Чтение онлайн

Лорд Нельсон издал знаменитый клич:

Вестминстер или победа!

(Упустив из виду вероятность, что он может заполучить и то и другое или же собор Святого Павла, где он в конце концов упокоился.)

Самое великолепное использование, какое можно придумать для софизма бифуркации, — это предложить публике выбор, ограниченный чем-либо чрезвычайно неприятным и тем направлением действий, которое необходимо вам. Либо они поступят так, как вы предлагаете, либо это будет означать конец жизни на земле, какой мы ее знаем.

Либо мы выкрасим дверь в зеленый цвет, либо над нами будут насмехаться. Люди подумают, что у нас совершенно нет вкуса, и мы станем посмешищем для всей округи. Я оставляю выбор на ваше усмотрение, мне совершенно все равно, решите вы так или иначе.

Вы должны научиться предлагать выбор, который сами считаете единственно возможным, говоря: «Что ж, леди и джентльмены, похоже, у нас остается только два варианта…»

Применение аналогий заключается в допущении, что вещи, сходные в одном отношении, будут сходны и в остальных. Спорящий проводит сравнение на основании того, что уже известно, и переходит к предположению, что неизвестные части должны оказаться чем-то сходным.

Государственный организм, подобно любому другому организму, работает лучше всего, когда его направляет ясный рассудок. Поэтому авторитарное правление является наиболее эффективным.

(Почему-то ни одна из подобных ложных аналогий, уподобляющих государство человеческому телу, никогда ничего не говорит о его печени, поджелудочной железе или органах выделения.)

Аналогия — весьма эффективный способ передачи информации. Благодаря аналогиям мы можем говорить о новых концепциях, используя термины, уже знакомые нашей аудитории. Софизм заключается в допущении дальнейшего сходства на основании тех сходных черт, которые мы к этому времени выяснили.

Дети своей непредсказуемостью напоминают погоду.

(Так же, как погода, они порой оказываются сырыми или испускают ветры.)

Такое допущение ошибочно, поскольку аналогии, скорее, являются средством общения, нежели источником знания. Аналогия может предложить нам направление для размышлений, но не дает оснований для высказывания утверждений.

У нее была кожа на миллион долларов.

(Зеленая и хрустящая?)

Софизмы этого рода во множестве встречаются при интерпретации исторических событий. В попытке придать им то или иное значение исследователи изобретают самые разные аналогии. У всех цивилизаций прошлого есть общие черты, а именно: все они когда-то были цивилизациями, а до этого ими не были. Эти три совершенно обыденных факта приводят многих историков к аналогии жизненного цикла. Простая последовательность «не существует — существует — больше не существует» неотвратимо влечет за собой сравнение с живыми организмами. Нt успели мы подготовить защиту, как перед нами уже имеются цивилизации, которые «растут» и «цветут», что вскоре сменяется процессами «старения» и «умирания».

Поскольку у нас зрелая культура, кажется вполне естественным, что она, подобно любому организму, разбрасывает свои семена, чтобы воспроизводиться в отдаленных местах.

(Довод в пользу колониальной политики, который следует выкорчевывать на стадии проростка.)

Правда состоит в том, что цивилизации — не растения. Если вы попадетесь в силки этого софизма, вскоре они у вас уже будут черпать силу из почвы и, возможно, даже цвести каждая в свой сезон.

У Юма в «диалогах о естественной религии» пылкий Клеант сравнивает вселенную с тончайшим механизмом, наподобие часового. Как из факта существования часов мы можем вывести наличие часовщика, так же и существование вселенной неизбежно предполагает… Однако в этот момент скептик Фило прерывает спор замечанием, что ему лично вселенная кажется больше похожей на капустный кочан.

Этот софизм обладает разрушительной эффективностью, когда его применяют против того, кто сам изначально предложил данную аналогию. Сравнениями так или иначе пользуется каждый — все, что вам остается, это уцепиться за то, которое привел ваш оппонент, и продолжить его в сторону, более благоприятную уже для вашей линии рассуждений. При удачном повороте беседы противник будет вынужден признать, что его аналогия была не так уж хороша, чем уронит себя в глазах аудитории.

— Спуская со стапелей нашу новообразованную комиссию, позвольте мне выразить надежду, что все мы станем дружно грести, чтобы обеспечить ей безбедное плавание!

— Председатель прав, однако не стоит забывать, что гребцов зачастую приковывали к веслам и стегали кнутом, заставляя работать быстрее. А если корабль тонул, они шли на дно вместе с ним.

Вас ждет успех в любой организации, если вы станете уподоблять ее семье. Семейная жизнь обладает привлекательным глянцем, и на практике такая аналогия позволит вам защищать какое угодно утверждение, включая выдачу младшим членам карманных денег и отсылку провинившихся в постель без ужина.

Софизм рlurum interrogationum,что переводится как «состоящий из многих вопросов», иначе известен под названием «множественный вопрос». Когда несколько вопросов соединяются в один, причем требуется ответ «да» или «нет», так что человек, которого спрашивают, не имеет возможности ответить на каждый вопрос по отдельности, это называют софизмом множественного вопроса.

Вы, наконец, прекратили избивать свою жену?

(Отвечая «да», вы признаете, что делали это; отвечая «нет» — что продолжаете это делать.)

Такой вариант может быть похож на бородатую шутку, но существуют и более современные:

Как по-вашему, вызываемое вами загрязнение окружающей среды увеличивает или уменьшает ваши прибыли?

Это благодаря своим лживым обещаниям вы получили повышение?

У вас глупость врожденная или приобретенная?

Все подобные высказывания подразумевают, что скрытый в них вопрос уже был заранее решен утвердительным образом. Именно это неоправданное предположение и является сутью софизма. Может быть задано множество вопросов, но если ответ на какие-то из них предполагается еще до того, как он был дан, софизм рlurum interrogationumможно считать состоявшимся.

В наиболее распространенном варианте этого софизма задаваемый вопрос начинается со слов «кто» или «почему», относящихся к фактам, которые не были установлены. Даже такие классические экземпляры, как «Кто была та женщина, с которой я видел тебя вчера вечером?» или «Почему курица перешла дорогу?», являются, строго говоря, примерами этого софизма, поскольку формально не допускают ответов

«Никакой женщины не было» и «Она не переходила».

Почему вы заставили свою жену изменить завещание в вашу пользу? И почему вы после этого отправились в аптеку покупать отраву для крыс? Зачем вы положили эту отраву в какао жене и как вам удалось сделать это, не привлекая ее внимания?