Чтение онлайн

– Кто такая?

– Девушкаполукровка с изуродованным лицом… – Керрдок покосился на стоявшую рядом Патрицию и смешался. – Простите, миледи, я не хотел вас…

– Ничего страшного, продолжайте, – отмахнулась мисс Блади.

– Так вот, полукровка с разбитым лицом. Хромает и ходит с палочкой, а иногда даже с костылем…

Хеллборн похолодел:

– Ну же, не тяни резину!!! Кто она?!

– Я слышал, как с ней говорил халистанский губернатор. Он называл ее «госпожа Стефани».

«Живучий ублюдок! Я выпустил в него полный магазин, а потом еще полмагазина в голову», – сказал Беллоди тогда, на дождливой улице ночного Харбина.

«Они все живучие».

Глава 43. СаргонИмператор

Джеймс Хеллборн возлежал на циновке в предоставленной хижине и рассеяно листал найденный в обломках «Беллоны Минор» дневник римского капитана. Отвратительная латынь, масса грамматических ошибок и жаргонизмов. Вне всякого сомнения, капитан был высокопоставленным варварским вождем на службе у империи, точнее – у Римского Царства. Его воздушный корабль охранял африканские владения Вечного Города, и время от времени вступал в стычки с пиратами, а также с ахейцами, спартанцами, самнитами, шумерами и другими античными народами, коим в той альтернативной вселенной удалось дожить до 27 века от основания Рима. Очень интересная, но совершенно бесполезная в данный момент информация. Буквально дватри абзаца про таинственных «саргонийцев», их тактику и внешнюю политику.

Хеллборн вздохнул и положил дневник в портфельподарок адмирала Верхувена, где уже лежали:

секретные индоокеанские проекты;

микропленка из карфагенской библиотеки;

и катушка из кинокамеры венгерского археолога.

«Смертельный медальон» отца и старая фотография родителей находились там же.

Как всетаки странно, весь мир считал генерала Хеллборнастаршего погибшим, а он еще целых четыре года прожил на далекой альтернативной планете. Хеллборнмладший до сих пор не мог понять, должен ли он радоваться этому факту или огорчаться своему столь запоздалому просвещению.

С другой стороны, быть может только ради этого знания и стоило посетить Спекуляцию, «отдохнуть» в индоокеанском зиндане, пересечь африканские джунгли и Сахару, побывать в египтянском оазисе и беспощадно расстрелять титаниса? Кто знает…

– Туктуктук! – сказал ктото, появившийся на пороге. – Извини, тут и двери нормальной нет, прилось изображать стук голосом.

Какой всетаки ужасный наряд – травяная убочка, соломенный нагрудник, ожерелье из костей, корона из перьев… Майор Намибия и то лучше выглядела, а от этого маскарада за версту тянет фальшивкой.

– Ваше величество? Какая честь, какая честь… – пробормотал Хеллборн. – Вы соизволили посетить мое скромное обиталище…

– Издеваешься? – уточнила Мэгги. – Или держишь обиду?

– На что? – не понял Джеймс.

– Ну как же, ведь это по моей милости ты попал в переделку… – она демонстративно хлопнула ресницами. – Хотя, как я понимаю, ты изрядно преуспел на той планете. Вот, вернулся с целым гаремом…

– На себя посмотри, королева дикарей, – огрызнулся Хеллборн. – «Некоторые из них даже ничего», – передразнил он интонации принцессы. – Развратная лесбиянка.

– Ты пытаешься меня оскорбить? – удивилась принцесса.

– Разве констатация факта может быть оскорблением? – в свою очередь удивился Хеллборн, в который раз забывший о данном себе слове.

– Не думала я, что ты настолько зашорен, – она развела руками.

– Ты уж извини, я получил пуританское альбионское воспитание, согласно которому – лесбиянки хуже педерастов, – поведал Джеймс. – Педерасты нам не конкуренты, тогда как лесбиянки сокращают число доступных женщин. Больше того, Доминация Спаги накануне войны планировала организовать специальный батальон по образцу фиванского священного отряда, и я думаю, что следует тщательно рассмотреть…

– «Нам» – это кому? – перебила его Мэгги.

– Нормальным гетеросексуальным мужчинам, – нахмурился Хеллборн.

– В таком случае, как насчет нормального гетеросекса?

– ???!!!

#$#@^%#$%#$&$*&^&^%&^$#!!!

* * * * *

Она ушла задолго до рассвета, а Хеллборн смотрел в потолок и пытался понять – что это было? Или она действительно чувствовала себя виноватой и потому пришла его отблагодарить?

Действительно, от прежнего волшебства ничего не осталось, и поэтому не надо себя обманывать. Все в прошлом. Но так или иначе, вспомнил он с легкой печалью, у нас всегда будет Харбин.

* * * * *

На следующее утро Джеймсу Хеллборну пришлось дважды вступать в неприятные разговоры.

– Скажи честно, – недовольным тоном спросила Матильда Робинсон, – мы еще долго будем здесь торчать?

– Не имею ни малейшего представления, – честно признался Хеллборн.

– Второй день в якобы новом мире – и я еще ничего не видела, кроме грязной деревушки азиатских каннибалов, – продолжала «баронесса». – Я начинаю подозревать, что все это – один гигантский розыгрыш или чьято провокация.

– Я думал точно так же, когда сидел на электрическом стуле в кабинете Ла Бенева, – признался Хеллборн.

– Ты же выпросил у индюшатников рацию! Почему ты не воспользуешься ей и не вызовешь какойнибудь ракетоплан с материка?!

– У нас нет ракетопланов, – терпеливо объяснил Джеймс, – и рации тоже нет. Ее разбил сумасшедший слонопард вместе с машиной. Придется подождать. Мы обязательно найдем способ. Доверься мне – я ведь тебе доверился!

Карфагенскую шпионку ответы Хеллборна явно не удовлетоворили, но она не стала продолжать разговор.

Загадочный римлянин Клавдий Аттилий тоже находился не в своей тарелке:

– Как с такими союзниками можно сражаться за правое дело?! Это недостойно цивилизованного человека! Я считаю, что их следует при первом же удобном случае обратить в рабство и продать в гладиаторы, а всех неприспособленных к работе и арене просто перебить!

– Мы обязательно так и сделаем, – поспешил согласиться Хеллборно, – как только одолеем белголландцев! Вот кто настоящие варвары!

* * * * *

Через двое суток прибыла новая партия разведчиков и доложила своей королеве – виксы и халистанцы выступили.

– Ну что ж, – сказала Мэгги, когда все соратники собрались в ее шатре на последнее совещание перед битвой, – мы не сидели сложа руки и тщательно готовились. У нас есть основной план, запасной план, дополнительный план и комбинированный. Я не стану произносить пафосных речей, но если встретимся, то улыбнемся…

– …а нет – так мы расстались хорошо, – добавил Хеллборн.