Чтение онлайн

Юла. Имя ей и правда шло.

Как заведенная детская игрушка, девчонка могла перевернуть весь мир, если в голову ей взбредет такой чудной план.

Выбравшись из бадьи, она прошлепала к свертку, который я оставил на табуретке, и, взяв отрез грубой ткани, принялась растирать раскрасневшуюся кожу. По стройным ногам вниз катились блестящие капельки влаги, и я рассматривал браслеты, охватившие тонкие лодыжки и крепкое бедро. Она не сняла их, даже когда купалась.

Интересно, какие украшения ей нравятся?

Я уперся лбом в край бадьи и тихо рассмеялся.

Если встретимся с Нанной и Халлтором - жена брата будет хохотать надо мной до конца моих дней. И припоминать, каким колючим куском задницы я был, когда она только появилась на корабле. И как рычал и ворчал на то, что волк притащил с собой избранную и какой он дурак, что ввязался в проблемы из -за женщины.

И еще тысячи, сотни тысяч всяких мелочей, что я наговорил.

Я мог поклясться, что слышу тихий насмешливый голос Нанны, прозвучавший прямо над ухом:

“А говорил, что твоя суженая никогда тебя не встретит. И будет счастлива, что это не случилось. Что скажешь теперь?”

Я не знаю. Не знаю, что сказать.

Все происходило слишком быстро, и я не собирался тормозить, желая погрузиться с головой в фантазию о настоящей семье.

И содрогался всем телом, представляя, что нечто темное и чужеродное может забрать Занозу.

Сейчас я понимал Халлтора, как никогда.

Все мои братья были странниками в бесконечной пустыне. В вечном поиске оазиса, где они могут напиться и отдохнуть, остудить голову, почувствовать себя дома, в безопасности.

Каждая суженая - это источник прохладной воды, полный терпкой сладости и ласкового участия. Притяжение, возникающее между странником и оазисом, - почти неуловимо. Оно существовало, оплетая наши тела тонкими нитками, и скручивалось в узел, который не разрубит даже сама смерть.

В этот самый момент я понял, как больно и страшно было Лису, когда он узнал, что его суженой не стало, что она - жертва гнева ублюдка, решившего, что он вправе карать и миловать кого угодно. Даже собственных детей.

Что он готов был убить собственного ребенка за одно только слово о любви к оборотню. И убил.

Младшего братишку спасло только то, что он со своей женщиной был не связан. Он только планировал выкрасть ее из дворца, как в какой-нибудь старой сказке.

И он видел, как ее казнили на дворцовой площади. Сам капитан-регент отправил ее к Галакто, одним быстрым ударом меча.

Меня передернуло от осознания, как было бы страшно потерять Юлу.

Когда все это случилось со мной?

Когда девчонка стала значить так много, что даже мысль о ее смерти вызывает внутри физическую боль?

Заноза аккуратно развернула сверток и подняла блузу, которую я для нее выбрал. Темнобордовая ткань почти стекала по пальцам и мягко льнула к телу. В глазах девчонки светился неподдельный восторг, и, откинув грубое полотно, она расправила обновку и принялась рассматривать ее со всех сторон.

– Красивая, - пробормотала Заноза и быстро натянула вещицу, аккуратно застегнув блестящие кругляшки пуговиц.

Когда она вытянула из свертка белье, я заметил, как ее щеки густо заалели. Вроде бы уже и не было смысла стыдиться или зажиматься, но этот невозможный румянец заводил до такого состояния, что хотелось снова и снова заставлять ее смущаться и краснеть.

Следом Заноза достала юбку из темно-синей плотной ткани. Она была достаточно свободной, чтобы не сковывать движения, но при этом - не задиралась бы от любого ветерка.

– Юбка?
– девушка удивленно приподняла бровь.

– Не волнуйся, там и штаны есть. Сможешь переодеться, когда вернемся домой, - я усмехнулся, представив, как бы она смотрелась в юбке на борту моего корабля. Танцующая под светом утреннего солнца.
– Просто, раз уж ты собираешься танцевать у костров, я подумал, что...

Девчонка хитро прищурилась.

– Я бы могла танцевать и в штанах, - уголки ее губ подрагивали, с трудом удерживаясь от широкой улыбки.

Отвернувшись, я откинул голову на край бадьи и прикрыл глаза.

– Как жаль, - протянул огорченно, - но раз ты против юбки.

– Не против!
– поспешно затараторила Юла.
– А что делать с вещами из Ан-Салах?

Сжечь, - отчеканил я жестко.

– Я-то подумала, что нравилась тебе в них, - голос девушки приблизился, и узкие ладошки легли мне на плечи.
– Ты так на меня смотрел...

– Если захочешь, то я сам могу выбрать тебе что -то похожее, - тонкие пальчики скользнули ниже, а теплые губы прижались к щеке.
– А эти тряпки слишком сильно будут напоминать о том, что...

– ...маджа со мной чуть не сделал?

– О том, что все могло пойти не так, - поправил я ее, хоть Заноза и правильно угадала ход моих мыслей. Одно только упоминание о мадже приводило меня в ярость и катилось по позвоночнику зимней стужей.

– Ты так быстро меняешься, - задумчиво проговорила девушка.
– Совсем недавно я была лишь объектом. Ценой за спасение твоей дочери, - она наклонилась еще ниже, чтобы сладкий запах кожи заполнил все пространство вокруг.
– А сейчас ты просишь меня танцевать и хочешь сделать своей женой. Все это так стремительно, что мне почти. страшно.

– Почему?

Заноза отстранилась, отошла к табуретке и, как мне показалось, даже не дышала. Собиралась с мыслями. Или хотела от всего отказаться?

Может, я слишком давил?

Может, стоило подождать и действовать медленно?

Мы совсем ничего друг о друге не знали - и тут такая резкая перемена, желание безраздельно владеть один конкретным человеком, метка, которая тянула меня, манила и требовала взять свое, хоть я и понимал, что чувства эти куда глубже. Их семена медленно прорастали в душу уже давно.

Но девчонка не могла ощущать эту тягу так же остро. Предназначенная мне, но не связанная до тех пор, пока я не стану ее мужчиной и отцом наших детей. После этого связь была бы нерушимой, безграничной. Мы бы ощущали боль друг друга, угадывали желания, понимали бы друг друга с полуслова.

Но если бы Заноза не оказалась на корабле, то я, скорее всего, никогда бы не ощутил ее. Не узнал, что где-то там существует моя суженая.

У Халлтора все было проще. Магически одаренный волк мог искать, используя чары, проникая в сны, просить совета у того же Филина, что способен подсказать, как правильно обращаться с тонкой материей и нащупывать определенные следы.