Чтение онлайн

А сейчас у меня горит все внутри от дикой ярости. Печет так, что не соображаю ничего!

Перед глазами так и мелькают моменты, как Клишкат ластилась к Айшану, что-то плела ему про меня, тыкала пальцем, оправдываясь перед ним за свою несдержанность. Естественно, он ее простит за то, что она попутала берега и надавала нам с Лейной люлей. Поверит, что все было «за дело», а не из-за ее импульсивности. У меня до сих пор болит скула и бровь, которые уже начали опухать. А еще ужасно ноет затылок. Мои волосенки знатно пострадали от тисканий ее подружек. Про руки и ноги вообще молчу. Такой растяжки и физической нагрузки у меня давно не было. Да чего там, вообще не было!

Меня трясло и колотило до тех пор, пока двое каких-то мужиков-нагов не подхватили меня под рученьки прямо в столовой и не поволокли по коридору к нашей с Лейной комнате. Хотя, трясло меня в этот самый момент не меньше. Я чертыхалась, брыкалась, упиралась ногами в пол и орала, как ненормальная. Со стороны посмотреть – палата номер шесть. Лейна же спокойно шла следом в сопровождении таких же двух мужчин. Как? Как ей это удается?

Я обычно сдержанна в своих чувствах и эмоциях. Я редко плАчу, немногословна и скупа на телячьи нежности. Подобные жесты не для меня. Не зря же меня мой бывший называл «фригидной курицей». Возможно, так оно и было. Честно признаться, я точно также думала. Но я никогда не грубила и не говорила лишнего. Мое начальство меня уважало за это, и я часто присутствовала на совещаниях нашей компании. Всегда вела себя немного отстраненно, но старалась подмечать самое главное. Меня ценили, и мне вполне было этого достаточно. В общем, обычная серая мышь, но прекрасно знающая правила хорошего тона и свою работу. Меньше слов, больше дела. Да, именно так и было, клянусь! До настоящего времени.

А последние несколько дней, видимо, из-за ужасного стресса, меня просто распирает. Будто бы прорвался мой невидимый пузырь контроля и отчужденности, и оттуда потекло все то, что сдерживалось долгие годы. И это вовсе не любовь и неуместная доброта. Ужасно жаль, что это все наблюдают посторонние мне люди, которые не знают меня и просто довели до этого состояния. Все, кроме Лейны. Она единственная, кто относится ко мне по-человечески. Я бы сказала, даже по-сестрински.

И вот как теперь снова мне спрятаться ото всего? Как опять перехватить контроль над ситуацией и собственными действиями, которые в последнее время слишком отличаются от того, что я думаю? Мое тело, мои эмоции и чувства – все разрозненно и живет само по себе. И, кажется, что я больше просто не смогу быть прежней.

М-да уж. Вот теперь-то я точно могу сказать, что я не дружу с головой.

В глазах так и мельтешат Айшан и Шейн. Их странный разговор, смысл которого для меня не понятен до сих пор. Будто бы Аш не хотел, чтобы его брат просто стоял рядом со мной. И не удивительно! Он вел себя слишком странно, хотя необычного я повидала слишком много за последнее время. То он ненавидит меня, как и этот тупица – его белобрысый братец, то он нюхает меня и что-то хочет от меня же. Их поведение идентично. И моя реакция на их обоих почему-то тоже. Точно помню губы Шея. Полные, красиво изогнутые, будто бы нарисованные карандашом и оттеняемые на загорелой коже его светлой щетиной на скулах и подбородке. Боже мой, какой же он красивый! Лицо серьезное, без толики ухмылки на нем. Губы были немного приоткрыты, и я видела его белые клыки. А еще я помню его удивительные глаза, которые сверкнули на мгновение, ослепляя меня своим светом. Так ярко и так горячо, отчего мое странное первобытное желание перекинулось с Айшана уже на него. Я напрочь забыла, почему так злилась и на кого. Забыла о боли в боку и щеке. Забыла обо всем на свете, кроме этого зеленоглазого мужчины, что стоял, тяжело нависнув надо мной, не давая дышать. У меня дыхание сперло в прямом смысле этого слова. Мне будто воздуха не хватало. Я окоченела, обомлела и была сбита с толку. Казалось, он заграбастал все пространство вокруг. Чувствовала себя трусливым кроликом перед злобным и могучим удавом, желающим проглотить. Точно! Я помню его пожирающий взгляд от которого подкашивались ноги! Теперь, когда я это осознаю, я нахожусь в еще большем замешательстве.

***

А мужики эти, что тянут меня, что-то стрекочут, шикают, то подпихивая меня вперед, то волоча за собой, когда я гневно начинаю пинаться ногами. И это раздражает еще больше, потому что они совсем не скрывают своего пренебрежительного отношения. Придурки! Как они могут считать себя совершенством? Не понятно. Да, все из них хороши собой, будто бы кто-то действительно постарался и прекрасно поработал над их внешностью. Неземная красота затмевает любую нашу земную знаменитость. О такой фигуре, как у них, любой культурист мечтал бы. Да и, возможно, они такие интеллектуально развитые, что в уме вычисляют квадратные корни, раз создали подобные космические корабли и покорили космос. Но все остальное - оставляет желать лучшего.

Смотрю на Лейну и не понимаю, как она так спокойно и сдержанно относится к такому открытому неуважению к нам? Почему считает это вполне нормальным? Да, мы – люди, и меня пока еще не за что уважать, так же, как и открыто ненавидеть, как это делает Клишкат и остальные наги! Но это вовсе не значит, что к нам можно относиться, как к последнему ничтожеству! Бесит, что они считают себя такими великими! Вершиной эволюции! А по итогу - просто бездушные козлы!

– К вам скоро придут медики! – рявкает один из тех, кто волок меня, останавливаясь у нашей двери. Этот наг одет в черную униформу, что так красиво подчеркивает его фигуру и резко контрастирует с почти что прозрачными серыми глазами. У него темные волосы, зачесанные назад, и смуглая кожа. Не знала б я, что они все – полное гавно, скорее всего, грезила б о нем ночами, как и о тех двух рейнах, которые не дают мне покоя уже которые сутки. Этот, правда, немного отличается от них. Он заметно ниже, уши больше, скулы шире, надбровные дуги слишком низко расположены, отчего кажется, что он вечно хмурится. Но это не портит его вовсе, скорее, наоборот, придает ему брутальной мужественности и какой-то дикой красоты. Заметив, что я открыто рассматриваю его, наг почему-то наклоняется ниже, ведет своим широким носом, вдыхая воздух возле моего уха, ближе к шее, где так часто пульсирует моя сонная артерия. – Я Кшион, кстати, - зачем-то говорит он мне свое имя, расправляет свои широкие плечи и выпятив могучую грудь вперед. Он выдавливает из себя полуулыбку-полуоскал, когда я лупаю на него глазами, не понимая, что происходит.

Вот и что же мне ему сказать, а? «Рада знакомству, Кшион?» Но я вовсе не рада! Потому что мою любознательность он явно принял за интерес к его раздутой чрезмерным самолюбием персоне. А мне сейчас вот точно не до него.

– Очень приятно, Кшион, - мой рот сам собой несет обычные любезные фразы на автомате. – Но мне пора, извини!

Наг в немом удивлении остается у порога, когда я провожу браслетом у дверного замка, видимо, не совсем понимая причину моего недовольства и моей резкой смены настроения. Да, я такая! Дверь шикает, пропуская меня и Лейну внутрь. А она мило улыбается своим караульным, помахав им ручкой на прощание. Во, дает, подруга!

Несколько часов брожу по комнате, пока мой галограф не начинает издавать странные звуки.

– Ответь, это Шайла! – подает мне планшет Лейна. Мне еще никогда не звонили по нему. С виду, как обычный телефон, только от него возникает проекция звонящего. Красные волосы Шайлы в этот раз затянуты в хвост, и она явно нервничает.

– Привет! – натянуто улыбаюсь девушке, проведя рукой по экрану.

– Откройте дверь, я уже рядом! – говорит она, осматриваясь по сторонам.

Не успевает Лейна нажать на замок, как к нам влетает лаинка.

– Вы что натворили? – негодует она, злобно шипя на нас. – Мы с Шаисой поручились за вас, сказали, что вы вполне адекватны и не способны никому навредить! Дали вам прекрасные рекомендации о вашем здоровье. А вы набросились на Клишкат! Саму Клишкат! Вы хоть знаете, кто она такая?

– О чем ты говоришь? – спрашивает Лейна.

– Она – дочь Советника… - начинает пояснять Шайла.

– Она не об этом! – перебиваю я красноволосую лаинку. – Для кого вы дали рекомендации на нас? Точнее, для какой работы? Зачем это все?

Шайла тут же тупит свой взор и садится на стул.

– Мы просто хотели, чтобы у вас была возможность остаться здесь, в академии, - почему-то будто бы оправдывается она.

– Но зачем? – не понимает Лейна, повторяя мой вопрос.

– Вы же сами не хотели отправляться на Онди 111! – пожимает та плечами, пряча свое лицо. Она явно что-то скрывает. – Вас там не ждет ничего хорошего.

– А тут? – не понимаю я. – По-твоему, нас ждет что-то хорошее здесь?

– Меня Шаиса убьет, что я вам сказала, но я просто обязана вам сказать, точнее, предупредить: будьте осторожны!
– тяжело вздыхает лаинка.

– Из-за Клишкат? – спрашиваю у нее.

– Не только… Тут много чего замешено… И кого… Понимаете, вами заинтересовались. Обеими. И не последние люди! Вам нужно было быть менее заметными, чтобы и этот интерес не бросался в глаза посторонним, - тяжело вздыхает она.
– Согласись вы на работу на нижнем уровне сразу – постоянные осмотры и обследования были бы в порядке вещей, а теперь о вас трубят все подряд! – недовольно цедит сквозь зубы Шайла.

– Ну и ладно, пусть себе трубят! – пожимаю я плечами, ничего не понимая. – Что уж теперь? А заинтересовался-то кто?