Чтение онлайн

Солдат не бросал баранку даже в том случае, когда приходилось ехать на одних ободах.

В этот раз его ждало испытание посерьезней. На крутом спуске, зажатом скалами, по машине ударили из гранатомета. Граната разорвалась в кузове. Автомобиль тотчас загорелся. Но и в этой ситуации Медведев не растерялся, продолжал движение. Остановись он, бандиты расстреляли бы его из автоматов.

— Представьте себе, сидишь за рулем и ждешь, что в каждое мгновение взорвется бензобак, — взволнованно говорил Сергей Федорович. — Какая выдержка! Какое самообладание у девятнадцатилетнего парня!

Он назвал других водителей, выпускников автошколы ДОСААФ, — рядовых Владимира Демочкина, Сергея Демидова, сержанта Александра Черныша, удостоенного ордена Красной Звезды...

Прочитал мне подполковник и письмо старшего лейтенанта Сергея Наволоцкого, которое тот прислал из госпиталя. Это он вместе с пятью подчиненными смело вступил в схватку с бандой, спустившейся с гор, чтобы взорвать участок трубопровода. Во время ожесточенной перестрелки офицер был ранен в обе ноги. Но поля боя он не покинул: перетянул ноги жгутами и продолжал отражать нападение. Бандиты не ожидали столь решительных и смелых действий и, несмотря на свое численное превосходство, дрогнули. Начали отходить в горы, потеряв убитыми несколько человек. Только тогда старший лейтенант Наволоцкий разрешил подчиненным отвезти себя в санчасть.

— Никто бы не осудил офицера, если бы до подхода мотострелкового подразделения он не вступил в бой, — делился мыслями Кузнецов. — Но чувство долга, воинского и партийного, у него превыше всего. Под стать командиру и подчиненные. Героизм и мужество проявил, например, младший сержант Андрей Веклич — родители, воспитавшие его, должны гордится своим сыном.

Перед поездкой к воинам-трубопроводчикам мне объяснили, что здесь сумели за последнее время в три раза сократить потери горючего. Связывали это и с фамилией Кузнецова. А уже от самого Сергея Федоровича услышал, что до недавнего времени о службе трубопроводчиков он знал постольку-поскольку. От отца-фронтовика, полковника в отставке, кавалера ордена

Ленина, трех орденов Красного Знамени, многих других боевых наград, унаследовал сын любовь к танкам. Был заместителем командира танковой роты, батальона, полка по политчасти. Танкистом участвовал в совместных с афганскими подразделениями операциях против душманов и здесь.

И вдруг — назначаетесь в трубопроводную часть. Как военный человек ответил: «Есть!» В душе — горький осадок: мол, в тыловики записали. Не представлял тогда, как опасна и трудна служба трубопроводчиков.

Кузнецов рассказал о сложившемся стиле работы офицеров батальона. Их место — среди личного состава. Минимум массовых мероприятий. За все время, сколько я был в батальоне, ни разу не видел вместе командира и его заместителей офицеров А. Федорцева» А. Карзанова, В. Ражева, Б. Каграмьяна. Встречал их на самых разных точках, где несли службу трубопроводчики.

О сержантах политработник говорил с особым уважением. Они играют здесь очень важную роль. Поэтому им прививается чувство высочайшей ответственности за порученное дело. Ему говорят: ты в гарнизоне — самый главный, ты отвечаешь за бесперебойную работу трубопровода, за товарищей. Никакой мелочной опеки над сержантом не допускается. Опора — командиры-коммунисты. В ротах их здесь в среднем от десяти до четырнадцати человек. Каждый начальник гарнизона — член или кандидат в члены партии.

Побывал я и в огороде батальона, где растет зелень, арбузы, дыни. На столы это подается, конечно, не каждый день, но по выходным и в праздничные дни — весомая прибавка. Как и мясо содержащихся в подсобном хозяйстве свиней, кролей, кур. Занимается хозяйством рядовой Виктор Будаев, тракторист из села Барятино Горьковской области. В хлебопекарне меня угостили ароматным с румяной корочкой хлебом. Всю выпечку сразу повезли по гарнизонам.

— Кормят вкусно, как мама дома, — говорит сержант Дмитрий Родриго.

Отец Дмитрия Винцент Родриго приехал в Советский Союз из республиканской Испании пятилетним мальчиком. Воспитывался в Ивановском детдоме. Ныне работает переводчиком на радио. Кроме Дмитрия у него с женой Людмилой Марковной (она родом с Украины) еще один сын — Виктор и дочь Ольга.

— В общем, у нас самая настоящая интернациональная семья, — смеется сержант.

Дмитрий мечтал быть десантником, готовил себя в аэроклубе ДОСААФ, прыгал с парашютом. Но попал в «трубачи». Однако, признался он, нисколько не жалеет — очень нужная специальность, романтики здесь в избытке.

И все же, если говорить о главном, благодаря чему удалось сократить потери горючего, это благотворные процессы, которые происходят в Афганистане. Местные жители сами стали проявлять активность в защите трубопровода. Старейшины многих кишлаков заявляли, что они сами взяли определенные участки под свою охрану. Сказывается большая пропагандистская работа и активность революционной власти, и наших воинов.

В разных местах я, например, видел вот такие листовки:

«Благородные мусульмане!

По вине отдельных наших сограждан наносятся повреждения трубопроводу. Это приносит большой вред нашей любимой Родине. Мы предупреждаем тех, кто преследует корыстные цели или по наущению врагов Саурской революции наносит трубопроводу повреждения, — их действия противоречат исламу, недостойны истинного и честного мусульманина и будут решительно пресекаться, а лица, их совершившие, будут строго наказываться.

Уважаемые соотечественники!

В случае нормальной работы трубопровода в зоне ваших кишлаков горючее, столь необходимое вам, будет выдаваться.

Оберегайте трубопровод!

Не допускайте его повреждений и своевременно информируйте органы власти, царандой и воинские части о малейших его повреждениях!»

Находил я и рисунки с надписями, призывающими охранять трубопровод, например, такими:

«Если ты честный мусульманин, не допусти аварии на трубопроводе! Тогда ты и твоя семья законно могут получить топливо!»

Или: «Крестьяне! Следите за состоянием трубопровода вдоль ваших полей!»

Листовки и рисунки подготовили активисты власти в разных уездах, с которыми трубопроводчики установили тесную связь. Воины помогают дехканам, чем могут. В некоторых местах проложили на поля водопроводы. Ведь в этих засушливых местах вода — сама жизнь.

Есть у воинов-трубопроводчиков и сад советско-афганской дружбы. Его выращивают совместными усилиями наши солдаты и местные жители, о чем свидетельствует табличка перед входом. Дехкане помогли семенами, черенками винограда, саженцами, редкими породами деревьев. Аксакалы часто бывают здесь, дают советы, как лучше ухаживать за садом.

«Трубачи» установили дружбу с афганскими подразделениями. Особенно с полком, которым командует подполковник Абдулла (полк расположен на территории, где проходит трубопровод). Не проходит ни одного праздника, чтобы афганские и советские воины не присутствовали на них друг у друга. Регулярные встречи, обмен опытом, взаимовыручка, проведение совместных субботников — все это органично вошло в жизнь трубопроводчика. Афганские товарищи показали мне своего рода культкомнату, другие помещения, которые были построены на одном из субботников.

Словом, трубопровод окружен надежным кольцом его защитников, и это кольцо, сколько бы ни пытались душманы, не разорвать.

В эти дни подполковник А. Федорцев прощался с однополчанами: его служба в Афганистане подошла к концу. «Какие люди у нас! — с гордостью говорил он. — Я ими очарован. Жаль, что не поэт, написал бы в их честь оду!»

Помню, мы стояли с ним, погруженные в густую смолу ночи, изредка прорезаемую трассирующими пулями. Он рассказывал и рассказывал, называя все новые имена. От него, кстати, я узнал, что подполковник Кузнецов в одной из стычек с душманами был ранен, потому и прихрамывает, и что врачи ему прописывают покой. А Сергей Федорович перевяжет ногу и снова в дорогу, к людям, которыми действительно нельзя не очароваться.