится?!
– хором воскликнули оба офицера.

– Мы здесь зимой не жили, мужики, исходите из этого. Сколько у нас осталось еды?

Сазонов почесал голову, прищурился - где-то на месяц, полтора, мол.

– Во! А я о чём вам толкую? Наши посадки - это только на будущее задел, главное - семенной фонд собрать. Весной используем коняшек.

– Вячеслав Андреевич, а как они нас будут кормить, если они себя прокормить не смогут?
– Владимир не понимал, чего хочет Вячеслав.

– У нас есть голова на плечах, а у них есть знания о мире, в котором они живут. Нас надо только научить, а дальше мы сами сможем. Как говорил великий человек:

Человек полетит, опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума . А нам проще - летать не надо, а надо лишь использовать местность, где мы появились, для того, чтобы тут прожить. Всего лишь.

– Ясно, Вячеслав Андреевич, - Сазонов понимающе протянул и глянул на Владимира. Тот рассеяно кивал головой, полностью погружённый в свои мысли.

– И, мужики, давайте уже просто Вячеслав. Честное слово, пора уже.

Вячеслав обратился к Галдане - Скажи им, чтобы показали нам дорогу к их поселению.

Услышав это предложение, тунгусы побледнели и отчаянно завертели головами, о чём-то умоляя Вячеслава.

– Галдана, скажи им, что мы никого не убьём, мы их заберём сюда. Будут жить с нами. Будут нам кыштымами.

Теперь лица туземцев удивлённо вытянулись, они что-то возбуждённо залопотали.

– Галдана, о чём они говорят?

– Говорят, у них нет теперь воинов, много ртов, много женщин. Вы не возьмёте.

– Скажи им, нам не нужны пока воины. Нужны охотники и старые люди, которые много знают.

Туземцы зацокали языками и возбуждённо закивали.

– Галдана, а далеко до их поселения?
– Владимир тоже решил поучаствовать в допросе.

– Говорят, что не далеко, по воде близко. Но они пешком шли.

– Скажи им, что скоро пойдём. Всё, Алексей готовь человек десять. Сам пойдёшь или Новикова взять?

– Вячеслав, сам пойду, конечно, возьму отделение Рината.

– Хорошо, через часик выходим.

Отряд шёл по берегу Ангары, то и дело отклоняясь от берега влево, частенько мешали скалы и высокие холмы, в изобилии встречающиеся на пути группы. Отряд вело двое тунгусов, двух других оставили в лагере, несмотря на их мольбы взять с собой всех. Также решено было надеть бронежилеты и каски, так как опасность засады Сазонову представлялась очень возможной. Восемь человек, раненых во время набега стали очень большой проблемой, тем более не хотелось повторных ранений.